Чтение онлайн

Встал Андрей, откашлялся и объявил:

– Мы со Светланой решили пожениться на Красную горку. Всех присутствующих приглашаем на свадьбу.

– От, молодцы!
– похвалила бабуля, - Хорошо придумали, поздравляю!

Мы тут же подхватили, поздравляя и радуясь за Светланку. Разговор сделался всеобщим.

– Где гулять планируете?

– У меня есть кафе на примете...

– На следующей неделе, если удобно, то мои родители к вам придут знакомиться.

– Если нужна будет помощь в организации, говорите!

– Выкуп делать будете?

– А где жить?

–

А что не летом женитесь?
– спросил Мишка.

– Летом, Мишанька, пекло и дача. А мы женимся 12 мая, пока нет жары и мух.

Молодые быстро после этого засобирались, да и мои тоже заторопились мальчишек укладывать. Зоя прилагала титанические усилия, чтобы у этих сов, каковыми была вся мужская половина нашей семьи, наблюдался хоть какой-то распорядок дня. Я собиралась остаться ночевать у бабушки, благо завтрашний клиент прилетал к вечеру.

Вдвоем с тетей Галей быстро убрали со стола, оставив только чай с пирогами. Остальные смотрели новости по телевизору. Как раз мы закончили, и дядя Матвей выключил телевизор.

– Есть ещё новость. Мать, ты уже знаешь, конечно, для молодых скажу - звонил отец, а ваш дед Николай.

– Ого!
– выдал Димка, - а как он нас нашел? Хотя в наш век Интернета...

– А помнишь, сынок, фотографию из армии с нашим однофамильцем капитаном Кавьяром?

– Даже я помню, - подхватила я.

– Ну так это ваш дядька Виктор Кавьяр, его родной сын. Отец женился после развода, родил сына, недавно увидел у него эту фотографию с подписями, а дальше уже, как ты говоришь - в наш век Интернета всё возможно. Найти наш офис вообще не представляет проблемы.

– Ошизеть! Простите за мой французский, - быстро поправился Димка, - и чего он хочет?

– Увидеться хочет, деду сейчас 75, если я правильно посчитал. Жена умерла. Виктор служит, мотается с семьей по стране, сейчас на Байкале. Дед в Питере живёт.

– Точно, у Виктора девчонка мелкая, щербатая тогда была. Не помню, как зовут, - стал вспоминать брат.

– И что ты об этом думаешь?
– спросила бабушка Анна.

– А ты что думаешь?
– вернул вопрос сын.

– Зла на него не держу, если ты об этом спрашиваешь, алименты он все платил, а что бросил малых детей, Бог ему судья, - пожала плечами бабушка.

– На этой неделе я никак не могу, на выходных родители Андрея придут, а на следующих мы с Дмитрием съездим навестить деда.

Никто не стал спорить.

* * *

После ухода родственников бабуля условилась:

– Все разговоры завтра. А сейчас убираемся и спать.

– Но, бабуль! Ты хоть рада?

– Конечно, Андрюша - очень достойный юноша, - усмехнулась она.

– Бабуль!

– Завтра, всё завтра!

Я долго ворочалась. Мягкая кровать казалась неудобной, под одеялом было жарко, без него - холодно. Свет уличного фонаря выхватывал книжную полку с томиками поэтов серебряного века, покрытую вязанной крючком салфеткой, и обои с крупными розами. Мне вспомнился рассказ Агаты Кристи о леди, умершей в ночь, когда цветок изменил цвет. "Какая ерунда лезет в голову!". Я встала

и посмотрела в окно.

Откуда-то издалека доносились звуки запускаемых ракет, торжественные крики, ночное небо периодически озарялось отблесками рассыпающихся фейерверков. Из-за фонаря было плохо видно.

А я сама радовалась? Так, немного. Если бы это каким-то чудом могла быть мама! Хотя дядя Матвей тоже расстался с отцом в детстве. Могу представить его чувства! А может, и не могу - всё-таки много времени прошло, дядя Матвей уже сам дедом мог бы стать! А Светланка-то не знает! Интересно, она деда на свадьбу пригласит? Кстати, надо подарок придумать или, может, деньги подарить?..

Назавтра, получив свою порцию бабулиных наставлений, но толком ни в чём не разобравшись, я отправилась домой готовиться к приезду немца.

Глава 7. Рудольф

Господин Рудольф Нейман оказался совсем не таким, каким я его представляла. Он был рыжим симпатягой 34 лет (это я из досье узнала, а на вид не дала бы и 26!). В тёмно-синем пальто и невообразимо ярком шарфе, с небольшим чемоданом он выглядел счастливым туристом. Казалось, с ним можно общаться просто посредством улыбок. Он улыбался, и я невольно начинала улыбаться в ответ, подпадала под обаяние этого человека и ничего не хотела с этим делать.

Пока мы ехали из аэропорта, я вежливо расспрашивала на международном английском, как он долетел, какие у него ожидания от посещения России, что бы он хотел увидеть в Москве. Он отвечал, что долетел прекрасно, он ожидает продуктивной работы, хотел бы увидеть перспективы. Честное слово, это было бы занудным, если б говорил другой человек. А тут пока подъехали к отелю, где был забронирован для него номер, мы уже вовсю болтали, как давние друзья, позволяя себе даже слегка подшучивать друг над другом. И сама не понимаю как (!??!) вдруг начинаю называть его Рудольфом, а он зовет меня Дашей, и я чувствую, что улыбка не хочет покидать мои губы.

Пока Рудольф располагался в номере, я подождала его в холле. И мы пошли гулять по вечерней Москве. Я радовалась, что захватила с собой фотоаппарат в надежде подарить зарубежному клиенту снимки на память. Мы фотографировались у больших ледовых фигур, около наряженных ёлок, бродили по улицам, залитым огнями гирлянд, и мне казалось, что у меня давно не было такого счастливого вечера.

О чём мы говорили, трудно сказать. Кажется, пытались сравнивать рождественские традиции наших народов, а может, о мировой литературе или перспективах бизнеса по производству льда в Гренландии?

И мне было, в общем, всё равно, что он старше на 12 лет, что женат и растит двух детей. Он говорил: "Даша", - улыбался, и у меня замирало сердце, а счастье лилось из глаз, поселилось на моём лице. И мне казалось, что меня зачаровали и всем это видно.

К отелю я вернула Рудольфа уже ночью, он посадил меня на такси, как я ни отнекивалась, что быстрее доеду на метро. Дома я поставила будильник на 6.00, нет, переставила на 5.30, плюхнулась спать, представляя его улыбку.

* * *