Эртэ
Шрифт:
— Сколько ударов? — взревел он. — Сколько пробито ударов?
— Десять! — улыбаясь, отвечает старик, и невеста вдруг словно приходит в себя, распахивает широко глаза и удивлённо смотрит на старика, который ласково похлопав её по руке, спрашивает её:- Ведь верно, милая?
Невеста в смятении. Она…она не уверена…но что-то ей подсказывает…
— Продолжим процедуру! — предлагает Маг, улыбаясь зловещей улыбкой, от которой начинает стынуть в венах кровь. — Итак, скрепим наш союз кольцами, и обменяемся поцелуями…
— Не наоборот ли? — гнусавит старик. — Обменявшись кольцами, следует скрепить союз…
— Мой поцелуй доставит тебе массу удовольствий. — шепчет Маг, склоняясь к невесте. — Но сначала надо одеть кольцо…
Увы, и ах! Кольцо, ни в какую,
— Что такое! — кричит возмущенно Маг. — В чем дело старик?
Что творит глупый старец? Подхватив невесту, он пытается бежать. Как есть безумец! Ополоумел старый, не иначе! Хотя едва ли это уже старик в своём бесформенном одеянии звездочёта. Его длинный темный плащ летит на паркет, и стройная сильная фигура молодого мужчины ясно и чётко вырисовывается на фоне красно-багрового купола, что падает с шумом вниз, прикрывая собой белоснежную чистоту прозрачных занавесей брачного ложа…
Одним рывком мужчина стягивает с себя шутовской колпак звездочёта, и маску старика. Всё это летит в полусонную толпу безликих дам и их кавалеров, застывших посреди зала. Для них чуда не произошло. Великий день настаёт, вернее великая ночь любви, а сил, встретить достойно эту ночь у "страждущих любви и крови", не прибавилось. Недоумение и страх написаны на их масках-лицах, которые становятся всё более бледными и почти прозрачными.
— Любви! — стонет толпа мертвецов. — Дайте нам любви и крови…Сначало крови…
— Ты слышишь Маг, требования своих подданных? — доктор медленно вытягивает из ножен шпагу, и движется навстречу Магу. — Они не простят тебя сегодня…
Он хорошо знает, что притворное спокойствие жениха скоро закончится. Как и его изумление "неимоверной наглостью землянина". Именно так выразилась рыжая девица в огромных нелепых очках — фарах, за которыми не видно её глаз. Это уже не дама в черном, это кажется Алёна, которая подаёт знак человечку с лицом, удивительно похожим на лицо кота. Он движется мягкой, упругой походкой к Марине с одной стороны, девица с другой, но сама Марина опять не проявляет признаков жизни. Её глаза закрыты.
— Марина! Беги к колонне! Беги, я задержу их…
Едва ли его жена слышит что-то сейчас. Кажется, с каждой минутой, с каждой секундой жизнь опять уходит из её тела. Пошатнувшись, она падает, и Сергей Викторович не успевает её подхватить. Марина падает на руки человечку с кошачьими повадками, прыжкам и ловкости которого можно просто позавидовать. Вот только что-же происходит дальше, уже не понять, так как яркий красный свет заливает всё вокруг. В зале поднимается суматоха, крики, визги. Даже девица в черном блестящем платье ощетинилась, и стала похожа на огромную рыжую кошку.
— Ты разозлил их! — кивает Маг на толпу, что медленно подбирается к доктору.
Лица- маски мертвецов горят и дышат злобой и откровенной ненавистью. Всего лишь несколько метров отделяют их от того, кто не дал им утолить жажду крови, не дал им заветного чувства любви….
— Сочувствую. Тебе придётся иметь дело с толпой монстров. У них нет сердца! Они жестоки… — ухмыляется человек в черном. — Ты лишил их счастья стать вровень с людьми, как это делается почти каждые сто лет. За это маггуты жестоко карают обидчика. Хочешь расскажу, как это делается. Сначала они пьют кровь своей жертвы и наслаждаются его страданиями, а затем жестоко убивают. Но так, что-бы человек испытал весь ужас своего падения, что-бы он проклял тот час, когда судьба дала ему этот шанс жизни…
— Мне кажется, скоро, маггуты сами испытают не только злобу, но и страх неминуемого в этом случае проклятия, которого они так рьяно добиваются. А вместе с ними почувствуете это проклятие и вы, многоуважаемый факир- волшебник…
Доктор делает выпад шпагой в сторону мужчины в черном плаще, но Маг ловко отклоняется в сторону, и острая пика шпаги лишь слегка задевает его широкий чёрный плащ. Но это всего лишь
начало представления, или шоу.Маг явно издевается над доктором. Он словно тореадор на арене вскидывает свой плащ, и тут-же подняв руку, приветствует ликующую толпу зрителей. А зрители довольны, они хохочут, клацая острыми белыми зубами и непрерывно щёлкая дрожащей нижней челюстью. Даже рыжая Алёна, весело сверкает стёклами своих очков, а с ней вместе и человек с кошачьими повадками довольно хихикает, а сам всё косит глазами себе под ноги. Там, у его ног лежит Марина. Она спит, или находится в глубоком обмороке? А может…может она уже умерла? Нет. Это невозможно. Это против правил игры! Необходимо проверить её пульс, но человек с огромными усами хороший сторож. И он очевидно весьма доволен, что его подопечная больше не приносит ему хлопот.
Доктор делает шаг в сторону рыжего человечка, и видит, как подозрительно прищуривает тот свои желто-зелёные глаза, но тут-же интерес к гостю у него пропадает. Как всё быстро происходит! Доктор замечает, что контроль за его перемещением ослаб. Теперь, все взоры прикованы к Магу, выделывающим на паркете великолепные танцевальные па…
О, Великий Маг упивается собственным превосходством над толпой, и кажется, никому уже нет никакого дела до гостя. А может быть, скомпенсировать потерю времени Маг решил именно так, в танцевальном шоу, за которым с большим интересом наблюдает подданная ему толпа. Он, в самом деле, словно великий танцор…
— Ты глуп влад, как всегда бывал глуп, когда дело касалось женщин и танцев. Танец, это ритуал. Танец-это колдовство, это действо, а какое, тебе не важно знать. Ты скоро надоешь мне и толпа монстров с удовольствием разорвёт тебя… едва ты дотронешься до Марины. — громкий смех Мага останавливает доктора, который почти добрался до своей жены. — А жена твоя тоже умрёт, в ту-же секунду… так что, подумай. Нужно ли это тебе?
Тихий доброжелательный голос за спиной доктора совсем не наваждение. Это вновь Маг. Он переместился в пространстве, и как добрый заботливый друг даёт другому другу свои наставления. Но доктор знает, что Маг не страдает добропорядочностью, а тем более такой, явно выраженной заботой о сопернике… и тем более о Последнем потомке… Это о нём? Ну что-же…
— Ты не получишь Марину колдун, даже не мечтай о ней! — в ответ произносит Последний потомок владов. — И ты это знаешь лучше меня…
— Времена меняются, влад. Было время твоего владычества, стало моё… Всё по справедливости, всё по закону. Ты не дал своему племени шансов господства, и оно умирает во времени, наступает моё превосходство, а значит моё время…И мне нужна Марина…нужна… нужна…нужна…
Какой резкий и неприятный голос у этого человека. Странно, что за яркие вспышки света вызвал Маг своими истеричными криками. Это похоже на взрывы. Один… два…три…
И кровавые всполохи совсем не обман зрения. Это кровь! Самая настоящая, что заливает глаза из рваной раны на лбу. А крики, что доносятся до доктора, выражают ужас и страдания. Взрывом разметало окружающих в разные стороны. Кто они? Откуда эти люди? У них оторваны руки и ноги, кто-то взывает о помощи, а кому-то она уже не нужна. Кровь стекает с обезглавленного трупа мальчика лежащего на тротуаре, и тоненьким ручейком течёт по асфальту, где присоединяется к другому кровавому ручейку, а за ним третий ручеёк, соединяется с четвёртым, пятым…шестым… И вот уже страшная багровая река, стремительная и бурная, пенистым водоворотом мчится по разбитому асфальту, словно страшный дикий зверь, с бешенством натыкаясь на препятствия в виде трупов, сметая их в кучу, с яростным стоном и всхлипыванием, словно обезумевшая от горя мать, которая принимает в свои горячие объятия растерзанное, и обезображенное взрывом тело своего ребёнка, кем бы он не был в этот момент: молодым или старым человеком, глупым ребёнком, или даже неродившимся младенцем в утробе юной женщины, ликом похожую на Мадонну, что достойна кисти Рафаэля… Женщина мечется в предсмертной агонии, а рядом с ней потирает руки довольный мужчина в черном плаще… Он словно не замечает, что последний взгляд женщины предназначен ему…