Чтение онлайн

Часом позже, он спрыгнул вниз с крутого склона луга, сточенного за годы ветрами и дождями. Внизу текла протока, покрытая камышом и рогозом. Он продолжал спускаться вниз по течению, оставаясь на расстоянии от зыбкой почвы у воды, чтобы не оставлять за собой следов— пока ручей не расширился в маленький водоем, и там на берегу, он увидел грузного кулла с обнаженной грудью, сидящего на валуне.

Эрагон выдал свое присутствие, прокладывая путь через заросли рогоза,- шелест листьев и стеблей насторожил кулла. Существо повернуло свою массивную рогатую голову к Эрагону, сопя воздухом. Это был Нар Гарцвог,

вожак Ургалов, присоединившихся к Варденам.

– Ты!
– воскликнул Эрагон, становясь видимым.

– Приветствую, Огненный Меч, - прогрохотал Гарцвог. Поднимая свои толстые конечности и гигантское туловище, Ургал выпрямился во все восемь с половиной футов, его серые покрытые кожей мускулы, слегка пульсировали в свете полуденного солнца.

– Приветствую, Нар Гарцвог, - сказал Эрагон. Сбитый столку, он спросил, - Как же твои подчиненные? Кто поведет их, если ты пойдешь со мной?

– Мой родной брат, Скгахгрец, будет вести. Он не кулл, но у него длинные рога и толстая шея. Он - прекрасный военачальник.

– Хорошо... Но почему ты хочешь пойти?

Ургал открыл пасть, обнажая горло.

– Ты – Огненный меч. Ты не должен умереть, или Ургралгра - Ургалы, как вы называете нас — не отомстят Гальбаториксу, и наш народ умрет на этой земле. Поэтому, я бегу с тобой. Я лучший из наших воителей. Я победил сорок два Ургала один на один.

Эрагон кивнул, ничуть не раздосадованный поворотом событий. Из всех Ургалов он доверял Гарцвогу больше остальных, поскольку исследовал сознание Кулла перед Сражением на Пылающих Равнинах и обнаружил, что по меркам его расы, Гарцвог был честен и надежен.

«До тех пор пока он не решит, что честь требует бросить вызов мне в поединке, у нас не должно быть никаких причин для конфликтов».

– Хорошо, Нар Гарцвог, - сказал он, затягивая ремень своей ноши вокруг талии, - бежим вместе, ты и я, чего не было ни в одной сложенной истории.

Смешок вырвался из глубины горла Гарцвога.

– Бежим, Огненный Меч.

Вместе они повернулись к востоку, и направились к Беорским горам: Эрагон, бежавший легко и быстро, и петляющий рядом с ним Гарцвог, чей могучий шаг был равен двум Эрагона. Земля содрогалась от бремени его веса. В небе по всему горизонту расстелились предвещающие сильную бурю грозовые облака, окружая издающих одинокие крики, охотящихся ястребов.

27. По холмам и горам

Эрагон и Нар Гарцвог бежали весь остаток дня, всю ночь и весь следующий день, останавливаясь только, чтобы попить и облегчиться.

В конце второго дня Гарцвог сказал:

– Огненный Меч, я должен поесть и поспать.

Эрагон прислонялся к ближайшему пню, тяжело дыша, и кивнул. Он не хотел говорить первым, но он так же был голоден и изнурен, как и кулл. Вскоре после ухода от варденов он обнаружил, что, в то время как он был быстрее Гарцвога на расстояниях в пять миль, то на большем расстоянии выносливость Гарцвога была равной или даже большей, чем его собственная.

– Я помогу тебе охотиться, – сказал он.

– Это не нужно. Разожги большой костер, а я принесу нам еду.

– Хорошо.

Когда Гарцвог зашагал к чаще буковых деревьев к северу от них, Эрагон развязал ремень на своей талии и со вздохом облегчения опустил свой вьюк на пень.

–

Проклятые доспехи, – пробормотал он. Даже в Империи он не бежал такие большие расстояния, неся такой груз. Он не ожидал, что это будет так трудно. Его ступни болели, его ноги болели, его спина болела, и когда он попытался присесть, его колени отказались сгибаться, как следует.

Пытаясь игнорировать свое неудобство, он приступал к собиранию траве и сухих веток для костра, которые он складывал в кучу на участке сухой, скалистой земли.

Он и Гарцвог были где-то только к востоку от южного края озера Тюдостен. Земля была влажной и буйной, с островками травы, которая была в шесть футов высотой, по которой там бродили стада оленей, газелей и диких волов с черными шкурами и большими, загнутыми назад рогами. Обилие края было обусловлено, Эрагон знал, Беорскими горами, которые вызывали формирование огромных гряд облаков, что дрейфовали на многие лиги по равнинам, принося дождь в места, которые иначе были бы такими же сухими, как и пустыня Хадарак.

Хотя они вдвоем уже пробежали огромное количество лиг, Эрагон был разочарован их продвижением. Между рекой Джиет и озером Тюдостен они потеряли несколько часов, прячась и делая обходы, чтобы не светиться. Теперь, когда озеро Тюдостен было позади них, он надеялся, что их скорость увеличится. «Насуада не предвидела этой задержки, не так ли? О нет. Она думала, что я смогу бежать прямо оттуда к Фартхен Дуру. Ха!» Пнув ветку, которая была у него на пути, он продолжил собирать дрова, ворча про себя все время.

Когда Гарцвог вернулся через час, Эрагон развел костер в ярд длиной и два фута шириной и сидел перед ним, уставившись на пламя и борясь с желанием скользнуть во сны наяву, которые были его отдыхом. В его шее что-то щелкнуло, когда он посмотрел вверх.

Гарцвог шагал к нему, неся тушу пухлой самки оленя под подмышкой. Словно она весила не больше, чем мешок с тряпками, он опустил олениху и втиснул ее голову в рогатину дерева в двадцати ярдах от огня. Затем он вытащил нож и начал потрошить тушу.

Эрагон встал, чувствуя, словно его суставы окаменели, и споткнулся о Гарцвога.

– Как ты убивал ее? – спросил он.

– Из своей пращи, – громко сказал Гарцвог.

– Ты намерен приготовить ее на вертеле? Или ургалы едят сырое мясо?

Гарцвог повернул голову и пристально посмотрел через завиток своего левого рога на Эрагона, глубоко посаженный желтый глаз светился каким-то загадочным чувством.

– Мы не животные, Огненный Меч.

– Я не говорил этого.

С ворчанием ургал возвратился к своей работе.

– Приготовление на вертеле займет слишком много времени, – сказал Эрагон.

– Я думал о тушеном мясе, и мы можем пожарить то, что останется на камнях.

– Тушеное мясо? Как? У нас нет горшка.

Потянувшись вниз, Гарцвог отер правой рукой о землю, очищая ее, затем вытащил квадрат свернутой ткани из мешочка на своем поясе и бросил его Эрагону.

Эрагон попытался поймать его, но так устал, что он упустил, и предмет ударился о землю. Он был похож на крайне большой кусок пергамента. Когда он поднял его, квадрат раскрылся, и он увидел, что у него была форма сумки, где-то в полтора фута шириной и три фута глубиной.