Эндана
Шрифт:
Леа довольно улыбнулась – лучшего места просто не найти! Достала ядра и еще раз заглянула в щель, пытаясь найти место для заряда. То, что Леа увидела на этот раз, заставило ее испуганно спрятаться за камни.
Мрак разогнало мертвенное голубое свечение, исходившее от самого мерзкого существа, которое можно вообразить: оно было похоже на полупрозрачный бурдюк, опирающийся на многочисленные выросты. Голову чудища венчал круглый рот, вооруженный костяными крючками. У животного не было глаз, что не мешало ему уверенно двигаться вперед, время от времени изгибаясь и приподнимая голову. Казалось, существо ощупывает воздух. Вот оно остановилось напротив щели, качнулось вперед и тоненько заверещало.
– Что,
Злобный смешок заставил девочку отпрянуть, но любопытство тут же взяло верх, и Леа снова осторожно заглянула в щель. Рядом с «бурдюком» стоял крупный мужчина.
Он пнул страшилище в бок:
– Пошевеливайся! Выберемся на поверхность, будет тебе кровушка!
Зверь развернулся и попытался кинуться на «поводыря», но тот вытянул перед собой какой-то предмет, и существо снова тоненько заверещало, только теперь от боли.
– То-то же! – довольно сказал мужчина. – Еще раз дернешься, оставлю здесь подыхать от голода!
Леа, отодвинувшись, закрыла глаза, пытаясь решить, как быть дальше. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять: выпускать страшную парочку из пещеры нельзя! И оставить снаряд, как хотела сначала, тоже не получится. У человека достаточно ума, чтобы выдернуть фитиль.
Ее высочество нахмурилась, прикусив губу, – придется рискнуть!
Принцесса коротко обрезала один из фитилей, потом подожгла остальные и по очереди метнула снаряды вглубь зала, целясь в противоположные углы. Последний же, с коротким фитилем, уронила у самой щели.
Крик ярости подтвердил, что затея удалась. Правда, теперь у Леа не оставалось времени, чтобы убраться невредимой, но умирать она тоже не собиралась. В один прыжок достигнув выхода, Леа успела выскользнуть из лаза, когда земля дрогнула от первого взрыва.
Все вокруг заходило ходуном, огромные валуны зашатались, грозя похоронить в общей могиле со светящейся тушей и черным человеком, но девочка все-таки успела ухватиться за узел веревки.
Леа открыла рот, чтобы подать сигнал, но не успела – сила второго взрыва подбросила ее вверх вместе с грудой камней. Уши заложило от грохота, острый обломок больно ударил в плечо, заставив выпустить веревку, но в следующее мгновение сильные руки схватили девочку за шиворот, как маленького котенка, и потащили из стекающих вниз обломков…
Леа, посмотрев на Траеса, выдохнула:
– Будет третий взрыв!
– А… чтоб тебе! – выругался воин и поволок ее вверх и прочь от воронки.
Он успел закинуть девочку на седло к Марку, когда случилось неизбежное: сначала громыхнуло, земля под ногами зашевелилась как живая и стала проседать. Кони рванули вперед, не ожидая команды, а за их копытами ссыпалась вниз, проваливалась, рушилась в бездну земная твердь, решившая не выпускать ускользающую добычу.
Люди выиграли партию игры со смертью, на кону которой стояли их жизни. Перепуганные лошади вынесли седоков, остановившись только у границы леса. Леа сползла на землю, недоверчиво ощупала себя, удивившись, что ничего не сломано, нашарила за пазухой туники что-то твердое, оказавшееся каменным осколком. Некоторое время девочка недоверчиво его разглядывала, потом расцвела довольной улыбкой и позвала:
– Траес! Лови! – В ответ на немой вопрос как можно небрежнее пожала плечами, напомнив: – Я стараюсь выполнять обещания.
Траес поперхнулся уже готовыми сорваться с уст ругательствами, недоуменно покачал головой и рассмеялся. Леа с удовольствием его поддержала, и, когда подъехал с поздравлениями правитель Кенлира, он обнаружил грязных, покрытых синяками и ссадинами героев, обессилевших от смеха.
Сидящий поодаль Деруен в ответ на невысказанный вопрос короля только махнул рукой и сказал тоном опытного лекаря, поставившего
окончательный диагноз:– Молодость!
Оказывается, дома тоже бывает страшно – это открытие перевернуло мир мальчика, сделав его ненадежным, как весенний лед на реке. Крики на улицах города, крики в каменных коридорах, лязг оружия. Уже давным-давно ночь, но никто и не думает спать: мама сидит на краю кровати, сжимая в руках изящный кинжал. Ее бледное лицо светится в темноте. Видно, как вздрагивают мамины плечи, когда раздается особенно сильный вопль.
Зато одеяло – толстое, если нырнуть под него с головой, то станет очень тихо, уютно, можно будет закрыть глаза и представить себя храбрым воином на коне, который победит врагов и всех спасет.
Рука сама собой подтягивает одеяло к подбородку, но в последний момент замирает. «Страх недостоин мужчины!» Мальчик вспоминает слова отца и садится рядом с матерью. У него тоже есть оружие! Меч, который ему подарили в этом году на день рождения. Он совсем как настоящий, только маленький.
За дубовыми дверями слышен звон оружия, топот, крики и страшный вой. Вой, от которого стынет сердце. Детская ладонь еще крепче стискивает рукоять меча, мальчик закусывает губу, хмурит брови и решительно встает перед матерью. Она хватает его за узкие плечи, усаживает обратно на кровать, не произнеся ни звука. К мальчику тут же прижимается младшая сестра, совсем еще малышка. Ей очень хочется плакать, но страх не дает, поэтому девочка только беззвучно кривит рот.
Наконец она решается и тихо хнычет:
– Я хочу к папе!
– Тихо, Алба, тихо! – шепчет мальчик. – Папа велел сидеть здесь!
– Мне страшно! – капризничает девочка.
Неожиданно дверь сотрясает страшный удар, и кованая щеколда разлетается на куски.
Пятятся, не выдержав напора, телохранители королевы: Хидрев и еще двое воинов, имен которых мальчик пока не знает. А следом врывается… Нет, не человек – животное!
Мощное, как у дикого быка, тело покрыто редкой остью, которая торчит из-под толстых пластин. Вывороченные ноздри над страшным оскалом втягивают воздух, из пасти капает кровавая слюна, а щелканье длинных когтей по каменным плитам заглушает все звуки вокруг.
Одним небрежным движением челюстей зверь перекусывает не защищенную доспехами шею одному из стражников и, сбив с ног Хидрева, устремляется вперед, прямо к королевскому ложу. Мальчик видит, как с отчаянным криком мать вонзает кинжал прямо в не защищенный кожными наростами нос страшилища.
Яростный вой сотрясает воздух, зверь на несколько секунд теряет ориентацию, пытаясь освободиться от железной занозы, и этого времени хватает на то, чтобы спастись.
Подоспевший Хидрев всаживает меч прямо в ревущую глотку чудовища, и оно валится на бок, оставляя борозды в камне скребущими в агонии лапами.
И выжившие люди смотрят на мертвого монстра, не веря в удачу.
В комнату вбегает избранный – Верховный жрец Масген. Он тоже успел поучаствовать в драке: тяжелый меч жреца весь в крови. Когда взгляд Масгена натыкается на остывающий труп животного, мальчик видит ужас в его глазах.