Эксперт
Шрифт:
– Я... я не знал, что мне делать!
– Тут мое внимание пало на рацию, которая была прикреплена к приборной панели. Шипящий динамик воспроизвел голос офицера, - 'Диспетчер, патруль двадцать семь на месте, здесь никого. Повторяю, здесь никого' - Виктор резким движением руки отключил рацию.
– Не нужно было этого делать!
– Мы свернули во двор затем тут же снова повернули направо и заехали в гараж. За нами закрылись ворота на электрическом приводе.
– Не очень-то далеко мы уехали.
– Заметил я.
– Навряд ли нас будут искать, особенно если не знают кого.
– Его голос стал спокойнее.
– Выходи из машины.
Я
– Я надеюсь, нет необходимости держать тебя на прицеле?
– Нет, я не представляю опасности.
– Хорошо. Сейчас я скажу, что тебе делать. Ты готов?
– Готов!
– Ты отправишься домой, ляжешь спать и завтра пойдешь на работу. Больше от тебя ничего не требуется.
– Что это значит? Может ты объяснишь, что происходит?
– Нет, чем меньше ты знаешь, тем спокойнее тебе будет.
– Я так своей девушке отвечаю.
– Атмосфера разрядилась улыбками.
– Я надеюсь у тебя хватило мозгов ей не рассказывать, что ты вчера видел?
– Нет, конечно нет.
– Что ты ей вообще рассказал?
– Ничего, кроме того, что веду небольшое расследование.
Он ухмыльнулся.
– Хах, расследование. Следопыт чертов! Я видел, как ты вчера преследовал ребят Громова, а также видел, как пулей оттуда выехал.
– Громова!? Он тут причем? И как ты меня засек? Где ты был?
– Про Громова больше ни слова, я сделал ошибку, что его упомянул. Просто знай, это люди Громова, и все, больше никаких вопросов.
Настаивать я не стал.
– Хорошо, больше никаких вопросов. Так как ты меня выследил?
– На въезде в просеку я замаскировался в кустах с пивом и биноклем. Вот я удивился, когда увидел за ними хвост в твоем исполнении! Тогда я понял, что весь мой план пойдет под откос.
– В смысле?
– Я понимал, что твое присутствие ничем хорошим не обернется.
– Он указал на меня рукой.
– То, что ты сейчас здесь неопровержимое подтверждение моих прогнозов.
Я развел руками.
– Я не знал, что делать! В этом здании я увидел...
– Виктор перебил.
– Не произноси вслух, что ты там увидел. Я все знаю. Но скажу сразу, я к этому практически не имею отношения! И была бы моя воля вообще бы не имел отношения. Но карты разложились иначе...
– Тишина, он отхлебнул пива.
– Вернемся к началу. Тебе нужно ехать домой, я обо всем позабочусь.
– Что ты хочешь сделать?
– Тебе нельзя этого знать. Запомни, чем меньше ты знаешь, тем в большей ты безопасности!
– Я уже и так знаю не мало...
– Ты знаешь только то, что видел глазами. Страшные наверно мыслишки у тебя бегают, и наверно...
– он снова отхлебнул пива, - Наверно в чем-то твои мыслишки правы. Не ввязывайся в это, не порти себе жизнь... и жизнь своей подруги.
– Моей подруги? Она в опасности?
– Пока нет, пока о ней никто ничего не знает. Я об этом позаботился. Но если ты продолжишь копать все кончится очень плохо! Не лезь больше никуда! Я и без тебя знаю, как все исправить! Я все сделаю сам, ничья помощь мне не нужна.
– Да чем они черт подери занимаются?
– Бизнесом, кровавым бизнесом.
– Я сообщил обо всем полиции, они наверняка уже там, во все...
– Виктор меня перебил.
– Полиция приедет и уедет. Своим звонком ты лишь дал тревожный согнал людям
Громова о том, что кто-то следит за их работой.– Но как же!? Я...
– Скажу банальность, но все куплено высшими силовыми чинами. За большим бизнесом всегда стоят большие люди. Наряд патрульных здесь бессилен.
– Что же тогда делать?
– Я уже сказал, что тебе нужно делать! Все остальное я разрешу сам! У меня есть четкий план.
– Просто невероятно...
– возмущался я, - Невероятно!
– На неплохую работу ты устроился, не правда ли?
– Язвил Виктор.
– Да, работа на миллион...
Пауза. Он снова отхлебнул из банки.
– Кто такой Евгений Крылов?
– Спросил я.
– Он работал до тебя.
– Что с ним случилось?
– Ты об этом знаешь. Твоя подруга дала тебе информацию.
– Я не стал спрашивать, откуда он знает про информацию, которую предоставила Ксюша, этот вопрос казался мне риторическим. Было твердое ощущение, что Виктор знает о каждом моем шаге.
– Да, месяц назад он погиб в аварии... но что случилось на самом деле? Ты знаешь, я тоже эксперт, я...
– Он перебил.
– Там только дурак не догадается, что авария подстроена. Не нужно быть экспертом, чтобы увидеть бетонный столб перед своим носом!
– Эта метафора показалась мне забавной.
– Выходит, экспертиза сфальсифицирована?
– Я поймал его острый взгляд.
– Да, сфальсифицирована. У человека отказало сердце и отказало она не просто так. Не имеет значения какой препарат этому поспособствовал и как он попал в его кровь. Факт остаётся фактом - его отравили. После аварии проводилась экспертиза результат которой был предсказуем - остановка сердца по естественным причинам. Остановка сердца привела к потере сознания, а потеря сознания к аварии. Что касается самой экспертизы, то тут все в полном порядке! Процедура была соблюдена, все как в инструкции. Но вот загвоздка, - чтобы списать происшествие на несчастный случай достаточно забыть назначить один из анализов крови, и все, никаких следов и подозрений.
– Но следователи могли запросить этот анализ.
Виктор отрицательно покачал головой.
– Никто не будет этим заниматься. Когда документы дошли до рук следователя тело было похоронено. Следователь не будет связываться с судом чтобы получить разрешение на эксгумацию тела и проведение дополнительных экспертиз. Это слишком долго, неприятно и неоправданно. Тем более, многие следователи под крылом Громова и пляшут они исключительно под его дудку.
Я внимательно вгляделся в побледневшее лицо Виктора.
– Тебе был близок Крылов?
– Он был моим другом.
– Тихо ответил он.
– Скажу прямо, в один момент меня поставили перед фактом, либо я не буду рыпаться и помогу с ним разобраться, либо меня устранят вместе с ним. В отличии от моего друга, у меня был выбор. Я выбрал жизнь...
– Редкий человек выберет смерть.
– Добавил я.
Виктор перешёл на нервный монотонный хрип.
– Не оправдывай мой позор! Я продал душу дьяволу! Перед тобой сидит мясо, дряблое угасающее тело! Я обезличен, во мне больше нет души! Знаешь, когда я окончательно погиб!? Знаешь?
– Я молчал.
– Я погиб, когда мне протянули единицу с четырьмя нулями, эти грязные кровавые деньги! Когда я своими трясущимися руками взял эти деньги, я почувствовал, что меня больше нет! Душа умерла, а тело осталось гнить...
– Он откинулся на спинку кресла и отхлебнул из бутылки.