Эксфэр
Шрифт:
— Стоять! — раздался голос с прихожей. — Сумку и телефон брось! Руки за голову! Садись на стул!
— Кто…
— Не поворачивайся, сука! Только дёрнись, и прострелю тебе колени! Сумку бросай!
Через минуту я вышел из спальни и оказался в гостиной. В центре комнаты сидела Валерия. Я увидел её испуганное лицо, но знал, что это была лишь игра. На неё было нацелено шесть автоматов. Посмей она сделать неверное движение, и её действительно застрелят на месте.
— Слушай внимательно, дорогуша, — произнёс Алексей. — Я задаю вопросы, а ты отвечаешь. Попробуешь встать — будет больно. Закричишь —
— П-пожалуйста…
— Валя, хватит корчить рожу. Мы прекрасно знаем, кто ты такая. Будешь с нами сотрудничать — останешься в живых. Если не готова, то могу прострелить тебе башку прямо сейчас.
Её лицо заметно переменилось. Она оглядела всех совсем другим взглядом, и Алексей спросил:
— Как именно работают твои сверхспособности?
— Какие ещё сверхспособности?
Алексей посмотрел на меня:
— Ты точно всё откатишь?
— Точно, — ответил я, заподозрив неладное.
Он за один миг достал пистолет и прострелил ей ключицу. Валерия упала с табуретки и так пронзительно завизжала, что у меня аж зазвенело в ушах. Я не питал иллюзий относительно допроса и знал, что кто-то применит силу, но такого совершенно не ожидал. Я посмотрел на Максима и даже сквозь балаклаву, по одним только глазам, понял, как происходящее его встревожило.
— Валя, продолжишь кричать, всажу пулю в ногу, — вкрадчиво сказал Алексей. — Ни соседи, ни менты на помощь не придут, поэтому поднимайся и садись обратно.
Теперь она плакала по-настоящему — от боли. Тихо скуля, она с трудом села на табуретку и испуганно посмотрела на Алексея.
— Как именно работают твои сверхспособности?
Валерия отдышалась, тяжело сглотнула и ответила:
— Получаю… получаю контроль над телом.
— Это мы знаем. Как именно?
— К-кто вы такие?
Алексей навёл пистолет на её колено.
— Я скажу! Я всё скажу! Через кожу! Мне надо коснуться кожи!
— Ну вот, другое дело. Касаешься кожи, а потом?
— Переношу… переношу сознание.
Алексей глянул на Максима, и тот нервно закивал, подтверждая её слова. Всё было именно так, как мы и предполагали: Валерия переносила своё сознание в другое тело после прикосновения.
— Какое место ты занимаешь в своей преступной группировке?
— Я… я не понимаю вопроса.
— Твоё положение. Кто ты в иерархии?
— Никто! Я просто исполнитель!
Максим неуверенно взглянул сначала на меня, а потом на Алексея.
— Ну?
— Врёт.
Алексей не раздумывая прострелил ей стопу. Валерия закричала пуще прежнего. Я не хотел на это смотреть. Такие методы даже в симуляции вызывали у меня ужас.
Валерия вдруг дёрнулась в сторону Алексея, вытянув руки, и её тут же убили автоматными выстрелами.
— Вот дура, — совершенно спокойно цокнул Алексей. — Ну что, откатишь всё назад?
— Откачу, — сказал я. — Но, по-моему, это перебор.
— В смысле перебор? С террористами сюсюкаться не нужно.
— Но это же…
— Тебе-то какая разница, сынок? У тебя есть возможности — пользуйся. В чём проблема?
— Я на просмотр пыток не подписывался.
— Тебе её милая мордашка приглянулась? Поменяйся ты с ней местами, она бы ни секунды не задумывалась.
— Это здесь вообще
ни при чём.— Родственники у тебя есть?
— К чему вы клоните?
— К тому, что мы выполняем грязную работу, чтобы простые люди могли спать спокойно. Не думаешь о гражданах своей страны, так подумай о близких и представь, что эта мразотина могла сделать с ними.
— Мы…
— У тебя есть долг перед родиной, сынок, вот и служи с достоинством. Твоё дело выполнять приказы и не задавать лишние вопросы, это ясно?
Я не ответил и просто вышел из симуляции.
Глава 14
На сей раз тактика была другой: при завершении допроса я не просто перезапускал цикл, а сразу же выходил из симуляции. Всю информацию записывали с моих слов, а затем я снова входил в симуляцию. Так как в запасе было несколько часов, такая стратегия была самой удачной — мы не упускали ничего важного.
Несмотря на успех операции, радости совсем не было. Это был ужасный день: грязный, мерзкий, жуткий. Три симуляции подряд я наблюдал за тем, как Валерию пытали. Да, она преступница, но мне казалось, что настолько жестокие методы допроса были уже за гранью. Из головы не выходила сцена: ей простреливают колено, а через несколько секунд она теряет сознание от боли.
— Что ещё?
— Ничего, — ответил я. — Это всё, что она знает.
Валерия раскрыла довольно много деталей. Синдикатовцы сидели не только на пятом этаже, но на четвёртом и шестом. Сам бизнес-центр принадлежал им же, а остальные помещения сдавались другим компаниям для отвода глаз. В здании было немало оружия, что, впрочем, мы узнали ещё во время предыдущей операции.
Также она рассказала о двух новых эксфэрах, которые в ближнем бою не представляли опасности. Но самое главное — выяснилось, что в России существовали три другие базы: в Санкт-Петербурге, Новосибирске и во Владивостоке. Сами же синдикатовцы работали по всей стране. Ни адресов, ни имён других эксфэров Валерия не знала, хоть и входила в круг посвящённых — каждый из них работал строго в рамках своего региона. Про другие страны и говорить не стоило.
Однако она упомянула, что чуть больше должен был знать глава, командующий московским регионом. Проблема заключалась в том, что в бизнес-центре он появлялся очень редко и предпочитал отдавать приказы по сети.
— Полагаю, выезд можно отменять, раз все сведения получены.
— Вы правы, Лидия Анатольевна, — согласно кивнул Алексей. — В таком случае мне тоже пора возвращаться.
Он поднялся со стула и, пройдя мимо, похлопал меня по плечу:
— Хорошая работа.
«Конечно, хорошая, — подумал я, — ведь ты ничего не помнишь».
— Константин, ты тоже можешь идти, — сказала Лидия Анатольевна, когда Алексей скрылся за дверью.
— Вы одобряете то, что мы делаем?
— Что именно? — спросила она, не отрываясь взгляда от стола.
— Из раза в раз мне приходилось наблюдать за тем, как пытают человека.
Лидия Анатольевна отложила бумаги, сложила пальцы домиком и внимательно посмотрела на меня:
— Если тебе важно моё мнение, то я не сторонница таких методов. Действовать напролом — не мой конёк. Однако вынуждена признать, что допрос вкупе с твоим даром… эффективен.