Э(п)рон-4
Шрифт:
Пока же надо ещё раз окинуть взглядом сложную многоуровневую и многоцветную схему, наложенную на карту ближайших окрестностей, вздохнуть для вида, да скомандовать:
— Кумо, запускай.
— Процесс активирован, капитан Заварзин, — незамедлительно отозвался «мини-гекс».
Разговор имел место в «дополненной реальности», сформированной вычислителем «Набата», к которой к тому же подключились командиры звеньев с остальных бортов, поэтому моего помощника услышали все заинтересованные лица. Да и таймер с обратным отсчётом был доступен всем, включая Рина. Впрочем, тот на суету внимания не обращал, поглощённый общением с очередной пивной банкой. Вот честно, никогда не думал, что он может выпивать столько пива и не хмелеть! А ещё у него мочевой пузырь бездонный. Или в него вмонтирован портал в иное измерение, по которому бродилово сливается прямиком в ёмкости какого-нибудь тамошнего бара. Или таверны, не суть. Ничем иным способность кэпа терпеть неудобства я объяснить не мог. Даже поинтересовался пару раз, но Рин мои вопросы игнорировал, только улыбался загадочно. Ну и ладно, не очень-то и хотелось… и без ниппонца забот полон рот, нервяк на нервяке. Так, сколько у нас осталось? Чуть больше трёх минут… и секунды, заразы такие, тянутся
… станция мониторинга пространства в квадранте «одиннадцать-ноль семь», в миру известная под именем «Гранит-3», размерами обитаемой части сильно уступала стандартным «миллионникам». Что, впрочем, и немудрено — она тоже транзитная, но с минимальным пассажиропотоком, в основном обслуживала грузовые перевозки. Соответственно, народу на ней проживало на порядки меньше «Саввы Морозова» и впятеро меньше, чем на Картахене — что-то около двадцати тысяч рыл. Всего, включая специалистов, членов их семей, гарнизон Протектората и приезжих. Зато зона стапелей для грузовиков растянулась на десятки километров, при этом пустых стыковочных узлов было куда меньше, чем занятых. Разве что на «парковке» для мелкотоннажников наблюдался паритет. И этому факту я даже обрадовался — не придётся думать, куда приткнуться самому и куда потом пристраивать бравых соратников, которые явятся в силах тяжких. Итого семь бортов. Но даже беглый взгляд на схему без вывода статистики показал, что мои опасения были беспочвенными — места хоть завались. Для транспортных средств, я имею в виду. А вот с размещением в «транзитке» даже нас двоих с Рином возникла заминка: первый же запрос на поисковый сервер показал, что все более-менее удобные «нумера» в шаговой доступности от «парковки» заняты. Я бы, в принципе, и на «Набате» отсиделся, но Рин, которому интерьеры моего кораблика опостылели до крайности, решительно этому воспротивился. Мало того, проявил инициативу — обругал меня по-ниппонски и занялся поиском жилья самолично. И ведь преуспел, что характерно! Пока я маневрировал в зоне швартовки, общался с диспетчерами и аккуратно притирал «Набат» к швартовочной штанге, он умудрился найти целых три варианта. Вот только ни на одном из них не смог остановиться и технично взвалил решение этого вопроса уже на меня. Дескать, вот тебе, Алекс, выбор — думай, у тебя голова большая. А я умываю руки. И умыл, блин! Но и я с проблемой справился блестяще, воспользовавшись проверенным методом трёх «П»: пол — палец — потолок. Так и получилось, что часа через два после стыковки мы обживались в двухместном кубрике гостиницы «Старый бюргер», славной своей пивоварней. Да-да, вы не ослышались. Выбирал я, конечно, методом научного тыка, но кэп мне попросту не оставил шансов на ошибку — во всех трёх вариантах фигурировали слова «пиво» и «крафтовое». Разве что в одном случае подразумевалось пойло немецкое, во втором — чешское, а в третьем — бретонское. Сильно сомневаюсь, что владельцы заведений имели хотя бы отдалённое отношение к сим славным народам, но специализация прослеживалась явно. Лично мне было всё равно, а вот Рин выбором остался доволен — видимо, тоже больше склонялся к проверенным временем пивоваренным традициям дойчей. И из номера свалил максимально быстро, едва лишь убедился, что я устроился хорошо и намерен предаться любимейшему занятию — зубодробительной физике. Ну а чем ещё тут заниматься, не пиво же жрать? Тем более что Кумо уже озадачил, и самому в кустах отсиживаться (фигурально выражаясь, конечно же) не хотелось. Кэп настаивать на моей компании не стал, я его отговаривать от пьянства и излишеств нехороших тоже, а посему мы разошлись, как в космосе корабли. И я настолько увлёкся решением задачи (как раз тогда Кумо обосновывал замену тетраэдра на икосаэдр), что отсутствия напарника не замечал до самого его возвращения далеко за полночь по местному времени. Да и потом бы не заметил, если бы подозрительно трезвый Рин-сан силком не заставил меня лечь спать. Чуть ли не на пинках и подзатыльниках в койку загнал, прямо как маленького. Пришлось подчиниться, и, надо признать, не зря — отдохнул я славно. Сил набрался для очередного погружения в глубины теории физики подпространства, так сказать. Чем, собственно, и занялся на следующее утро, какое-то количество времени потратив на переговоры с соратниками.
Кэп, кстати, свалил куда-то ещё до того, как я проснулся. И вернулся хорошо за полдень, благоухая свежим пивным перегаром и чем-то копчёным и острым. И только тогда я понял, насколько сильно проголодался. А Рин-сан, как выяснилось, и об этом подумал — потому и наведался в номер с похвальным намерением силком вытащить меня на променад. Я особо и не сопротивлялся — только неизменный «бомбер» накинул, да дрэды в пучок подвязал, чтобы не болтались сильно. В остальном же и так сойдёт — комбез с берцами, по сути, универсальная форма на любой случай жизни. Как-то ещё готовиться не было нужды: нравы на станции «Гранит-3» если и отличались от картахенских, то лишь в лучшую сторону. Были… помягче, что ли. Ну, то бишь, по роже и здесь выхватить можно, особенно в кабаках и в портовой зоне, но до больнички вряд ли бы дошло. Про поножовщину и стрельбу и вовсе молчу — всё-таки в цивилизованных местах. Это вам не «золотой треугольник».
Зато и смотреть особо не на что — станция как станция, даже крошечная по моим понятиям. В плане обитаемых площадей. Я так и сказал кэпу, когда он потащил меня… куда-то. Я даже не спрашивал, куда именно. Лишь настоял на первоочередном принятии пищи телесной, и лишь во вторую очередь духовной. Ну а когда плотно перекусил, то даже подобрел и чуток расслабился, позволив Рин-сану увлечь себя в дебри местного порта.
Справедливости ради, прогулка получилась довольно занятной — инфраструктура «Гранита» заметно отличалась от Картахены, так что я узнал много нового. А ещё выяснилось, что вчера весь вечер и сегодня первую половину
дня кэп не только жрал пиво, но ещё и проводил разведку. Ну и контактами обзаводился попутно, где совершенно новыми, а где и старые связи восстанавливал, или общался с местными, ссылаясь на общих знакомых. В общем, показал мастер-класс. Я даже почти не ныл по поводу основной работы — Кумо шуршал по полной, да и вычислитель «Набата» был загружен процентов на девяносто построением различных математических моделей «объёмной триангуляции». Да-да, мы с «мини-гексом» перестраховщики. И получилось как в древней пословице — солдат спит, служба идёт. Задал вектор, нарезал задачи, нажал кнопку «старт», и гуляй, Вася. Больше ничего от тебя не зависит, дорогой товарищ Алекс. Разве что можешь столбиком пару-тройку уравнений попытаться решить. Но как раз вот это дудки.И всё бы ничего, но уже ближе к концу нашего вояжа, когда мы с кэпом, утомлённые, но в приподнятом настроении, топали по одной из самых оживлённых палуб транзитного сектора, нос к носу столкнулись… с кем бы вы думали? Правильно, со старшим лейтенантом Михайловым. Тем самым, вахтенным офицером патрульного судна «Искатель», долбаным шутником.
Признаться, я не сразу осознал, кого именно вижу. Подумаешь, парень в форменном комбезе и тёмно-синем «бомбере»… да тут таких каждый пятый, а то и четвёртый. Экипажный состав, все дела. Я же уже говорил, что «бомбер» для космического бродяги почти что удостоверение личности? Нет? Ну вот, говорю. По фасону, цвету и нашивкам можно легко определить его профессиональную принадлежность и заслуги. Соответственно, такие вот пилотские куртки носили с гордостью и шиком… по крайней мере, те, кому скрывать нечего. Как мы с Рином, например. Или как тот же Михайлов… тоже с напарником, между прочим. Вернее, если судить по благообразной внешности и седине (ну ещё по нашивкам и погонам), старшим начальником — как бы не старпомом с «Искателя». Вряд ли с капитаном, хотя и такую вероятность исключать нельзя… впрочем, это уже детали.
Главное, что встреча стала неожиданностью для нас обоих. Да и Рин изрядно удивился, когда я вдруг резко ускорился и рванул к Михайлову, что твой боевой пёс. Тот, к слову, отплатил той же монетой — нам хватило единственного повторного взгляда, чтобы понять: назад пути нет. Здесь и сейчас, невзирая на последствия. Ровно по три шага, и сшибка — мгновенная, почти неуловимая для глаза. Вот только я оказался чуть проворней и предвосхитил кросс Михайлова собственным джебом. Что характерно, попал, и попал хорошо — прямо в нос. И на рефлексах добил оверхэндом, свернув старлею челюсть. Жаль, ещё коленом достать не получилось — почти дотянулся, но тут кто-то с чудовищной силой рванул меня за ворот расхристанного «бомбера», и я чуть не растележился. Хорошо хоть, рука у Рина (а это, как вы уже догадались, был он) оказалась крепкая, удержал за шкирку, как нашкодившего кота. А опавшего Михайлова успел подхватить его спутник, так что на нас почти никто внимания не обратил — как шёл народ мимо, так и шёл, не задерживаясь. Я, естественно, попытался рыпнуться, но кэп вздёрнул меня на ноги и взял на хитрый болевой захват, так что пришлось смириться с собственной незавидной участью. А ведь так хотелось дорваться до врага и исступленно месить его ногами! С огромным, непередаваемым удовольствием… которого я однозначно лишился. Чёртов Рин! Обидно же…
— Уймись, симатта! — прорычал тот мне в ухо.
И руку чуть сильнее заломил, заставив меня зашипеть от боли. Которая, кстати, отрезвила не хуже ведра холодной воды.
— Кэп, п-пусти…
— Не будешь больше буянить?
— Н-не… ф-фух…
— Ты чего вообще взбесился?! — Рин чуть ослабил хватку, но совсем отпускать не стал.
Очень, кстати, предусмотрительно с его стороны.
— Как чего?! — изумился я. — А ты его не узнал, что ли?!
— Э-э-э… господа?
А это ещё кто там блеет? Спутник Михайлова? Судя по погонам, майор, или, что вернее, капитан третьего ранга. Если к «спиридоновцам» в принципе применимы флотские звания, в чём я лично сомневаюсь… частники они и есть частники, и плевать, что традиции и более чем двухвековая история. Не убедите меня в обратном.
— Вы что-то хотели, э? — усилив залом, пресёк кэп мою попытку возбухать.
Моё шипение он, естественно, проигнорировал.
— Даже и не знаю, что сказать, — покачал головой кап-3. Судя по гримасе, ситуация его порядочно напрягала. — Не соизволите ли объясниться? С чего вдруг такая агрессия?
— А вы не в курсе? — удивился Рин. Правда, по его каменной роже определить это мог только я. Впрочем, и голоса хватило. — Ваш молодой… э-э-э… коллега не рассказал?
— О чём?
— Понятно… уважаемый, не знаю вашего имени…
— Капитан третьего ранга Курицын, старший помощник капитана, патрульное судно «Искатель», — склонил голову офицер. — Честь имею.
— Сугивара Риндзи, капитан тральщика «Спрут», — отрекомендовался Рин, воспользовавшись официальной личиной, прописанной во всех документах. — А этот молодой человек, — в очередной раз усилил нажим на мою многострадальную конечность кэп, — Алекс Заварзин, капитан буксира «Набат». Мы с ним недавно участвовали в одном, хм, инциденте. Хотя вы, возможно, сочли его не более чем смешной шуткой. Теперь припоминаете?
Судя по вытянувшейся роже Курицына, тот вспомнил. И осознал. А ещё взгляд отвёл, чем целиком и полностью себя выдал.
— Надеюсь, вы понимаете, Курицын-сан, что в ваших интересах увести с наших глаз долой вашего… спутника? Я своего долго не удержу, — кивнул на меня Рин-сан. — Пары минут вам хватит?
— Я постараюсь, — просипел Курицын.
— И ещё одно.
— Я внимательно слушаю.
— Надеюсь, скандал раздувать не будем? Обойдёмся без участия полиции?
— Естественно, — хмыкнул кап-3 и закинул себе на шею руку всё ещё «плывущего» после пропущенных плюх подопечного. — Пойдем, Митя… да, господа, и постарайтесь впредь избегать встречи с нами. По возможности везде.
— С превеликим удовольствием, — ухмыльнулся Рин-сан. — Но это далеко не всегда зависит исключительно от нас. Случаи бывают разные.
Подтекст он понял не хуже меня. Да что там не хуже! Я сильно подозреваю, что лучше. И просчитал последствия шагов на десять вперёд. И это минимум. А посему я предпочёл не рыпаться и покорно побрёл рядом с кэпом. Да и выбора не было — из захвата он меня всё ещё не выпустил. Так, кстати, до «Старого бюргера» и добрели.
И если вы думаете, что на этом инцидент был исчерпан, то сильно ошибаетесь. В номере Рин устроил разбор полётов — предельно жёсткий и безжалостный. До сих пор вспоминаю с дрожью.