Дверь
Шрифт:
— Я по природе любопытный.
«Ещё я, в отличие от вас, подать запрос в Гильдию смогу…»
— И разве джентльмен может бросить даму в беде? Особенно, когда дам три и все такие милые.
В этот раз его улыбка даже ледок Энни подтопила. Всё же очень хорошо быть таким очаровательным.
— Так, ничего не трогать. И вообще стоять на месте, — велел он им.
Нана фыркнула и демонстративно подошла к дереву.
— Да ладно… Не ядом же тут всё намазано… — проговорила она.
— Как знать.
— Ты всё равно не знаешь, что искать.
Хотелось обидно рассмеяться,
«Не могу поверить, что эта Рози… тощая, невзрачная, зашуганная девчонка могла устроить такой переполох. Хм, получается, будто я защищаю Найка. Противно как-то. Однако обида не повод разбрасываться проклятьями направо и налево. Но, видимо, ведьмы никогда не научатся сдерживаться…»
— Эй, я же сказал, ничего не трогать! — крикнул Макс, заметив, что Нана наклонилась над чем-то.
— Фууу! Что это? — с отвращением, зажав нос, спросила подошедшая к ней Энни.
Макс узнал остатки треклятого подношения, которым давился Найк.
— Гадость, которую хорошо бы сжечь, — коротко заметил он, — но у меня ни спичек, ни зажигалки.
— На нас не смотри, у нас такого тоже нет, — ответила Нана. — Фу, гадость какая. Что тут делал Найк? А это что?.. А-а-а! — заверещала она, рассмотрев что-то в зарослях кустарника.
Макс выругался про себя. Почему это он опять такой слепой? Лес вновь его отвлекал, отводил глаза, мешал? Здесь совершенно точно был ключ.
Чуть в стороне, в зарослях кустарника оказалась выкопана плоская ямка, похожая на тарелку или поднос. В ней лежало проткнутое в нескольких местах тельце — то ли кошки, то ли кролика, сейчас уже не понять. Энни и Грейс отбежали и согнулись под кустами с противоположной стороны.
«Бедняжки. Дохлая, подгнившая тушка для девчонок это уже слишком. Но что важнее… Я ведь был здесь. Почему я не заметил, а Нана смогла?»
Макс глянул на девчонку. Так сходу не определишь, есть ли в ней что-то, но…
— Нана, а ты часто выигрываешь? Может, удачливая?
Девушка вспыхнула и засмущалась.
— Ну не то, чтобы… Я просто искать люблю. И состою в сообществе поисковиков! — гордо добавила она. — На самом деле, мне только на это и везёт, вот я и решила…
«Ох, мироздание, как ты меня любишь, неблагодарного. Я возложу тебе на алтарь шоколадку, как вернусь».
— Скинь мне свой заветный номерок. Если потеряюсь, непременно позову на помощь.
Нана захихикала. Есть, ценный агент завербован. Можно вернуться к делу.
По виду находка была похожа на подношение. Что это в точности такое и кого тут призывали, Макс по-прежнему не знал.
«Сфоткаю и покажу дяде, — решил он, вытаскивая телефон, когда Энни вдруг выскочила вперёд и пинком разрушила конструкцию. — Про… О, нет!»
Волна силы, злой и мстительной, прошла сквозь него, в лицо дохнуло сырой листвой и затхлостью. Макс схватил Энни за шиворот и оттащил в сторону, обозвав дурой. Она обиделась и наорала на него:
— Да как ты вообще можешь на это смотреть! Ещё и фотать собрался! Ты что?!
«Повезло, что тут никого нет…
Никого нет? Рози!»— Проваливайте отсюда! Живо! — рявкнул он на девчонок и во всю дурь припустил обратно к колледжу.
«Разрушение привязки может обернуться для заклинателя духов проблемами. Если дух злой… Если его заставили, подчинили… он нападёт… Святой Сиплепий, зачем я потащил этих дурёх с собой? Профи, значит? Болван! Болван!»
Опасения подтвердились: суматоха была слышна уже от парковки, но разобрать, что случилось, Макс не смог. К кампусу его не пропустили, сказали, взрыв газа. Двор засыпали стёкла — окна на нескольких этажах выбило. Смрад затхлости заволок всё вокруг. Что-то кричали про пострадавших. У Макса шумело в ушах.
«Кошмар! Кошмар! Всё из-за меня… Я… должен сказать дяде. Дядя должен знать. Если позову его… Но если он скажет отцу? Значит, сам я не справился. Не смог победить, не смог доказать… Нет, это не важно. Я должен действовать здраво! Я не герой, я Лерой, в конце концов!»
Точку между бровей жгло, словно раскалённую печать приложили, и боль всё нарастала. На Макса накатывали невидимые волны. Сейчас снесёт! Захватит! Потащит! Он покачнулся, схватился за лицо, с ужасом увидел на руке кровь.
…Волны бились в него, захлёстывали с головой, людей размыло, краски смазались, яркий свет рисовал какие-то фигуры. И где-то впереди двигалось мерзкое, чёрное пятно.
Птичий клюв. Огромные глаза. Когти-крючки на здоровенных лапах.
Вокруг него ещё гремели обрывки цепей.
«Кажется… вырвался не до конца…»
Дух резко обернулся, его взгляд прошил Макса насквозь.
Проклятье! Он увидел! Он знает…
Где-то сзади поднялось что-то большое. Дым? Тень. Оно заворчало, разворачиваясь…
Дух со стрёкотом рванулся прочь…
…Глаз закрылся. Макс провалился в темноту.
***
«Прекрасно. Похоже дух обернулся против хозяина, но Рози как-то выстояла… Значит, всё повторится. В любом случае, нужно дождаться дядю…»
Родственникам пострадавших об инциденте уже сообщили. Макс не то чтобы пострадал, но и причину своего обморока людям непосвящённым, конечно, объяснить не мог. Теперь он ждал приезда дяди, готовясь выслушать много чего неприятного. Но противнее всего то, что Макс по-прежнему понятия не имеет, с чем столкнулся. Какой дух жил в этом парке? Как именно Рози его призвала и зачем? Внезапно открывшийся Глаз сбросил его в поток и лишил всех сил, как физических, так и духовных. Сейчас он не больше, чем бревно, владеющее жалкой кучкой разрозненных знаний.
Макс приподнялся на кровати, с трудом стащил с тумбы телефон. Тишина в медпункте пугала. Такого быть не должно. Значит ли это, что дух уже здесь и накрыл пространство саваном?
Либо же Макса настолько контузило собственным даром, что он оглох.
Макс стукнул корпусом телефона по тумбе. Нет, он слышит. Но башка трещит и все звуки идут, как из бочки.
«Вообще-то духу нужен не я, а ведьма… Отбиваясь от него, она так влепила своим даром, что вылетели стёкла, все решили, что прорвало трубу… А я всего-то и могу, что видеть… Отстой, отстой, отстой…»