Дверь
Шрифт:
Поляна была чуть в стороне от главной аллеи, сокрытая пышными зарослями кустарника. Вернее, пышными они были летом и весной, а сейчас больше походили на черный плотный забор из своеобразной колючей проволоки почти в человеческий рост. За «забором» было высоченное дерево, раскидистое, по-своему даже красивое.
«Ох, тут и днём вышли бы зачётные фотки, вот только гнилью жутко воняет, — обходя кустарник, отметил Макс, когда странный шорох привлёк его внимание и заставил остановиться. — Это что?»
Пыхтение, чавканье, шорох, тяжкий вдох, снова чавканье. Шуршали листвой, иссохшими ветками, словно кто-то в земле рылся. За «забором» Макс ничего не видел,
«Здесь ведь… не должно быть кабанов? Характерного хрюканья не слышно…»
Макс стал осторожно обходить преграду, жалея, что у него нет ни палки в руках, ни биты, ни чего-то посущественнее. Впрочем, от материализовавшегося духа это бы не спасло… От кабана тоже.
Макс вытянул из сумки термос, руки предательски дрожали, как и коленки.
«Ничего… Все с чего-то начинают… А термос с солёной водой лучше, чем вообще ничего… Какого святого?!»
Обойдя наконец густые заросли кустарника, Макс увидел Найка, на четвереньках ползающего под деревом и буквально лицом копающегося в листве. По спине пробежали мурашки, Макс даже забыл про термос и зачем вообще сюда пришёл: встал, как вкопанный, не веря своим глазам. Найк весь извозился в грязи, куртка в паре мест была порвана, как и джинсы; ботинки, некогда светлые, потемнели от грязи. Он что-то… ел, подбирая прямо с земли.
— Найк… Найк, что ты делаешь?
Тот не ответил, продолжая с урчанием что-то жрать, совсем как животное. Страшно смотреть, он совершенно не соображал, что творит.
Всё больше поддаваясь ужасу, Макс подошёл и рассмотрел, что же как одержимый уплетал Найк. Подношение гиков.
— Грёбаный ты идиот! — прорычал Макс, выронив термос, и схватил парня за плечи, попытался оттащить. — Ты хоть знаешь, сколько это тут лежит?
С диким мычанием или даже рычанием, Найк отпихнул Макса и налетел на кусок хлеба, от одного взгляда на который Макса чуть не стошнило.
«Это ведь не из-за меня он это творит? О, Создатель, ведь не из-за меня? Я только велел ему сидеть в кладовке. Этот воришка же совсем страх потерял… Создатель, что делать? Он спятил?»
Макс начал задыхаться от паники напополам с рвотным позывом, потом увидел термос, облепленный сырой листвой, будто она, как живая, пыталась скрыть его от глаз Макса.
«Проклятый лес!»
Макс схватил термос, с трудом открутил крышку, руки совсем не слушались, и плеснул на Найка солёной водой. Земля, куда попала вода, зашипела, повалил дым, а Найк заорал, заскрёб грязными руками рот, потом согнулся, его вырвало.
Лес зашумел, по голым ветвям пронеслось ворчание. В лицо пахнуло противным мокрым ветром, словно какая-то тварь выдохнула, Макса передёрнуло. Он вытащил телефон, выругался — сигнала не было.
Задержав дыхание, Макс шагнул к корчащемуся на земле Найку, сгрёб под мышки и потащил с поляны. На Найка он старался не смотреть и думал лишь о том, как выбраться из этого проклятого парка и вызвать дурню помощь. Тащить долговязого угловатого воришку было трудно, поначалу он дёргался и сдавленно орал, пару раз пришлось его переворачивать и ждать, когда его вывернет снова.
«Я не мог его так прокатить… Я… я хотел его проучить… Он вечно берёт, что плохо лежит, ещё и еду тащит у всех в кампусе… И зарывается… Создатель, и что, что он первый кандидат на битье палками? Я ему такого не желал. Не желал! Точно не желал!» — успокаивал себя Макс, но всё больше поддавался панике.
Выбравшись на главную аллею, он наконец смог дозвониться в колледж и запросить
дежурного врача: сегодня добряку Чарли хватит кроссворды разгадывать, пусть поработает, а то небось чаи гоняет, болтает и медсестру раздражает…— Возьми себя в руки, дебил, сосредоточься, хватит чушь нести! — обругал себя Макс вслух, чувствуя, как руки налились тяжестью, да и ноги тоже.
У выхода из парка тусовались студенты, среди которых оказались Скотт и Марк. Макса они встретили испуганной бранью.
— Что за дела, Лерой?! Что за дела?!
Если бы он знал…
***
Голова вновь разболелась, накатывала тошнота, воздуха не хватало и мерзостный запах гнили преследовал, будто въевшись. Макс принял душ, распахнул в комнате окно и облился одеколоном, но всё никак не мог вытравить эту гадость.
Поляну и дерево Макс не осмотрел, сразу бросился спасать Найка, а заставить себя туда вернуться не мог уже битых два часа.
Он терял время. Ещё и Глаз как отрубило, попытка настроиться и вызвать хоть какие-то видения взрывала голову адской болью, Макс решил не рисковать.
Найка, к счастью, промыли, можно сказать во все дыры, и отправили в больницу. А Максу пришлось на ходу сочинять, как ему удалось найти этого бедолагу; под это дело Макс заложил гиков с их псевдодруидской гулянкой. Не смог отказать себе в удовольствии назначить придуркам небольшое наказание.
Макса не покидало ощущение, что за ним следят. Как только вернулся с поляны в колледж, так сразу же и почувствовал, что попал в объектив. Возможно, на поляне были какие-то магические метки-ловушки. И возможно, Макс в одну из них вляпался, отсюда и проблемы с Глазом. Чувствовать себя подслеповатым — отстой полный! Кто поставил ловушки? В то, что это сделала кучка гиков, Макс верил слабо. Чутьё подсказывало, что это был кто-то намного опаснее, кто только воспользовался их дуростью.
«Итак, что же здесь происходит? Почему? За что? Сначала испортилась еда на кухне девчонок. Но было в этом что-то показательное. Как и в чарах, наложенных на Найка. Что это? Оскорбление? Издевательство? Может… наказание? Сложить еду в кучу и испортить… в назидание? Как-то старомодно… первобытно даже, впрочем, чего ждать от духа. Они вообще чужаки в нашем мире, мало кто их понимает, — рассуждал Макс, отправившись в магазин за стратегическими запасами соли. — Это не призраки, которые, считай, люди. Наказание, значит… Но за что? Стервозин-то можно много за что наказать, компашку Скотта тоже, а по Найку так вообще наручники плачут, но… хм, как-то всё связывает тема еды. Понять бы ещё как… Наш холодильник в порядке, тем не менее. Порча еды просто средство? Найку досталось куда больше. Даже… на проклятье похоже. Иногда духи действуют сами, но обычно им нужно от чего-то черпать силы. И тут налицо какая-то цепочка. В чём же смысл? Стоп! Максик, ты болван. Если сначала наказали девчонок, то… может и виновника надо искать среди них? Так картинка вообще переворачивается и встаёт совсем под другим углом».
На парковке перед магазином Макс увидел знакомых. Грейс и Энни были с его потока, а Нана со старшего. Она приветливо замахала ему рукой. Определённо хорошо быть таким обаятельным.
— Здорово, девчонки!
— Привет, Макс… снова, — пролепетала Грейс.
Энни насупилась — странно, она терпеть его не могла, хотя он тут был совсем ни при чём.
— Не самая лучшая погода. Холодно. Того и гляди снова снег пойдёт. А вот осень была красивой. Жаль расставаться, — затараторил он, обведя девчонок сияющим взглядом. — Вам понравилась осень?