Душа Пустоты
Шрифт:
Ирриазар на это ничего не ответил, однако, на протяжении всего урока Нэри младший чувствовал на себе его пристальное внимание. Даже с учётом того, что Эпоха Разума по-прежнему глядел куда-то сквозь энергетические сферы.
После учебного спарринга с мастером было окно свободного времени. Кай добрался к роднику, прихватив с собой шкатулку. Хорошенько помылся, побрился и срезал часть длины волос, чтобы не так мешались во время тренировок.
Успешно закончив с отработкой ударов, проявил себя на спарринге со спектральными воинами.
– Ты делаешь успехи, солдат. – Полупрозрачный
– Быстро?! – Появился ярл. – Хех, это мягко сказано! Несётся, как боров на случку!
– За пару часов освоил теневой финт, – прошептал убийца. – В моём ордене этот приём отрабатывали месяцами.
– Ирриазар говорил что-то по этому поводу, – пробормотал Кай, усаживаясь в позу для медитации. – Про Рыцаря Бездны. Его оружие – моё оружие, его навыки – мои навыки.
– Хорошо, если так, – кивнул латник. – Но всё же вы два разных существа. Не забывай об этом. А теперь давай, облачайся в доспехи.
Юноша закрыл глаза. Призвал перчатки. Затем наручи с локтевыми пластинами. Наплечники. Сосредоточился на торсе.
Секунда. Вторая. Целая бездна времени, разлитая лужей по пещере. Ничего.
– Представь, что стоишь на пороге своего дома, – вдруг раздался голос Нэтис.
Кай почувствовал, что теряет равновесие. Отрешённое сознание разверзлось и вобрало его, беспристрастного наблюдателя, в свою пучину мыслей и памяти. Медитация прекратилась.
Нэри младший оглянулся к выходу из пещеры, откуда виднелось, как на темнеющем небе зажигаются звёзды. Там стояла Эпоха Рассвета. Девушка была закутана в подобие мантии, сотканной из белого шёлка. Босые ноги осторожно ступили на залитый пол. Под её пальчиками зашуршала галька.
Тяжёлый пехотинец и теневой исполнитель разом поклонились.
– Привет! – махнул ей викинг.
– Ирриазар знает? – заговорщицки прошептал Кай.
Нэтис в ответ лишь прислонила к губам указательный палец.
– Подобный призыв лучше выполнять стоя, – сказала она. – Если бы ты сейчас был в латах, тебе было бы очень неудобно сидеть в обычной позе для медитации. Встань.
Кай последовал её совету.
– Но...
– Не волнуйся, я тебя придержу.
Она подошла к нему со спины и нежно обхватила за торс.
– Закрой глаза, – тихо проговорила она. – Смотри, мы уже не в пещере. Чуешь запах хвои и берёз?
Втянув в себя воздух, Кай уловил знакомые ароматы, что ветер нёс от Большой Гальки.
– Слышишь шелест яблони над нашими головами? Сквозь её листву пробивается свет полуденного солнца.
Больше она ничего не говорила. Нэри младший уже видел вокруг себя картину своего детства. Их участок. Зелёную траву. Тёмные грядки с молодыми ростками. Он мог поклясться, что если бы сейчас обернулся, то увидел бы Маллику. Овчарка бы бодро вскинула голову, посмотрев на него. Удивление в её умных глазах сменила бы радость. Она бы подскочила, завиляла хвостом. Лаем созвала бы всё семейство. Дверь распахнётся, из избы выйдет матушка и крикнет, что обед готов. С поля вернуться отец с Элаем.
Вот оно счастье. Чистое. Обретшее осязаемую и понятную форму.
Лёгкое касание Нэтис напомнило
Каю, зачем он здесь. Юноша поднял руки, глядя, как семейство собирается вокруг стола. Ладони обволокла сталь. Голос отца, живой и радостный, громогласный, как у богатыря, влил в душу тепло. Латы скрыли под собой руки. Два острых наплечника звякнуло возле ушей.Матушка ещё раз вышла на порог и крикнула. Слов Кай не разбирал. Впрочем, нетрудно было догадаться, кого она звала. Через минуту, пробежав по тропе от калитки в избу нырнул черноволосый мальчишка. Запыхавшийся, с новым синяком под глазом.
Кай хотел заорать в след этому поганцу, чтоб он больше уважал отца и мать, чтоб не отлынивал от работ по дому! Чтобы ценил то, что имеет.
Обессилено опустил голову.
Серебристая клеть в груди сливалась с тёмно-сапфировой сталью. Метал проглотил живот и бёдра. Таз. Ноги – панцирь захлопнулся на коленях, оплёл голени, заковал стопы.
Зелёная трава, тень от яблони, падающая на бревенчатую избу – всё начало таять. Всё заменил собой камень. Серый свод над головой, сырой пол и холодные стены.
Кай стоял на небольшом сухом островке, торчащем из пещерной лужи. В полном обмундировании Рыцаря Бездны. За исключением шлема.
– Спасибо, – сухо поблагодарил он Эпоху Рассвета.
– Главное, чтобы у тебя получилось призвать их на арене, – раздался голос командира тяжёлой пехоты.
– Получится, – без колебаний произнёс сын фермера.
Как и говорила Нэтис, обычная поза для медитации оказалась неудобной. Поэтому Кай просто опустился на колени.
Этот бой с Рыцарем Бездны отличался от предыдущих.
Он был долгим.
Сколько раз их клинки ударились друг о друга, сказать Кай не мог. Потерял счёт где-то на двадцатом. Броня, конечно, выручала. Он отмечал каждое скользящее движение вражеского острия, мимолётом задевающее его латы. Раньше такие промахи повредили бы мышцы или связки – Рыцарь Бездны любит подрезать своих жертв, превращая их в беспомощные куски мяса. Обеим сторонам пришлось делать больший упор на колющих выпадах и попытках выбить противника из равновесия.
В какой-то момент, Кай начал испытывать ощущение узнаваемости. Он обнаружил, что многие самые опасные атаки врага следуют неизменному порядку. Его приёмы – набор заложенных в него движений. Он же инструмент, не более того! Он не учится ничему новому!
В этот раз Кай опять проиграл. Воодушевившись своим открытием, что может просчитывать атаки Рыцаря Бездны, он пошёл в наступление. Обрушил на творение Пархара шквал ударов, заранее зная, когда задействовать защиту – блокировать или уворачиваться. Переоценил свои возможности. И нарвался на парирование, что закончилось отсечением его головы.
5
Одной дуэлью день не закончился. Хоть высоко в небе сияла луна, Кай продолжил попытки. По совету спектрального латника, он не стал вести полноценный бой с Рыцарем. Напротив, полностью сосредоточился на защите и наблюдении за противником. И после каждой смерти докладывал о результатах учителям.