Диверсант
Шрифт:
– Представь себе, что у меня в руках находится вместилище инопланетных душ, и они, за счёт него, переселяются в новые тела.
– Что ты хочешь мне этим сказать, Юг?!
– споткнулась напарница, теряя равновесие.
– Что в мою дочь вселилась какая-то инопланетная тварь!
– не оборачиваясь на неё, пробирался вперёд землянин.
– И ты намерен бросить её на произвол судьбы?!
– застыла Нора.
– Нет. Напротив, подготовиться к новой встрече с ней, чтобы вернуть дочь в нормальное состояние. Ведь переселение душ инопланетян без реликта невозможно,
Благо та больше не стала упираться и расспрашивать его о том, что он видел во всех подробностях. Ей вполне хватило прежнего объяснения, и столь разгорячённым напарника видела впервые.
– Надеюсь, мы сумеем спасти Полину.
– Я тоже, иначе бы не стал удирать, как последний трус, - злился Юрий, в первую очередь, на себя за то, что отпустил дочь, когда должен был оберегать. Однако долг родине, заточившей его в «Берлогу», превысил отцовский. Теперь вот расплачивался за тот опрометчивый шаг.
Глава 16. ДОГОВОР
Глава 16. ДОГОВОР
Глава 16
ДОГОВОР
Критическая ситуация на «Призраке» становилась всё больше катастрофической. Мало того, что ожившие в одночасье гиббоны вырвались за пределы бокса, так ещё и устроили кровавую пирушку.
– Это невероятно, капитан, но некоторые из гиббонов упорно не желают умирать, - дрожащим голосом проронил старпом.
– И без твоей подсказки это вижу, зам, - осознал новоявленный командир крейсера: внутри крейсера у них дела обстоят многим хуже, нежели снаружи на базе.
Вот и не стал усугублять собственного положения и экипажа как такового, наказав открыть шлюз грузового отсека и принять на борт очередных незваных гостей.
С чем те пожаловали к ним, сомневаться не приходилось, однако и деваться теперь - в виду захвата «Призрака» гиббонами - было некуда.
– Попробуй удивить меня, Гризли!
– услышал тот от компаньона.
– Постараюсь, старпёр!
– закончились довольно быстро самокрутки у головореза, иначе бы он сейчас не сжимал во рту затушенный окурок.
Гризли, в первую очередь, стремился добраться до беглецов, когда наткнулся на перебирающего обрубками тела с нечеловеческим лицом и такими же точно глазами гиббона.
– Это ещё что за тварь?!
– разрядил он Молот в него.
Не помогло - тело, продолжая источать из рваных ран тёмную слизь, огрызнулось.
Очередной выстрел из Топора, и точно в пасть винтом, заставил мутанта превратиться в раздёрганное взрывом изнутри месиво, которое вновь стало собираться в единую массу.
– Чтоб тебя! Огонька не найдётся, парни?
– показалось наёмникам: головорез намерен прикурить; но ему требовался огнемётчик или хотя бы ранцевый огнемёт.
А пока кинул осветительную гранату, стараясь подпалить дурно пахнущую и источающую едкие пары тёмную слизь, что вновь приняла контуры человеческого тела.
– Ах... ренеть!
– вторил Гризли компаньон, глядя на то, что сейчас творилось в грузовом отсеке.
– Ты что такое?!
– недоумевал головорез, проверив Молот на активацию. К нему имелась не одна обойма, вот и к Топору - пару зарядов.
Их
в первую очередь и применил пират, заставив расплескаться, вновь собравшегося мутанта.– Гиббон, твою мать!
– добавил ещё раз, чтоб наверняка Гризли и после уже дал очередь болтами.
Наконец в грузовой отсек пожаловала бригада «дезинфекторов».
– Сюда, парни! Я здесь!
– замахал им приветственно головорез.
Но тем и без него хватало работы, иначе бы не устроили файершоу, источая огненные выбросы вокруг себя, и дожигая то, что представляя собой опасность, стремилось добраться до них и сожрать.
Одному из огнемётчиков при столкновении с инфицированными колонистами не повезло. Какой-то гермафраг вцепился клыками в соединительную трубку с баллоном за спиной у него, и огненная смесь, угодила на обоих.
Грянул одиночный выстрел. Им Гризли упокоил воспламенившегося огнемётчика, а вот гиббона выручать не стал, заставляя его помучиться. Зря. Ох, и зря. Крови тварь напилась изрядно, поэтому и заметалась в поисках выхода из грузового отсека. А едва пираты во главе с головорезом опомнились, стрелять вдогонку удирающему огненному воплощению, было слишком поздно. Оно прыгнуло к открытому проёму воздуховода, скрываясь за тонкими стенками, которые принялись поливать налётчики из всего наличествующего у них вооружения.
– Этого нам только не хватало, - закрутился на месте в кресле старпом, получая данные о нарушениях в системе жизнеобеспечения крейсера.
Если так дальше дело пойдёт, то скоро на «Призраке» дышать будет нечем, и он, в лучшем случае, превратится в рассадник тварей, в худшем - в одну братскую могилу для всех, и выгорит дотла изнутри. Пока не детонирует БК. Тогда от Цереры мало что останется, не говоря уже про базу и экипаж. Всё-таки ядерный реактор на фотонной основе - гремучая смесь. Так что отделаться лишь испугом не получится даже у находящихся сейчас на орбите малой планеты в астероидном поясе прочих экипажей крейсеров и космических судов различной модификации.
– Никто не хочет мне рассказать, что здесь произошло в моё отсутствие?
– считал и дальше себя на «Призраке» полноправным хозяином Гризли, шагая к уцелевшим колонистам у грузака.
Им досталось, при этом изрядно, на что головорезу было плевать, так как он и без того стремился усугубить их незавидное положение.
На его пути встали сталкеры. Немного, но могли доставить кучу неприятностей.
– Кто старший? Мне нужен Каа и реликт! После можете проваливать, куда хотите!
– обрушился головорез на них, общаясь на повышенных тонах.
– Я здесь за главную, пока что, - обернулась некая женщина в комбинезоне санинструктора.
Лацкан с данными о ней никуда не делся, и оставался до сих пор на месте. Взглянув на него, головорез счёл:
– Санинструктор 1-го класса Фомина?
– Да, - подтвердила та, и добавила, - вижу: читать, вы обучены, бандит!
От её слов Гризли чуть не подавился окурком.
– Вот что, дамочка, - проглотил остатки самокрутки не по собственной воле головорез.
– Вы отдадите мне Каа и реликт, а я высажу вас в любой части солнечной системы. Разумеется, если агенты при вас, из секретной службы Содружества, не станут мешать мне и согласятся принять моё условие вместе с вами. В противном случае, я не дам даже ломаной кредитки за вашу жизнь!