Диверсант
Шрифт:
– Ну да, я не девица, - согласился советник, сжав пальцы в кулаки.
В этот момент генерал опустил руку с табельным оружием вниз и дулом к полу, снимая с предохранителя.
– Я буду задавать вам вопросы, вы отвечать мне, - предупредил медик пациента в капсуле.
– Если поняли - моргните один раз. Если нет...
Договорить он не успел, пациент повёл себя неадекватно пробуждённому после длительного пребывания на грани клинической смерти в коме.
– Где я?
– выдал
– В Берлоге, - ответил в шоке на его вопрос медик, и спохватился с небольшим опозданием.
– Вы нарушаете правила тюремного устава!
– Надо же, - стал чуть грубее голос у заключённого, - как интересно. Ты никогда не задумывался, мед, что правила для того и существуют, чтобы их нарушать?
– Никак нет, - отвлёкся он от подопечного, и обернулся на кого-то ещё, кого пока не видел в силу горизонтального положения тела заключённый, а едва приподнял голову, уткнулся лбом в саркофаг.
– Ну, хватит, - встал генерал с откидного стула.
Его примеру последовал гость.
– Ты свободен, медик.
– Но, генерал...
– Прочь, - сменил его у саркофага военный, тенью которого явился советник.
Располагаясь у него за спиной, он выглядывал из-за плеча.
– Привет, надзиратель, - заскрежетал зубами до хруста эмали заключённый.
– Давно не виделись.
– Ты даже не представляешь себе насколько давно, Юрий, - уточнил генерал.
– Если обещаешь вести себя тихо, возможно, окажешься вне стен тюрьмы.
– Даже так, - напряг члены тела заключённый, проверяя насколько они послушны и пластичны мышцы. Они отозвались болью, иначе бы на его лице не проступили предательские морщины.
– Не напрягайся, Юрий. Ты выйдешь отсюда при условии: никого не убьёшь, - сжал крепче рукоять табельного оружия генерал.
– Обещаю, вояка, - пошевелился внутри капсулы заключённый.
– Поклянись! И калечить тоже не станешь, - не унимался хозяин «Берлоги».
– Договорились, вояка. Выпускай уже - ну...
– проверил на прочность каркас изнутри ногой заключённый.
– Помни, о чём мы договорились, - доверился его слову генерал.
– И не забывай о долге!
– Ты ещё смеешь мне напоминать о нём, - зацепил коленом невидимую преграду заключённый, сотрясая саркофаг.
Медик предложил пустить усыпляющий газ.
– Пистолет надёжней, - противопоставил ему его генерал.
– С инъекциями?
– С атомными пулями!
– выдал хозяин «Берлоги».
Больше тот не вмешивался.
– Хорошо, - пошёл генералу на уступки заключённый.
– Ответь мне на один простой вопрос: какой сегодня день, месяц и год?
– 13 апреля 2161-го года, -
опередил его советник.– Знакомый до боли в теле голос, вояка, - вновь исказилось лицо гримасой боли у заключённого.
– Отойди-ка в сторону, я хочу взглянуть на твоего подопечного.
– Ты не ошибся, Юрий, - вышел из-за его спины...
– Советник. Ты ли это?
– Я, больше некому. И кто, как не я, способен вытащить тебя отсюда. Вот выпал случай, и я тут как тут, - раздался неуверенный голос гостя.
– Тебя, я убью первым!
– зажурился на мгновение заключённый.
– Юрий, ты клялся мне, что не станешь даже калечить, кого бы то ни было, тем более собственного освободителя, - напомнил генерал, по-прежнему пряча пистолет от заключённого.
– Мой освободитель и является тем, кто заточил меня сюда на двадцать с лишним лет, - открыл глаза заключённый.
– И явился ко мне в каске и при бронежилете с охраной в твоём лице, генерал, да прочими головорезами, которых я не вижу, но зато чувствую их страх. И ваш!!!
– Псионное воздействие блокировано!
– раздался механический голос.
– Повторное действие возможно нескоро. Биологический объект слишком слаб.
– Пустите! Пропустите!
– ринулся медик меж генералом с советником.
– Мне требуется ввести заключённому стабилизирующую инъекцию!
Когда тот вновь пришёл в себя, то узрел всё те же три лица - медика, генерала и советника. На последнем и сфокусировался вновь.
– Вот твоё освобождение, - развернул документ гость и приложил к саркофагу.
– Читай!
Взглянув стремительно на него, обитатель капсулы краем глаза заметил и подпись внизу.
– Хм, я стал настолько важной персоной, что лично глава совета президиума космического альянса поставил свой отличительный знак, - проступила улыбка ехидства на устах невольника.
– Не то слово, и он оставил его на данном документе после моих долгих уговоров, и не только. Чашу весов в твою сторону склонил торговый представитель «Ассорциума», - заверил гость.
– Попробую поверить - ненадолго, - ждал заключённый, когда же над ним разверзнется саркофаг, и он вдохнёт полной грудью воздуха. Настоящего воздуха, а не вентилируемого к нему внутрь.
Это сделал собственноручно генерал.
– Добро пожаловать на свободу, Юрий...
– И в космос, - присовокупил советник.
Не спеша сев и свесив ноги к полу, узник оглянулся на гостя.
– Если обманул - пеняй на себя.
– Ты чего косишься на меня?
– смутился генерал.
– Не прячь от меня пистолет, вояка, - коснулся ногами пола освобождённый.
– Всё равно не успеешь застрелиться!
Медик не удержался и хохотнул про себя, иначе бы его плечи не задрожали, хотя силился сделать вид, будто закашлялся.