Дикий опер
Шрифт:
– Раздевайтесь, проходите, – обрадовавшись прибытию своих легатов, радушно предложил он. – В контексте моего просмотра это звучит несколько кощунственно, но я не могу оторваться от этого уже третий час.
На его столе горкой лежали кассеты. Они были подписаны карандашом, чтобы не перепутать, и на каждом ярлыке пластмассовых корпусов значились фамилии более-менее известных в городе лиц. Кто ему их подсказал, догадаться было нетрудно – рядом со следователем сидела пунцовая начальник управления по связям с общественностью ГУВД Москвы.
– Спасибо, – поблагодарил ее Антон, и девушка не без радости исчезла из кабинета.
– Ребята! Я вам скажу… – приглушенно пробормотал Приколов. – Имей я желание заработать, я поднял бы за неделю столько
Во-первых, они привезли, как и обещали, рыбу. Пара копченых семг, литровая баночка красной икры. Воздух в кабинете мгновенно наполнился ароматом, заставляющим слюну выделяться в три раза быстрее, и Приколов тут же убрал подарки в холодильник.
Мирнская область… Богатый край, земля, облюбованная господом и дьяволом и периодически переходящая из рук в руки, как хутор на Западной Украине в период приручения Махно советской властью.
Резун Константин Игоревич был в ней человеком не случайным, то есть – не приезжим. Он родился в Мирнске, вырос в нем, выходил с отцом в море и не понаслышке знал, что такое тянуть из воды сети, полные северного улова. Путина сменялась продажами, а потому был Резун не простак и в деле реализации улова. Он трудился бригадиром, был капитаном маленького рыболовецкого траулера, был командирован по комсомольской путевке в институт, потом – в партийную школу. Партия ушла, забрав с собой воспоминания о светлой жизни, но к тому моменту, когда это случилось, Резун стал уже «господином», начальником рыболовецкого хозяйства. В конце девяностых освоил Мирнск и четыре года добросовестно руководил городом в роли главы городской администрации. В две тысячи шестом решился на предвыборную борьбу и даже удивился, насколько легко ее выиграл. А потом – еще раз.
И это та часть информации, которую оперативники вытравили в Мирнской областной администрации. По месту работы Резун характеризовался положительно, как крепко стоящий на ногах хозяйственник, видный политик, принципиальный человек, честный и любивший свою семью из трех человек: жену и двух дочерей.
Это о достоинствах. Их спутниками всегда являются недостатки. У Константина Игоревича их было немного. Если отбросить вредную привычку курить, остается, вообще, один.
Непреодолимое увлечение карточными играми. Губернатор поигрывал и занимался этим на вполне профессиональном уровне. Был чемпионом области по покеру, однако на катранах замечен не был. Это было скорее хобби в часы досуга, нежели неизлечимая болезнь.
Однажды на спор Резун выиграл у директора колхоза соседней области контракт на поставку сельскохозяйственной продукции. После этого остается лишь догадываться о причинах передовых позиций области Резуна за весь период его руководства.
Бывало дело, губернатор, не будучи губернатором на отдыхе, выигрывал и суммы. И те всякий раз оказывались либо в детских домах в виде фруктов, либо в школе в виде компьютера.
– Черт возьми! – восхитился Приколов.
Перед ним легла папка с изложением уже услышанного материала на бумажном носителе, и он, ни секунды не колеблясь, отодвинул ее локтем на край стола.
Наиболее ярко и живо была описана жизнь Константина Игоревича в материалах, полученных муровцами от местных представителей Управления по борьбе с организованной преступностью. Как обычно бывает в таких случаях, чернила есть, бумага есть, но нету виноватого. В ФСБ по Мирнской области, куда направили стопы опера, перед ними стали «месить тесто», рассказывая мирнские анекдоты, и интересоваться, какая погода в Москве.
Для того чтобы разговорить их руководство и объяснить цель прибытия, Тоцкому понадобилось добрых два часа. Когда люди на севере России, отвечающие за ее федеральную безопасность, поняли, что дело серьезнее, чем просто формальная проверка фактов, стали более уступчивы. И вскоре перед московскими операми стала появляться та часть информации о деятельности Резуна, которая оказалась недоступной ни в администрации, ни в ГУВД города Мирнска.Жил Константин Игоревич действительно хорошо и правильно. Имел квартиру в высотке в центре Мирнска, особняк за городом, на берегу Енисея, замок, похожий на логотип диснеевской корпорации, и две дачи. Два катера, общим водоизмещением в двадцать тонн, прогулочную яхту и небольшой домик на острове Вилькицкого, для отдыха «по-северному», совмещаемого, как правило, с избиением морских котиков и нерп.
Удивительно, но за эту любовь к морю Резуна никто никогда не упрекал. Население области три года назад восприняло его идею выдвинуться в кандидаты вторично с восторгом. За семь лет правления областью Резун для населения сделал немало. Зарплаты учителей стали выше, школы начали приобретать вид, похожий на учебные заведения, пенсионеры не жаловались на пенсию, а армейцы – на количество выделяемых квартир.
И перед Тоцким встал вопрос. Мирнская область не славится нефтью. Никто не слышал, чтобы в ней когда-либо добывали газ или уголь. Алмазов, как триста лет ни старались, не нашли, среди местечек, известных своими курортными видами, побережье Карского моря не числится.
Вопрос: откуда бабки на новый «Мазерати»?
Ответ: рыба.
Даже не так. Ответ звучит следующим образом: РЫБА!
Навага, треска, сельдь, тунец, выуживаемые траулерами флотилии Мирнской области и перерабатываемые на ее же заводах, приносят прибыль, сравнимую разве что с золотом, которого в Мирнской области нет, как и серебряных руд. Как нет медных руд и марганцевых, селитры и колчедана. Но есть рыба, и она заменяет все.
Приблизительно четверть рыбной продукции, выбрасываемой на рынки России, поступает, по сведениям Министерства рыболовства, из Мирнской области, а потому спрашивается, зачем ей, этой области, такие проблемы, как буровые вышки и угольные карьеры? Засорение окружающей среды, гнилые реки, тухлые озера и ветер, разносящий пепел по всей необъятной северной территории? Есть природа, есть чистая вода, есть в ней рыба, которая среди населения всегда будет иметь спрос, потому как в ней есть фосфор, она легко усваивается организмом и на порядок дешевле самого дешевого мяса.
И через час рассказа сыщиков о проделанной работе Приколов понял, что на данный момент не услышал ничего, за что Резуна, губернатора Мирнской области, следовало бы умерщвлять таким варварским способом. То, что в его крае рыба плодится лучше, чем в Приморье, – не причина. И даже не повод.
На стол советника легла вторая папка, и он также, локтем, сдвинул ее на край стола. Обе ему пригодятся, несомненно. Но вряд ли сегодня. Глаза муровца тлели странными угольками, и вряд ли от того, что он только что услышал.
Ловом рыбы в Мирнской области занимаются несколько гражданских флотилий. Одна, являющаяся по сути монополистом, составляет половину всех судов, выходящих в Карское море на промысел. Есть еще две, и они делят пополам вторую половину улова. Еще более невыгодным для остальных рыболовных компаний образом развита и сеть сбыта готовой и сырой продукции. Этим двум маломерным флотилиям достается около десятой доли рынка. Есть еще десятки самодеятельных рыболовецких бригад, с ними, не покладая весел, борется водная полиция. Понять, почему борется, нетрудно, ибо деятельность этих кооператоров ориентирована на сугубо внутренний рынок города Мирнска и весей, расположенных вокруг него, но без лицензии, дающей на это право. Власти города, коим совсем недавно управлял сам Резун, полагают, что действия таких рыболовов подрывают городской бюджет. Налоги-де не платят, преступность поощряют.