Дартмур
Шрифт:
– Феникс, – протянула Фанни, спрыгивая с дивана через спинку, отчего розовые хвостики забавно взметнулись вверх. – Ты куда пропала? Мы тебя искали.
Ребята обернулись. Ник махнул рукой, будто его можно не заметить.
Бесперебойные приветы летели со всех сторон. Феликса всем помахала и поспешила к своим, подталкиваемая в спину нетерпеливой подругой.
– Твоих вещей нет в комнате, – сходу заявила Эмбер, протягивая бокал с искрасидром.
Пальцы обхватили прохладное стекло. Феликса пристроилась на подлокотнике кресла, где сидел Билл.
Пора объявить
– Я староста школы!
Она представляла, что это прозвучит торжественно, на деле же вышло слегка неуверенно и хрипло.
Запила внезапную сухость легким алкоголем, но стало только хуже. Теперь горло пекло, а язык кололо, будто по нему пустили микротоки.
Лица друзей застыли с теми же эмоциями. Замороженные маски с улыбками и глазами, полными неверия.
Да, у нее, похоже, было так же.
– Ты – кто? – кашлянул Ник, и опрокинул в себя почти полный бокал.
Феликса смущенно провела по волосам, откидывая их на спину.
Какофония звуков вокруг исчезла, погружая небольшую компанию в давящую тишину. Шумная гостиная вдруг разом сжалась до размеров дивана и пары кресел.
– Шутишь? – Билл смотрел снизу вверх с кривой улыбкой.
– Нет, правда. Горденгер меня для этого вызывала.
Напряжение нарастало в груди, сдавливая легкие и не давая нормально вдохнуть.
– Ну… поздравьте меня, что ли, – неуверенно засмеялась, смотря на напряженных друзей.
Они переглянулись, будто был еще какой-то выбор помимо радости за подругу.
Они же несерьезно? Сейчас шок пройдет, и они кинутся поздравлять. Точно.
– Э-э… – Тим почесал светловолосый затылок и закашлялся.
– Вы чего? – Феликса улыбнулась, не понимая реакции.
Это начало напрягать. Болезненно, физически неприятно. К горлу подступила тошнота, как всякий раз при сильном волнении.
– Ну-у, понимаешь… – протянула Фанни без былой радости.
– Не понимаю.
Взгляд скользил по родным – да, черт возьми, родным – лицам. Пальцы побелели, сжимая бокал.
– Кхм, – натужно кашлянул Тим, и сцепил руки перед собой. – Нас не назначают старостами, это негласное правило Дартмура.
– Да, это странно, – подхватила Эмбер, перекатывая в пальцах веточку от вишни.
Очередной нервный смешок вырвался наружу. Она в самом деле это слышит? Не во сне, в реальности?
Те, кто, как и она мечтали, наконец, выбраться из ограничений, которое вокруг них возвела элита, теперь… что? Не смогли поверить? Принять? Не захотели поддержать?
– Нас? Тим, не ты ли год назад говорил, как круто было бы стать старостой? – Феликса не верила в то, что это происходит с ней.
Поверить невозможно! Друзья, с которыми бок о бок прошло столько лет, столько унижений, и теперь они…
– А ты, Эмбер, давно ли возмущалась о несправедливости общества? Или ты, Фанни, кричала на синих за то, что они написали на твоей сумке «отброс»? Давно? Или это было не с вами?
Подруга смотрела на свои сцепленные пальцы, не поднимая
взгляд, покачивая коленками из стороны в сторону.Сатирическая комедия в действии. Акт первый.
– Это не то же самое, Феникс, – аккуратно начал Билл.
Он открыл рот, чтобы продолжить, но звука больше не вылетело. Отвернулся, потирая подбородок и смотря куда-то в пол.
– Объясни мне тогда, – дно бокала со звоном встретилось со столом. – Ты, или вы все. Объясните, чтобы я поняла. Я хочу знать, почему мои друзья не могут меня поддержать?
Воздух тяжелел с каждой секундой, с трудом протискиваясь в легкие. Густой и тягучий он почти придавливал к месту, не давая пошевелиться.
Снова переглядки – обычное дело. Только в этот раз оставляя Феликсу "за бортом". Отделяя ото всех.
Она покачала головой, не веря собственным глазам.
– Мы рады за тебя, конечно, – Билл по-прежнему разглядывал пол.
Его голос не выражал никакой радости.
– Просто… – Фанни с усилием посмотрела прямо в глаза. – Просто это не твое место. Ничье из нас.
Не твое место.
Эти слова уже были обращены к ней раньше, причинив такую же боль.
Все столпились в большом зале, рассматривая три огромных кристалла, парящих над полом. Прошли первые рождественские каникулы первокурсников, наступило время инициации кристаллов. Долгожданное и очень волнительное.
Возбужденные ученики перешептывались в нетерпении, наблюдая за остальными. Сейчас их распределят по цвету проявившегося кристалла и все изменится. Радость заполняла Феликсу. Ей очень нравился красный и синий. Они притягивали неуловимо, почти осязаемо. Их хотелось обнять, прикоснуться к чему-то, природу чего невозможно понять.
– Мне страшно, – прошептала Мими, цепляясь за руку Феликсы.
– Не бойся, это ведь не больно, – пожала она плечами, не отрывая взгляда от кристаллов.
Вообще-то она понятия не имела, что там, за чертой, которую переступает каждый студент по очереди, пока один из кристаллов не засияет.
– У Эмбер Кроули света не было, – Мими заговорила еще тише, – смотри, ее уводят. Как думаешь, куда?
Привычного раздражения от бесконечной болтовни Мими не было, его перекрыли другие эмоции.
Это действительно странно, что некоторых уводили из зала, а другие оставались, распределенные по цвету.
– Не знаю.
Развить мысль не позволила прозвучавшая фамилия.
– Феликса Фоукс.
Сердце забилось в бешеном ритме. Мокрые ладони еще больше нервировали, с трудом удержалась, чтобы не потереть их об юбку.
Ничего страшного. Ничего. Все хорошо.