Данди Бой Сказка на двоих...
Шрифт:
— Так и быть, будь по твоему. — Взобравшись внутрь салона кареты он крикнул. — Когда доберёмся заплачу, а теперь в путь.
Броская карета понеслась быстрее обычного преодолевая множество кочек, кривых и скользких троп, и усыпанного повсюду плотного снега. Иногда карету заносило по сторонам и ему приходилось подскакивать в сидячем положение и тут же наклонятся вместе с ней то влево, то вправо, — одни неудобства, — подумал он. Через каких-то двенадцать минут, им удалось добраться до места назначения. И вот они уже у цели. И когда старик слегка пришедший в себя от дикого холода вылазил из салона подкошенной кареты, то не забыл расплатиться и всё таки поблагодарить верховоду за великую помощь. Ведь на дворе стояла как никак лютая зима, и ход пешим запросто мог бы вас превратить в прозрачную сосульку. Брабл потопал по белому снегу к городскому дому, раз за разом оставляя за собой по святому следу. Пройдя массивную дверь он нырнул внутрь
— День добрый ! Я к Лоскусу. Свободен он ?
— Добрый день ! Ни как нет, занят он. Надо подождать.
Старик Брабл недолго думая полез в карман своего скромного полушубка, откуда мигом вынул конверт с письмом и тут же вручил его служащему мэрии.
— Вот, передайте мэру. — Тот смело перенял конверт махнув головкой в знак согласия. — Спасибо, и до встречи.
— Прощайте.
Священнослужитель удалился в своём обратном направление.
Плут, встречайте !
Лис был высоким и худощавым малым с наработанной пластикой движений. Имел карие выпученные глаза, под ними, ниже, длинный подбородок и по бокам больших размеров уши, что вне всякого сомнения выдвигало его на первое место в топ-уроды года. Вне конкуренции ! Излюбленным его объектом внимания служили личные густые патлы получавшие повседневно кропотливое ухаживание. Им двигало эгоистическое начало и беспочвенная злость. Внутри него таилось желание погубить где бы то нибыло, кем бы то нибыло, зарождавшиеся добрые начинания. Он был негативным, хитрым, и одновременно злодушным принцем. О его проделках в королевстве знал каждый, от мало до велик, и старался обходить его стороной. Сейчас же он вёл нелицеприятный диалог-грызню с принцем прекрасно знавшего его изнутри.
— Это были мысли вслух, и то, не мои.
— Не уж то?
— Думайте как хотите, но я абсолютно спокоен.
— Жак Морье, то, что сейчас будет сказано про вас, чистой воды правда. Вы недоделок и смутьян, по вам плачут тюремные решётки. — От переполнившей его злобы у него скривился рот и престарелого принца начало трясти.
— Принцек, вот вы кто, да ещё с заячьей душой, и приостыньте, а не то, последствия для вас могут оказаться весьма страшными и безнадёжными…
— Вы солгали мне, вы солгали советнику трёхглавых, и при удобном случае вы соврёте народу, а предоставить такой случай… вам, плуту…не должно само Небо, посредством нас, через нас, искренних амадеусoв болеющих душой за свой народ и свои родные края.
Разговор шёл о внутрекоролевском.
— Проваливай !
— Вы здесь ни кто иной, как трус…Талантливый трус ! — На последок бросил принц в сторону плута.
— Переварю такогo...-Оскалил зубы Лисий принц.
В перепалке Жак и не заметил как правой ногой по целую пятку с треском провалился в слегка замороженную лужу, где намочил любимый свой ботфорт, к его ужасу пропускавший воду. Стало очень неприятно ощущать попадание холодной водицы внутрь…Принцы разбежались кто куда. Если принц Ферeн поближе к снежной площади Согласия, то вредный Лисий принц потопал в обратном направление, ближе к кабакам. Он думал…”Ну a к чему ему такие игрища ?! Ну ничего, я всем ещё тут покажу, кто главный. У меня для этого имеются крепкие зубы, зубы, которые можно плотно сжать надкусив проблему пополам и успокоиться, хотя бы на короткое время. Отдохнуть от всех, забыться. Выпить что-нибудь в конце концов ! ”
Принцеска Твикса пребывает в горе.
В светлой гостиной комнатке сейчас можно было наблюдать печальную картину : тут грустило хрупкое существо, и сейчас уже совсем одинокое во всём крохотном принцевом королевстве ; молодая незаурядная принцеска, oтносящаяся к бедному классу среди местных амадеус впала в глубокий транс. И рассчитывать на свои силы не имело никакого смысла. Зато у неё имелась крепкая дружба с синьёритой Баньолой дамкой зрелых лет, представительницей дома клана Атропов, имение коих располагалось в нескольких минутах ходьбы от центральной площади Зимнего края. Благодаря яркому солнечному свечению заполневшиму весь периметр гостиной : та купалась в лучезарных бусинках многоцветиках которые наинаглейшим образом кружась приплясывали повсеместно, куда не глянь, отчего комната позолочено светилась. Был слышен гул с улиц, шедший от жившей ярким зимнем днём молодёжи, он доносился из широких двустворчатых окон и попадал в дом. Среди всего этобы были : звоны колокольчиков привязанных к лошадям, смех, басовый гонор, свисты, крики и какая-то словесная перебранка среди молодых принцев вкупе с собачьим лаем. Амадеувский люд бродивший на площади дарил красочную картинку
дню ненароком впуская в свой хоровод тех, кто отказывался покидать свои берлоги предпочитая оставаться в тепле. День жил, дышал надеждой, на кого-то действуя весьма добротно, а кого-то совсем никак не волновал, в силу весомых причин.Особки слабого пола уединившиеся от посторонних лиц не замечали всего внешнего : прекрасия погоды, взошедшего зимнего солнца и гревшего сегодня небывало жарко всю их округу. Сегодня был не тот момент, когда стоило радоваться жизни, лётая на седьмом небе от всплеска радостных эмоций по любому поводу, а тем более плескаясь в водовороте любовных игр, блуждая в зоне романтических исканий, ведь столько красивых прекрасных принцев повсюду. Но…Не у всех так, не сегодня точно...Кому то было не до этого…Кто-то...Кто-то особенно нуждался в сей час в оказании помощи, и этим кто-то была не кто иная, как совестливая и очень восприимчивая милашка. Не помочь ей было равносильно убийству не в чём неповинного мирного и живого существа из белых крылышек. Она была сродни мотыльку, но в данную секунду не жалея себя, убийственно бившегося о горящий фитилёк сокрытый стеклянной лампой. Ей была необходима помощь, и она обратилась по назначению, ведь данный целитель душевных ран был проверенным и надёжным а главное качественным. Вот поэтому она оказалась здесь, и сразу доверилась богатой синьоритке.
Принцесске Твиксе было очень горько после разочарования, и это читалось по её глазам...поникшим, да заплывшим. Хозяйка дома ласково держала обе ручки принцесски и заботливо глядела в глубину её глаз, порядком хотела на уровни глаз нащупать связь и понимание между их душками. Она была ей вроде родителя, той опоры без которой всякий психологически сломленный не в состоянии протянуть в одиночку. Они сидели в парадной гостиной на пышном диванчике заправленном шёлковым красивым покрывалом. Первой опустила глазки та,что особо нуждалась в моральной помощи. Она лихорадочно задрожала, но всеми силами попыталась не показывать этого, чего уже сделать было просто невозможно. Сейчас соленные слезинки пытались сорваться с глаз принцесски. Что-то заставляло быть её слабой, что-то тревожило хрупкое её сердечко, но что ? Вдруг из правого глаза по щёчке милой покатилась первая слеза страдальщицы и выдала в ней печальную натуру. Глубоко вздохнув та, у кого последняя гостила, попробовала исправить то, что казалось было уже ни чем не исправить и ничем не стереть,но безоговорочно нуждалось в исправлении. А лучше той, кто всегда был ей опорой и спасеньем, никто не знал как это сделать.
— Мой голубок... — Улыбаясь сказала прожившая долгую жизнь, опытная дама.
Она тихонько подняла за подбородок нежное и приятное личико молодой принцесски и ...
— Как ты краси-ива сегодня. — Протянула Баньола.
Слегка засмущавшись принцеска Твикса преминула натянуто улыбнуться, но её глаза и не думали скрывать от чего только не повидавших глаз печаль. Слишком глубоко засела иголка-грусть в её ангельском сердечке.
— Малышка, ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь ?! Я перегрызу горло тому гаду, что позволил себе лишности в отношении тебя…
—…нет-нет, вы что?
— Ты просто называешь его по имени, и мы будем видеть слёзы на его нахальной рожице, согласна ? — В полуулыбке сказала знатная дама.
Принцесска бросила заплаканный взгляд в приоткрытое окно откуда лился городской шум и сквозняком влетал морозный свежий ветерок. Она несколько раз моргнув тяжёлыми от пролитых слёз ресницами, и почему то задумалась глядя уже как то отстранённо. И через мгновение она прошептала.
— Я ведь не зря поверила ему, не зряяяя ?! — Слова давались не легко ей. — Я хотела бы подарить ему то счастье, которое никто не смог бы оспорить. А теперь поздно, и моё сердце рвется на части. Видимо я создана для боли. — Лицо её судорожно задёргалось, губы скривились а глаза поникли. — Как же нам было хорошо.... — Продолжала она. И внезапно Твикса согнувшись,обхватила обеими ручонками своё несчастное белокурое личико и зашлась плачем. Ей было очень нелегко на сердце, она стремительно кружась падала в глубокий тёмный колодец, как кленовый сухой лист с дерева в пору смены осеннего сезона на зимний. Даме oт творившегося на её глазах сделалось беспрециндентно ужасно, крушащая на своём пути острая энергетическая волна накатила на воспалённый её мозг, и ударила по самое не хочу. В глазах на секунду потемнело. Но тут же всё встало на свои места и уже она заправляла ситуацией.
— Твикса, милая. — Она приобняла её. — Попробуй довериться мне вновь, я всегда была на твоей стороне и умела находить те точки соприкосновения вблизи которых ты ощущала теплоту и заботу, а вместе с ним и спокойствие.
Тут она стала поглаживать малышку по густым её кудряшкам в ожидании ответа.
— Мне очень тошно на душе, по мне будто проскакало сотни лошадей и потоптали мою честь и моё достоинство. Я в дурном положении и мне от этого не хочется порою жить. — Она всё лила солёные слезинки из прекрасных глазок.