Чтение онлайн

— Речи твои — словно мускус с амброй, — промолвил Юсс. — Я хочу услышать больше. Что они собираются делать?

— Вот что, — сказал Миварш, — Сидя в темноте возле их шатра, я услышал, что этот Ялканай был введен в заблуждение, полагая, будто другой заморский дьявол, которого зовут Гелтераний, намеревался вероломно напасть на него, тогда как лысый дьявол убедил его, что ничего подобного не было. И они сошлись на том, что Ялканай пошлет к Гелтеранию гонцов, дабы заключить с ним мир, и они объединятся, чтобы убить Зелдорния, напав на него вместе, один с фронта, другой с тыла.

— А что будет дальше? — спросил Спитфайр.

— Убив Зелдорния, — продолжал Миварш, — они должны помочь этой лысой башке в его затеях.

— И тем самым отплатить ему за его совет? — спросил Юсс.

И Миварш ответил:

— Именно

так.

— Еще об одном хочу я узнать, — сказал Юсс. — Много ли у него людей в Импланде?

— Он собрал так много сил, как только мог, — ответил Миварш. — Я думаю, только загорных дьяволов не меньше сорока сотен. Кроме того, к нему присоединились многие из Импов, но у них лишь наше местное оружие.

Лорд Брандох Даэй взял Юсса под руку и вышел с ним в ночь. Заиндевевшая трава хрустела у них под ногами; на юге, в открытых всем ветрам пространствах меж облаками и спящей землей мерцали незнакомые звезды, а находившийся у зенита Ахернар затмевал все меньшие светила своим сиянием.

— Итак, на нас словно орел с ясного неба обрушился Корунд, чтобы преградить нам путь в Моруну, — произнес Брандох Даэй. — Силы его превосходят наши в двенадцать раз, и весь Импланд, словно собачонка, жмется к его ногам. Если только этот простак говорит правду, в чем я не сомневаюсь.

— Тебя охватывает радость при первом же признаке большой опасности, — сказал Юсс.

— О Юсс! — воскликнул Брандох Даэй, — Ведь и у тебя становится легче на душе, и речи твои теперь более оживленны. Разве здешняя земля и сами небеса не заодно против нас, и разве не грядут великие дела, что не позволят затупиться нашим мечам?

Юсс промолвил:

— Перед сном я расскажу Зелдорнию о том, откуда дует ветер. Теперь, чтобы победить, ему придется сражаться на два фронта. Он не должен проиграть в этой битве, ибо его враги обязались (если Миварш сказал правду) предоставить свои мечи в распоряжение Корунда.

Они направились к шатру Зелдорния, и по дороге Юсс сказал:

— Одно хорошо: Корунд не будет участвовать в сражении здесь, на холмах Салапанты. У короля достаточно разведчиков, которые держат его осведомленным обо всех зачарованных кругах мира, и хорошо ему известно, что за силы властвуют здесь, и какая опасность подстерегает иноземцев, обнаживших здесь свои мечи, когда свершится то, что предначертано этим трем полководцам девять лет назад. Поэтому наученный пославшим его хозяином Корунд будет стремиться разделаться с нами в каком-либо другом месте, но не на этом заколдованном клочке земли. Он не полезет на рожон и не станет вмешиваться в надвигающуюся битву, чтобы три закаленных войска не объединились против него.

Произнеся пароль, они миновали стражу, разбудили Зелдорния и все ему рассказали. Закутавшись в свой большой выцветший плащ, он вышел удостовериться, что стража на месте, и что все готово к нападению с любой стороны. Затем, остановившись у своего шатра пожелать лордам Демонланда спокойной ночи, он произнес:

— Так даже лучше. Я всегда был бойцом — ну так одной битвой больше.

Завтрашний день наступил и прошел без происшествий, также как и последующий. Но на третье утро после появления Миварша на востоке и западе показались огромные армии, марширующие по равнинам, и войско Зелдорния, сверкая оружием, выстроилось на гряде под хрупанье лошадей и звуки труб, играющих боевой сигнал. Не последовало ни приветствий, ни даже вызова на битву; Ялканай со своими черными всадниками перешел в наступление с запада, а Гелтераний — с востока. Но Зелдорний, словно старый огрызающийся серый волк, устоял под их натиском. Тогда началось великое и жестокое сражение, продолжавшееся весь день. Трижды Зелдорний вместе с большим отрядом избранных бойцов переходил в атаку на каждом из флангов, так что враги бежали перед ним, словно куропатка перед ястребом-перепелятником, но трижды Гелтераний и трижды Ялканай Фост собирались с силами и отбрасывали его назад, вновь занимая гряду.

Но когда начало смеркаться и черный день перешел в черную ночь, битва прекратилась и внезапно воцарилась тишина. Лорды Демонланда вышли из своей башни и направились мимо груд мертвых тел к каменным плитам в седловине меж холмов. Здесь в одиночестве на бранном поле стоял, опираясь на свое копье

и глядя себе под ноги, Зелдорний, обняв одной рукой за шею своего старого бурого коня, что повесил голову и обнюхивал землю. В разрыве меж западных облаков показалось солнце, но и его лучи были не столь красны, как вереск и полевица на полях Салапанты.

Пока Юсс и его товарищи шли по полю, вокруг не было слышно ни звука; лишь из форта раздавались нестройные созвучия арфы и голос Миварша, который бродил вдоль стен, распевая такую песенку:

Вот вместе, верхом, Во мраке ночном И ведьма, и дьявол ужасный Сквозь чащу и луг Мелькают вокруг В объятьях погоды ненастной. Ей терн, что остер, Пригоден для шпор, А плеть у нее — ежевика; Сквозь вереск вперёд Над мутью болот Ведет ее дух многоликий. Охотиться зверь Не смеет теперь, И молча скрывается в норах, Пока они зло, Свое ремесло, Средь ночи творят на просторах. Грозы полоса Пронзит небеса Сей ночью; и призрак могилы, Рождающий страх, Покинет свой прах Под гром ужасающей силы. [66]

Когда они приблизились к Зелдорнию, лорд Юсс обратился к нему:

— О отважнейший Зелдорний, прославленный в битвах, твои предсказания по луне оказались истинны. Взгляни, какую выдающуюся победу одержал ты над своими врагами.

Но Зелдорний не ответил, продолжая всматриваться себе под ноги. Там лежал павший Гелтераний, чье сердце пронзил меч Ялканая Фоста, а правая рука все еще сжимала его собственный меч, нанесший Ялканаю смертельную рану.

Так смотрели они некоторое время на этих двух погибших великих полководцев. И Зелдорний промолвил:

— Не говори мне сладких слов о победе, о Юсс. Пока хозяева этих мечей были живы, жаждал я своей безопасности не более чем смерти их, кто вместе со мной в прежние дни завоевал необъятный Импланд. Посмотри, с какой ядовитой жестокостью добивались они моего краха, и какая неожиданная погибель настигла их ныне, — и словно в глубокой грусти, он сказал: — В ком еще было столько героизма, как в Гелтерании? И проще было соткать облачение для луны, чем сравниться с выдающимися подвигами великого Ялканая, что оставил свое тело на удобрение земли, которая недавно содрогалась от ужаса перед ним. Я в крови по колено, и теперь, в мои годы, мир обернулся для меня лишь видением и подделкой.

С этими словами он взглянул на Демонов, и было что-то в его глазах, что заставило их промолчать.

Потом он снова заговорил:

— Я поклялся вам в помощи, если я одержу победу. Но теперь моя армия исчезла, как исчезает у огня воск, и я жду черного паромщика, что сам не дожидается никого. Но, поскольку я никогда не хранил свои обязательства лишь в зыбких воспоминаниях, а также, поскольку победа таки досталась мне, примите эти дары; и прежде всего ты, о Брандох Даэй, — вот мой меч, ибо еще до того, как тебе исполнилось восемнадцать, ты считался самым могучим из воинов. Он может сослужить тебе добрую службу, как сослужил ее в свое время мне. А тебе, о Спитфайр, дарю я этот плащ. Стар он, но все же может оказаться полезным тебе, ибо достоинство его состоит в том, что носящий его никогда не попадет живым в руки врагов. Носи его ради меня. Тебе же, о Юсс, не дарю я подарка, ибо вдоволь у тебя отличных даров. Лишь благословение свое даю я тебе, пока земля не приняла меня.