Чтение онлайн

Задумался, и правильно, - ехидно проговорила Кассандра.
– Потому что экзамен мы с тобой сегодня выдержали на «двойку».

Ты думаешь, это был экзамен?

Кто знает, - пожала плечами она.

Тимка совсем приуныл. Надо же так опростоволоситься. Но, с другой стороны, они же просто шли в гости. Можно людям хоть когда-то расслабиться? Или всю жизнь теперь так?

Все время, что они гостили у Иванны, этот вопрос не давал Тимофею покоя. Неужели Сил Троевич и впрямь, сговорившись с Ундиной, устроил им испытание щукой, которое они с Саней

успешно провалили? На обратном пути он решил прямо спросить русалку.

Да брось ты, какое еще испытание!
– махнула рукой Ундина.
– Щука просто вредная. На всех кидается.

А я думал, это Сил Троевич, - сказал Тимофей.

Кассандра решила воспользоваться удобным моментом.

Кстати, Ундина, тебе не кажется, что Сил Троевич в последнее время как-то неважно выглядит?

С чего ты взяла?
– удивленно взглянула на нее русалка, однако по лицу ее еле заметно пробежала тень.

Кассандра собиралась продолжить расспросы, но в это время Морфей возмущенно проверещал:

Опять сорока!

Где?
– спросил Тимка.

Вон, - указал домовой на кружащуюся прямо над их головами большую сороку.

Почувствовав, что ее заметили, птица немедленно скрылась в чаще.

Подумаешь, событие, - сказал Мишка.
– А то мы раньше сорок не видели.

Ох, в том-то и дело, что видели, - с печальной многозначительностью произнес Хранитель Домашнего Очага.
– И как-то чересчур много видели последнее время. Мелькают и мелькают. Спасу от них нет. И на участок лезут. И в дом пытаются пробраться. Не нравится мне это. Ох, не нравится.

Глава XIII

ИЗБУШКУ НЕЛЬЗЯ ЩЕКОТАТЬ!

Взявшись за руки, семеро Темных под монотонное бормотание Татаночи закружились в хороводе вокруг медного таза. По зеркальной жидкости сперва прошла легкая рябь, затем волнение стало сильнее и наконец в тазу закипело. Теперь колдовское варево едва не выплескивалось из таза. Несколько раскаленных капель попало на ногу поэту-сатирику. Он дернулся от боли.

– Не размыкать цепь, негодяй!
– рявкнула на него Татаноча.
– Все испортишь.

Козлавр подчинился, внутренне прославляя себя за мужество и стойкость. Жидкость в тазу продолжала бурлить.

Теперь всем сосредоточиться, - отдала новый приказ старшая ведьма.
– Объединяем силы.

Все, по-прежнему держась за руки, придвинулись вплотную к тазу и пристально уставились на его содержимое. Кипение мало-помалу унялось.

Получается, - радостно прошептал Ничмог- лот.

Тихо, - хором шикнули на него три ведьмы.

Поверхность снова стала зеркально гладкой,

только по ней носились в разные стороны разноцветные огоньки. Тата забормотала новое заклинание, и вот уже вся поверхность покрылась ровным светом, словно экран телевизора. Затем на экране появились очертания предметов. Сперва расплывчато, потом - все четче и четче, будто кто-то настраивал резкость.

Комната какая-то, - пригляделся к изображению поэт-сатирик.

Ядвига пнула его костяной ногой под коленку

передней левой ноги.

Тысяча извинений, забылся, - проблеял Козлавр.

Картина в тазу тем временем изменилась. В комнату вошел человек и, подойдя к столу, стал что-то сосредоточенно искать.

Вот теперь действительно получилось, - радостно сообщила Тата.
– Это Сил Троевич.

Изображение подернулось рябью.

Не отвлекаться, держать энергию, - приказала старшая ведьма.

– Ой, не могу, - взмолился Ничмоглот Берен-

деевич.
– Меня защита его так и пробивает, так и пробивает.

Потерпишь, не маленький, - сказала Пата.
– Главное, мы его защиту пробили.

Изображение опять прояснилось. Пошарив на столе, чародей тяжело опустился на лавку и поднес к самым глазам мятый листочек бумаги. Рука у него заметно дрожала. Какое-то время он читал. Затем поднялся, вытащил из застекленного шкафа несколько баночек и, разведя спиртовку, начал что-то толочь в ступе. Чувствовалось, что каждое движение дается чародею с трудом. Он поработал какое-то время, остановился, отложил пестик и обернулся. Губы его зашевелились.

Тата, он вроде кого-то зовет, - сказала Луша.

Она не ошиблась. В комнату вошел Веспасиан.

Сил Троевич опять начал говорить. Кот кивнул и, превратившись в человека, взялся за пестик и ступку, а чародей устало уселся на лавку.

Поверхность колдовского варева подернулась рябью, в тазу булькнуло, и изображение исчезло.

Не расслабляться, - свирепо прорычала Та- таноча.

Так сил уже, милая, нету, - жалобно простонала Ягуля Янусовна.

Еще немного, еще чуть-чуть, - нараспев произнесла Тата.
– Хочу посмотреть, что этот Сил Троевич там себе наколдовывает.

Да все одно не поймешь, - сказала Ядвига Янусовна, которая, подобно сестре, уже чувствовала себя на последнем издыхании.
– Чересчур далеко.

Если как следует поднапрячься, можно и приблизиться, - не отступала Тата.
– Раз. Два. Три. Со-сре-до-то-чи-лись!

В избушке послышался тихий стон. Силы и энергия у всех Темных и впрямь были на исходе. В тазу вновь проявились Сил Троевич и Веспа- сиан. Кот пересыпал порошок из ступки в колбу и закрепил получившуюся смесь в штативе над спиртовкой. Некоторое время спустя он перелил готовое снадобье в фарфоровую чашку.

Напрягаемся и приближаемся, - сдавленным от напряжения голосом проговорила Тата.
– Я должна разглядеть этикетки на пузырьках.

Компания Темных застыла в неимоверном напряжении. Стол увеличился в размерах, однако все, что стояло на нем, по-прежнему оставалось не в фокусе.

Не расслабляйтесь, не расслабляйтесь, - взывала к соратникам старшая ведьма.
– Еще немного прибавили. Еще чуть-чуть крупного плана.

«Экран» мигнул. Крупный план получился, и даже очень четкий. Однако совсем не пузырьков, а губ чародея, обрамленных бородой и усами. Губы жадно припали к фарфоровой чашке, которую вручил Силу Троевичу кот.