Болото
Шрифт:
– Не обращайте внимания, - сказала Лиза Грете.
– Ладно, мы, пожалуй, пойдём. Майкл, собирайся!
– Иди, иди. Не хорошо заставлять ухажеров ждать, - Грета вновь подмигнула, а Лиза неожиданно покраснела.
– Что ж вы, какие ухажеры!
– Разве что Алекс!
– словно продолжила её мысли Грета, и они обе, с облегчением, рассмеялись.
Затем Лиза помогла Майклу собрать принесенные с собой карандаши и книги, надела на него ветровку. Кроссовки мальчик настоятельно одел сам, хоть это и далось ему с трудом. Они попрощались с Гретой и вышли на улицу.
Едва они вышли, Майкл радостно
– Алекс! Дядя Энди!
И, хромая, поспешил вперёд. А Алекс, высокий, статный брюнет, тоже обрадованный встречей с мальчиком, бросился навстречу Майклу и подхватил его на руки.
– Здравия желаю, юнга!
– нарочито пробасил он. И стал подбрасывать мальчишку ввысь и ловить, а потом - кружить, а тот безудержно хохотал.
– Алекс, Алекс! Хватит! Слышишь меня?.. Перестань!
– рассердилась Лиза. У неё сердце заходилось от таких игр.
И Алекс поставил Майкла на землю.
– Мы лишь немного подурачились, - оправдывался он перед Лизой.
Она, взволнованная, присела на корточки рядом с сыном и положила руку на его слишком часто вздымающуюся грудную клетку.
– Сколько раз я просила тебя!
– Лиза не на шутку расстроилась.
– Не надо, не делай так больше! У Майкла сердце зашлось!
И она подняла сына на руки, а тот привычно обхватил её руками и ногами и сладко прошептал:
– Но это так весело, мамочка!
– В больницах лежать и уколы колоть тоже весело, да?!
– строго ответила ему мама. И, обведя суровым взором двух друзей, спросила, - Вы зачем явились?
– Да... повидать тебя хотели, - Алекс даже растерялся.
А Эндрю, напротив, стал радостно тараторить:
– Я тут узнал кое-что! Изучил метеосводки за предыдущий месяц и долгосрочные прогнозы. Никогда не думал, что бумажные газеты могут быть так полезны! И знаешь, что я обнаружил?.. Представляешь...
– Не представляю, - перебила его Лиза.
– И всё же, дядя Энди, давай-ка ты поделишься со мной всеми новостями по дороге, ладно?
– Да, идёмте же скорее, я не только расскажу, я даже покажу вам, - и Эндрю пошёл вперёд, активно роясь в карманах, - Чёрт, кажется, потерял...
Алекс хотела взять Майкла из рук Лизы, но та не позволила.
– Тебе ведь тяжело!
– Ничего! Я привыкла уже. Возьми лучше мою сумку. Она весит ненамного меньше Майкла. Скажи лучше, чего это Джули с вами увязалась?
– Тебя вроде хотела видеть.
– Или, всё же, тебя?
– уголки губ Лизы поползли вверх.
– А что, женщина симпатичная, хоть и замужняя.
– Перестань, прошу тебя! Ты же знаешь, я...
– но Алекс вдруг осёкся и отвел взгляд. Он заторопился, обогнал Лизу и Майкла и ногой разметал тину в том месте, где садовая тропинка примыкала к тротуару.
– Осторожно, тут скользко.
Дом Лизы находился на противоположной стороне улицы. Она переходила через дорогу, неся Майкла на руках, Алекс придерживал её под локоть. Туфли её вновь стали полны не то воды, не то слизи. Эндрю догнал их, Джули поспешила следом, и они все ступили на порог дома Лизы.
Дом этот имел удивительное свойство. Он словно манил к себе друзей Лизы. Они приходили в гости зачастую неожиданно и для хозяйки, и для себя самих. Всем здесь становилось уютно.
Дом располагался на небольшом холмике, и находился выше остальных
домов улицы. Участок и само здание, как и у Греты, пока не затронули происходившие повсеместно изменения. Газон и просторная, в обычные дни залитая солнцем, терраса, пока оставались сухими. На кустарниках ещё не было странной тины, а стены дома не затронула моховидная растительность.– ...Вот и я о том же!
– Лиза, наконец, расслышала, о чем же так взбудоражено рассказывает Эндрю.
– Если по всем прогнозам ближайшие две недели должен был наблюдаться антициклон - область высокого давления - то откуда тогда дождевые облака облака?!
– А по мне так это - дым. Небо тлеет, и скоро начнет сыпать пеплом, - то ли в шутку, то ли всерьез, сказала Лиза.
– Кажется, кто-то слишком много общался с Гретой, - с упрёком произнес Эндрю.
Лиза усадила Майкла в его любимое кресло-качалку в правом углу террасы. Когда она писала картины, мальчик сидел в этом кресле и смотрел, как из-под кисти, находившейся в руке мамы, будто по волшебству возникают невиданной красоты пейзажи. Однажды Лиза написала портрет сына, но картину пришлось спрятать подальше в кладовку. Портрет получился настолько похожим, что испугал малыша. Он думал, что тот, другой, может выбраться из картины и заменить его, занять его место возле мамы, а его, настоящего Майкла, заточить внутрь холста. Посоветовавшись с Гретой, которая считала, что подобное - не чушь и не домыслы, Лиза спрятала картину, сказав Майклу, что выбросила её. Всё же расставаться с плодом долгого труда ей было жаль.
Компания друзей расположилась на террасе-крыльце. Алекс и Эндрю сели на перила, Джули, рослая блондинка с резкими чертами лица, встала возле Алекса, Лиза подперла собой стену возле Майкла. Мальчик неспешно раскачивался, и от движения полозьев заунывно скрипел дощатый пол.
Эндрю, тряхнув кучерявой головой и поправив сползшие очки, продолжил:
– В словах Лизы, в принципе, есть смысл. Облака, как и дым, это не что иное, как газ. Вот только сыпать пеплом небо вряд ли будет, - он усмехнулся.
– Скорее уж, прольется дождём. Но меня смущают прогнозы погоды. Антициклон! По всем, понимаете! Этих туч быть не должно!
– Брось, Эндрю! Метеорологи сродни астрологам, и потому нередко ошибаются, - и, обратившись к сыну, Лиза добавила, - Майкл, тебе не холодно? Может, принести плед?
Мальчик отрицательно замотал головой.
– Мама, оставьте уже сына в покое!
– шутливым тоном пробасил Алекс.
– Он достаточно взрослый и в состоянии сам заботиться о себе.
Лиза не ответила ему. Она молча отворила входную дверь скрылась в сумерках дома. Тут же в коридоре и на террасе зажёгся свет, а вскоре Лиза вернулась с клетчатым пледом. Она укутала ноги не противившегося её действиям Майкла.
– Лиза!
– тихо и спокойно сказал Алекс.
– Ты не тепличное растение выращиваешь.
– Разберусь, - буркнула Лиза в ответ.
А Эндрю, не выдержав, продолжил:
– Так вот! Я много думал об этом несоответствии. И сейчас ты, Лиза, натолкнула меня на интересную мысль. Может, это и не облака вовсе? Тот же газ, только иного происхождения. Что мы имеем, прежде всего?.. Наш любимый Спэллнеровский комбинат. Вполне вероятно, что причина происходящего - в его замечательных выбросах.