Чтение онлайн

ему руку на лоб.

– Заболел, - усмехнулся Ольгерд, - бунтую.

– Послушай, ты ведь не один на корабле.

– Если вы - моя команда, значит, должны мне доверять... и не надо меня гладить по

головке, я не ребенок.

– Извините, капитан, - усмехнулась она.

Она летала еще с его матерью. Ольгерд уважал старших, хотя самому уже перевалило за

тридцать, он считал, что это уже солидно, и мечтал о серьезных рейсах. Когда же она убрала

руку, он понял, что рука на лбу была нужна. И не только сейчас.

Всегда. Но ему всю жизнь не

везло на женщин.

– 3 -

Мать постоянно была в космосе, пока не погибла на Альдебаране семь лет назад. Сестра

была слишком красива, воспитана как принцесса, насмешлива, самоуверенна и без

малейшего желания кого-нибудь обогреть и осчастливить. Бывшая жена вообще оказалась

чужим человеком, всё время от него чего-то хотевшим и выставлявшим ему оценки. В

случайные связи он вступал редко и неохотно, когда ситуация складывалась совсем уж

однозначная и безвыходная, никакой особой радости при этом не испытывая. И была еще

первая школьная любовь, которая оказалась вовсе не любовью, а черте чем...

– Ладно, Дейс, дежурь, - сказал он устало, - полет нормальный. А я пойду к себе.

– Ты мне не нравишься, Ольгерд, - покачала головой мамина подруга, с тревогой глядя на

него светло-голубыми глазами в мелких морщинках, кажется, она до сих пор его жалела, все

эти семь лет.

– Всё будет в порядке, - улыбнулся он, - обещаю.

– Сходи в медпункт.

– Да здоров я, здоров!

– Ольгерд...

– Господи, неужели так трудно понять!.. Ты же умная женщина, Дейс, неужели ты не

понимаешь?

Ольгерд никому не рассказывал об этом, но это казалось ему очевидным. Детство.

Огромное звездное небо, в котором где-то корабль отца. Он смотрит туда беспрерывно. Он

знает, что тоже будет капитаном, другой судьбы он себе даже не представляет! Потом

возвращение родителей с беты Малого Льва, радостная встреча, сувениры, гости, долгие

вечера с друзьями и разговорами о вселенной, счастливая и ласковая мама, рассказы отца, его

сильные руки, которые запросто подбрасывают к потолку, визжащая от восторга сестра,

счастье, бесконечное всеобъемлющее счастье! И видеозаписи третьей планеты, и ее

неразгаданные тайны...

– Это мое, понимаешь? Я никому это не отдам... Мамы нет, отец уже не тот после ее

гибели, он больше не летает. Ты же знаешь, он даже глаз на небо не поднимает. . но я-то

есть, я летаю, и я не могу пролететь мимо!

– Бедный мальчик, - сказала Дейс, грустно улыбаясь, - ты думаешь, что тебе нужна эта

несчастная планета? Эти заброшенные заводы и ржавые рельсы? Твоя мечта не в

пространстве, а во времени. Тебе нужно в детство, Ольгерд. В детство, когда до всего рукой

подать, и до звезд и до счастья... Но туда дороги нет.

***********************************************

*************************************2

После

завтрака к нему в каюту вошло прекрасное заспанное создание с непричесанной

гривой каштановых волос и в полурасстегнутом комбинезоне, открывающем изысканные

кружева нижнего белья. Это была его сестра, младшая, единственная, любимая,

замечательная и не забывавшая ни на минуту, что она не просто член экипажа, но и сестра

капитана, который ни в чем отказать ей не может. Завтрак она проспала.

Чтобы быть прекрасной ей не требовалось ни умывание, ни краска, ни даже умное

выражение лица.

– Застегнись, - сказал Ольгерд, - ты в космосе, черт возьми.

Он был раздражен после разговора с экипажем за завтраком. Как выяснилось, половина

команды и не думала принимать его всерьез. И, слава богу, что рейс был обычный, а не

дальняя разведка. Он проходил теорию неформальных лидеров и знал, что к таковым не

относится.

– Что-что?
– рассеянно спросила сестра.

– Я говорю, застегни молнию.

– Господи, какая разница?
– она усмехнулась, но все-таки привела свой костюм в порядок,

потом с ногами запрыгнула к нему на кровать.

– 4 -

– Что я слышала, Ольгерд? Мы летим на бету Малого Льва?

– Летим, - твердо сказал он.

– Ты что, с ума сошел? Зачем тебе это надо?

– Это никого не касается. Только Челмер опоздает к брату на свадьбу, но он-то как раз в

восторге.

– Челмер придурок и пустомеля, как таких вообще пускают в космос... А ты напрасно

надеешься, что отец за тебя заступится, тебя года на два отстранят от полетов.

– Мне этого как раз и не хватает.

Больше возражений у нее не нашлось. Сидя на безупречно заправленной кровати и

лениво наматывая на палец прядь волос, она летела на планету, открытую ее отцом и

названную ее именем. Летела на корабле своего брата и в глубине души чувствовала себя

польщенной таким неожиданным виражом.

– Ну что ж... поглядим на эти развалины.

– Там не только развалины.

– Ты имеешь в виду башни?

– Я имею в виду храм. Храм. Как же ты не помнишь?

– Что в нем особенного? Фрески блеклые, потолки потресканные, пола просто нет. .

только то, что вокруг одни заводы? Там, наверное, склад был или лаборатория.

– Там были наши родители. Вместе. Понимаешь? И мама еще была жива.

– Ну и что?

Ольгерд смотрел на сестру и думал: в самом деле, она такая бесчувственная или

притворяется?

– Послушай, мамочкин сынок, - спросила она, привычно переходя к холодной иронии, -

за что ты ее так любишь до сих пор, что готов тащиться на край вселенной только потому,

что там ступала ее нога?

– Ингерда, что ты говоришь?

– Ничего. Не делай из нее святую посмертно. Она всю жизнь моталась в космосе вслед за