Бессердечные
Шрифт:
Расстелив на полу матрацы, дети прямо в одежде, так как не было чем укрываться, улеглись спать, но сон их одолел только ближе к рассвету.
Вокруг никого не было, кроме зловещей тишины и кромешной тьмы — тьма была везде. Под чёрным небом простиралась опустошённая земля, на которой не было ни единой травинки. Только кое-где торчали голые, обгоревшие коряги, которые когда-то были деревьями. Куда ни глянь, всё вокруг было в густом дыму и пепле. Всепоглощающий огонь ничего не пощадил на своём пути. На горизонте разрушающая, огненная сила уничтожала последние дома и красивые постройки. Их обитатели в панике убегали прочь, чтобы спасти свои жизни, но обгоревшая, раскалённая земля не позволила им далеко убежать. На спасение не было никаких шансов. Ничего не могло остановить это страшное пожарище,
— Марианн, проснись же наконец-то! — тормошила её Луисана, лежавщая рядом с ней. — И так тесно спать, а ты ещё постоянно ворочаешься и бормочешь что-то несуразное прямо мне на ухо.
Марианн резко поднялась с матраца, часто дыша. Убрав с лица влажные, спутанные волосы, она поняла, что это был всего лишь кошмарный сон, и с облегчением вздохнула, хотя он очень походил на реальность. Не успели дети толком проснуться, как уже очередная неприятность поджидала их спозаранку, и этой неприятностью являлся Наблюдатель.
— Я вижу, вы не совсем осознали всю серьёзность сложившейся ситуации! — недоброжелательным тоном прорычал он, стоя у самого порога. — Не могу понять, почему вы до сих пор здесь!
— А у нас нет достоверных фактов, что Валерия действительно находиться в Авалоне, — заявил в ответ Томас, поднявшись со своего лежака.
— Вот ваши доказательства! — недовольно воскликнул он и достал из кармана пиджака медальон, такой же какой был у всех детей. — Это вам о чём-то говорит.
— Этот медальон может быть подделкой, — почти уверенно произнёс Дэвид.
— Я вижу, вы не дурные, но хочу вас заверить, что это не подделка, — заявил Наблюдатель и он потёр медальон, который сразу засветился, что доказывало присутствия в нём эльфа. — Надеюсь, вы понимаете, что такую деталь подделать невозможно.
— Интересно, как же вам удалось её выкрасть, ведь наша страна надёжно защищена от вторжения демонов, — не отступал Томас, всё ещё не веря хитрому Наблюдателю.
— А если бы ваши руководители не открывали ворота, чтобы выпустить своего следователя, то может быть, мой милый пёсик бы не проник в страну. Он действует молниеносно и поэтому успел сделать дело, пока ворота не закрылись опять. Его даже не смогли обнаружить зеркала, так как они не срабатывают на животных.
— Ладно, допустим мы во всё это поверили, но что от нас хотят эти императоры? Зачем они такое вытворяют? — в недоумении спросила Нора.
— А всего ничего, просто с вами ближе познакомиться, ведь они имеют на это полное право, — спокойно ответил Наблюдатель. — А Валерию пришлось выкрасть, чтобы вы все были вместе, я думаю, вы непротив?
— Смотря, что они подразумевают под близким знакомством, что-то мне плохо вериться в их добрые намеренья, — настороженно заявил Томас.
— Как ни странно, но они не хотят вам зла, а всего лишь добиться вашего визита и, чтобы вы немного у них погостили, — вовсю разглагольствовал тот, пытаясь убедить детей в том, что им не грозит никакая опасность. — Так что мы вас ждём, только без всяких там следователей, а не то больше никогда не увидите девчонку!
— Неужели, этот хитрый лис думает, что мы поверили всем его баландам! — возмущённо воскликнул Томас, как только Наблюдатель убрался с глаз долой.
— Да, в его утверждениях нет никакого смысла, но идти туда всё же придётся, — заключила Луисана. — Может, мистер Смит сообщит родителям обо всём, и они смогут нас забрать домой.
— Не будь наивной, Луисана, наших родителей никто не пропустит в Авалон, и вряд ли они будут опять открывать ворота и покидать страну даже ради нас, — уверенно произнёс Томас.
— Поэтому это лишний раз говорит о том, что вам лучше не идти в Авалон, — вмешался Джек. — Там вы просто все погибнете и вас уже никто не вызволит из того жуткого места.
— Джек, если мы не посетим Авалон, то императоры убьют Валерию, а затем придут и по наши души, так что нужно идти по-хорошему.
— Да тот жестокий мир переделает вас на свой лад, чтобы вы хорошо вписывались в его рамки, — предупредила Корнелия. — Вы ещё не сталкивались с таким сильным влиянием зла, поэтому вам
будет крайне трудно выдержать и противостоять напору падших ангелов.— Как бы всё плохо там не было, нам всё равно придётся туда идти. Нас третий раз предупреждать уже не будут, а просто убьют или в лучшем случае заберут насильно, — твердил своё Томас, хотя ему самому хотелось, чтобы всё было по-другому. — Сегодня вечером покидаем Спящую долину, надеюсь, со мной все согласны или у кого-то есть свои предложения.
Джек наотрез отказался вести детей на верную смерть и ещё Корнелия его полностью в этом поддерживала. Только, когда Луисана закатила истерику, что её сестру могут убить в любой момент, Джек наконец-то сдался и неохотно согласился принять их решение. Целый день они собирались в нелёгкий путь, в мир полностью противоположный ихнему и как только стемнело, отправились в дорогу. Моросил противный дождик. Закутавшись плотнее в тёплые плащи, путники опять поднимались на крутой холм по размытой, узкой тропе. Дорога им была уже знакома, и хотя они в прошлый раз её расчистили, она вновь дивным образом заросла колючими кустарниками. Складывалось такое впечатления, будто здесь вообще никогда раньше никто не проходил. Вместе с Джеком дети добрались до церкви, но не сразу нашли дверь, ведущую в подвал. Дети медлили, как только могли, но спасти их уже никто не мог. Захватив с собой факелы, которые висели на стене они стали, молча спускаться вниз по деревянной лестнице без перил. Опираясь руками о каменную, сырую стену, дети и Джек довольно долго петляли по бесконечной лестнице и всё же их ноги достигли ровного пола. Дальше перед ними шёл узкий, небольшой коридор, в конце которого находилась ещё одна дверь. Пробираясь через густую паутину и отгоняя её чёрных обитателей, Джек, а за ним и дети добрались и до неё. Железный засов снаружи поддался быстро, а вот с самой дверью пришлось побороться, так как от сырости она просто осела.
За низкой дверью находилось, что-то похожее на колодец. Здесь не было липкой паутины и не было пола, а вместо него внизу находилась застоявшаяся, дурнопахнущая, мутная вода. Всё тут говорило о том, что здесь когда-то держали запас пресной воды. Сверху вниз спускалась ржавая лестница и Джек с детьми, не медля, полезли наверх и через люк выбрались наружу. На этот раз они оказались в огромном, шикарном зале, который уже освещался массивными факелами, словно здесь ждали их прихода. В зале больше не было никаких дверей, и вокруг царила необыкновенная чистота. Стеклянный, куполообразный потолок, стены, ковры, — всё здесь было красного цвета, который сильно давил на глаза. В конце зала находилась возвышенность, похожая на сцену, а по обеим сторонам ступеней из красного мрамора стояли четыре высокие статуи ангелов в алых рясах. Их головы были опущены вниз над массивными копьями, которые они держали в руках. Словно безмолвные охранники, статуи возвышались перед деревянным помостом и будто что-то охраняли, и это что-то могло находиться, например, за красным, бархатным занавесом позади сцены.
— Наверняка, за этим занавесом и находится вход в Авалон, — предположил Джек и направился прямиком туда. Но только он ступил на первую ступеньку, как статуи моментально со скрежетом загородили ему путь, скрестив свои копья, перед его носом.
— Может нужно сказать им, зачем мы хотим проникнуть на чужую территорию, — неуверенно предложила Нора.
Джек, не раздумывая, решил попробовать, и как можно вежливее обратился к статуям:
— Нас хотят видеть императоры Авалона, разве они вас не предупредили? — пробормотал Джек. — Дожился, разговариваю с каменными глыбами! — нервно улыбнувшись, воскликнул он.
Но к всеобщему удивлению, каменные ангелы убрали свои копья и освободили им дорогу. В изумлении переглянувшись, дети и Джек без малейших колебаний быстро поднялись на сцену и отодвинули тяжёлый занавес. Перед ними возвышались высокие, кованные из тёмного железа врата в Авалон. В качестве затвора или замка служил огромный, змеиный глаз, а сами ворота были украшены различными языческими знаками, которые были так противны для ангелов.
— А как же мы войдём в Авалон, если ворота наглухо заперты? — произнесла Марианн, подёргав затвор, а потом вопросительно посмотрела на Джека. — Вот так родичи, гостеприимством так и разит!