Белый город
Шрифт:
Мы шли, не трусливо удирая от врага, а, наоборот, пёрли в атаку, гордо и весело, как змея, выползающая из старой кожи, в новой, гладкой чешуе. До Города Богов оставалось шесть — семь дней пути, значит, мы имели шанс дойти за два-три. Теперь нужно было придумать новую легенду и центральной фигурой в ней становился Айлар, который нравился мне всё больше и больше.
Вспоминалось, что он не держал в руках оружия при нападении, не пытался строить пакости во время долгого пути, хотя, наверняка мог, пользуясь своими способностями. Быстро соображал, много знал, легко и интересно рассказывал, не копаясь пальцами в затылке для поиска нужного слова. Теперь, когда ему
Айлар — сын мелкого торговца, который в суете большого городского муравейника хватался за любую работу, не брезгуя иногда и жульничеством. Мальчик быстро впитал от отца лёгкость в общении, плутовство и хитрость, невинную нечистоплотность. Маленький обман не считается обманом, маленькая хитрость в сочетании с юмором, становится анекдотом и делает автора героем дня, поднимает его имидж.
Мать его происходила из семьи священников и старалась привить детям хорошие манеры и самые современные знания. В школе при храме быстро заметили способность мальчика к управлению волшебными силами и начали учить его. Но колдовство требовало особого упорства. А его то, как раз, и не хватало.
Это место рассказа мне особенно импонировало. Я был точно таким же. Когда меня за ручку отвели в музыкальную школу и с восторгом приняли за идеальный слух, я через месяц скис, до того стали омерзительны черные червячки нот с хвостиками, тиканье метронома, крики мамы: "..ну как же ты не видишь, болван, тут па! — у! — за!.."
Характер Айлара был прост и понятен, как мой собственный. В школе магии он остановился в развитии на уроке прохождения через стену. Теория была проста. Если всё в мире состоит из мельчайшей муки, или пыли, то и наше тело точно также состоит из неё и ничего не стоит протащить одну струю через другую. Облако сквозь облако. Представить себя и стену пылью от мелкой пыли и передвинуть свою пыль вперёд
Рассказывая, он подражал голосу старого учителя, изображал, как тот ковыряется в носу и трясёт бородой, что вместе с лёгким акцентом делало историю очень смешной и милой.
Теорию он сдал на "пятёрку". Но, не дождавшись проверки практических результатов, полез с нехорошей целью в лавку к меняле, с друзьями, которые его и подговорили после дозы согревающего. Сначала всё шло хорошо, голова прошла, как сквозь воздух и он, обрадованный, уже увидел внутреннюю часть дома и заветный сундук с деньгами. Но коварная мысль посетила мозг: "А вдруг застряну?"
И тут же застрял. И мог бы погибнуть со стеной в груди, если бы древняя и рыхлая известковая кладка не взорвалась в нём пылью. Повезло! Организм оказался крепче. Это было очень страшно, видеть, как изнутри тела вырываются клубы песка.
Друзья бросили приятеля сразу же, поэтому забрала его ночная охрана. Воришку пришлось выковыривать из дыры в стене под громкие вопли менялы, успевшего пару раз приложить к голове, торчавшей в его доме, что-то тяжелое. А по заду, висевшему на улице, лупили солдафоны.
Неудачливого грабителя швырнули в охранное отделение и, сочтя, что он очень опасен, не стали заковывать в тюрьму, расспросили все его данные, записали всё подробно и заковали в каменные колодки, прикреплённые к цепям, торчащим из стены для этой цели.
Поздно ночью, когда в караулке все уснули, включая дежурного, парень догадался, что стена и каменные браслеты на руках и ногах, по сути одно и то же, создано из той же субстанции. Используя свой дар, с пятой попытки, выбрался. Тело прошло сквозь камень легко. Дверь оказалась
незапертой. Повезло второй раз. Потом его так и назвали — Айлар, "везунчик".Забежал домой, поцеловал плачущую мать, написал себе фальшивый документ и начал скитаться по стране. Воровал, обманывал, работал актёром, нанимался к менялам, к писарям, но нигде долго не задерживался. Иногда применял свой дар, но больше не проходил сквозь твёрдое, навсегда испугавшись той стены, которая торчала из груди. Опускался всё ниже, пока не связался с вартаками…
После короткого сна мой маленький отряд двигался быстро, без остановок. Очень пригодилась сушеная еда, которая была противна на вкус, но позволяла не останавливаться ни на вздох. Встречные караванчики пытались остановить нас для беседы, но Айлар за троих здоровался, быстро извинялся, что мы очень спешим, и покрикивал на нас, иритов, подгоняя вперёд.
Пока шли, наш пленник много чего успел понаболтать. Географию своей огромной страны, обычаи жителей, кто что ест и кто в чём ходит. Он везде успел побывать. Особенно меня заинтересовал такой рассказ.
На Желтом море есть скалистый остров, совершенно неприступный. Подплыть к нему нельзя, потому что обломки камня нагромождаясь друг на друга, образовали непроходимый риф. Но если даже подобраться вплавь, то забраться по отвесным скалам тоже нельзя, потому что они рыхлые и ломаются в руках, нет точек опоры, кроме того, сверху атакуют чужого злобные птицы.
Никто из тех хассанов, с которыми он беседовал, не бывал на острове. Но мудрецы в один голос утверждали, что там, наверху, стоит огромный чудесный дворец и в нём учатся колдуны и маги со всего света. Но не простые, типа него, а великие, навроде меня.
Грубую лесть я проглотил, а информацию намотал на все свои усы. Как бы я ни кичился своими званиями и победами, они, по большому счету, мало меня интересовали, а вот возможность управлять миром лёгкими движениями пальцев привлекала как пчелу на мёд, как кота к валерьянке, пьяницу к бутылке.
В первую же ночь, после рассказа, я не вытерпел и попробовал засовывать руку в землю, надеясь, что песок всё же лучше, чем камень, и если рука застрянет, то можно будет вытащить, или организм сам выкинет инородные частицы. На деле всё оказалось совсем не так, как рассказывал неудавшийся маг. Первое, что мне удалось нечаянно сделать, так это выйти из штанов, не снимая их.
Оказалось, что "уговаривая" тело стать пылью, надо не забывать ни про одежду, ни про предметы в карманах, иначе можно зацепиться в стене какой-нибудь монетой. И объект тоже надо точно локализовать. Не зная таких тонкостей, я засунул в песок не руку, а ноги по колено, внезапно провалившись. Чтобы выбраться, пришлось взлететь, к великому счастью Айлара, который принял самое активное участие в моих экспериментах. Каждый маленький результат он встречал криками одобрения, но сам так и не попытался играть с проникновением.
В конце концов, после серии мелких удач, я обнаглел настолько, что решился протащить живое тело через тело и только тогда хассан, хоть и крайне перепуганный, но подставил сначала руку, а потом и всего себя. Пашку чуть не вытошнило, когда моя рука влезла в чужое брюхо, показалась со спины и вылезла назад.
Самое забавное было то, что я совсем не представлял, для чего мне нужно такое умение. Я просто развлекался из чистого интереса. После осознания такой мысли мозги ассоциативно переключились, и я в который раз уже вспомнил земного отца. Он каждый день играл на гитаре. Гонял гаммы, иногда песенки, порою классику. Это ещё можно было терпеть.