Башня Измены
Шрифт:
— Как думаешь, он говорит правду?
— Конечно! Он слишком напуган, чтобы так убедительно врать.
— Это несколько меняет дело, — задумчиво произнес Дамиан. — Быть может, наш гость из Цитадели внесет ясность во все это. Ведь он вроде как из службы безопасности.
— А что делать с мальчишками? Вы действительно хотите, чтобы я их убил?
— Да нет, конечно. Они ж сопляки совсем. Дай им какую-нибудь работу попроще. Я слышал, что кариенцы верят, будто тяжелый труд укрепляет дух.
Капитан осклабился.
— И вы не даете им шанса принять мученическую смерть за своего Всевышнего? Какой вы жестокий, милорд.
Глава 9
Поскольку отъезд Адрины из Талабара был событием из ряда вон выходящим, Габлет
Габлет выбрался из паланкина и огляделся. Увидев повелителя, народ разразился радостными криками. В ответ король приветственно помахал подданным своими здоровенными ручищами. Заключенная сделка была выгодной: он получил почти все, чего хотел, а посему пребывал в благом расположении духа. Теперь у него хватало и добротного кариенского леса, чтобы строить корабли, и золота, чтобы заплатить за строительство, а через несколько месяцев вместе с кариенцами и защитниками, вовлеченными в войну на севере, он отправится через южные равнины Медалона в Хитрию. Первым делом он хотел уничтожить Лернена Вулфблэйда, хитрианского светлейшего принца, и его наследников — за обиду тридцатилетней давности, о которой сейчас уже мало кто помнил. Но Габлет обид не забывал.
Плата за все это оказалась смехотворно мала: король лишь согласился беспрепятственно пропускать кариенские корабли через Соландскую бухту, где Железный Поток впадал в океан. Да еще он отдал кариенцам остров Сларн, этот жалкий кусок скалы, торчащий в заливе, который, кроме них, никому не был нужен. Конечно, Габлет сделал вид, что расстается с величайшей ценностью лишь из добрых чувств к союзникам, и заставил их раскошелиться.
Что же касается секрета пороха, то король пообещал и его, но, прежде чем сообщить формулу, предложил послать своего научного специалиста в Кариен, дабы тот отыскал подходящее место для завода. Габлет все продумал: с отправкой специалиста решено было пока не торопиться, а когда же он, наконец, уедет, должно выясниться, что на поиски такого места потребуются годы. А за это время много воды утечет.
Но самым неожиданным сюрпризом было то, что он избавился от Адрины.
Габлет любил свою старшую дочь — это верно. И часто жалел, что судьба предназначила ей родиться девочкой — из нее получился бы прекрасный сын. Такой вспыльчивый характер, такой живой ум и проницательность для женщины, увы, опасны. А по правде говоря, Адрина была избалованной маленькой шлюшкой, с которой вечно хлопот не оберешься. И любить такую дочь на расстоянии гораздо легче — в этом Габлет не сомневался.
Все его попытки подыскать Адрине мужа заканчивались позорным провалом. Последний претендент, лорд Дандрак, заявил, что предпочтет выйти безоружным против сотни хитрианских налетчиков, чем провести хотя бы ночь с ее высочеством, — мол, тогда у него будет больше шансов остаться в живых. Адрина же презирала его за глаза и говорила, что никогда не выйдет замуж за человека, который не видит разницы между вилкой и собственными пальцами. Конечно, Дандрак был немного вульгарен, но Габлет надеялся, что его простоватое обаяние привлечет принцессу. Тщетные надежды — Адрина жаждала власти, и Габлет не хотел выдавать ее за деспота. Ей требовался муж, который станет держаться за ее юбку. Конечно, были и другие мужчины, которые с радостью женились бы на ней — не по любви, а по расчету, — но таких претендентов Габлет отметал сразу.
Подвернувшийся кариенский принц представлял собой идеальный вариант. Этот кроткий паренек был фанатиком своей веры и истово соблюдал ее каноны, так что Адрине вряд ли удастся сбить его с толку. К тому же его снедало монашеское отвращение ко всему, что связано с сексом, и легендарное умение обольщать
принцессе уже не понадобится. Кратин верил только в своего бога. Бедная Адрина. Однажды она станет кариенской королевой и получит вожделенную власть — ведь только поэтому она согласилась отправиться на север. Как же ей предстоит разочароваться!Оркестр перестал играть веселые мотивчики и грянул бравурный гимн Кариена — прибыл принц Кратин со своей свитой. У пристани в ожидании высоких гостей покачивалась кариенская бригантина. Габлет посмотрел на судно и нахмурился: какая убогая посудина. Фардоннские кораблестроители были лучшими в мире, но секреты их хранились строже, чем государственная казна. Кариенцы же строили жалкие копии, которые были гораздо хуже, чем фардоннские оригиналы. Но по иронии судьбы у Фардоннии было мало леса, пригодного для строительства судов, — зато его с избытком хватало в Кариене. Не хватало кариенцам одного, главного — фардоннского секрета, как делать древесину крепкой и водонепроницаемой.
Король покончил с размышлениями и, вновь вернувшись к происходящему, широко улыбнулся молодому принцу. «Бедный мальчик, — вдруг подумал Габлет, — ему придется связать свою жизнь с Адриной. Несчастный дурачок даже не сможет завести любовницу, чтобы хоть как-то утешиться. Что поделаешь. Уж такую цену приходится платить за звание кариенского принца». Кратин учтиво поклонился королю и начал протокольную речь, в которой благодарил короля за щедрость, доброту, гостеприимство и так далее и тому подобное. Говорил он на кариенском языке, ибо фардоннского не знал. Слушая молодого человека вполуха, Габлет смотрел на него и отмечал признаки вырождения. Эти олухи на севере заключали браки только с родственниками. Ну что ж, его дочь вольет им свежей крови — королевской семье Кариена это будет полезно. — Ее высочество принцесса Адрина!
Фанфары, возвестившие о появлении Адрины, в программе церемонии, одобренной Габлетом, не значились. Король невольно улыбнулся: ну и наглая же девчонка. Она вышла из открытого паланкина с помощью молодого раба, на котором всего-то и было что львиная шкура да слой масла на мускулистом торсе. Судя по всему, она хотела оставить долгую память о своем отбытии.
К принцессе подбежали несколько девиц в белых одеждах и принялись усыпать ее путь лепестками цветов, чтобы ножка ее высочества ненароком не коснулась грязного настила пристани. «Издевается, — подумал Габлет. — Неделю назад управляла боевым кораблем — и вдруг такая нежная стала». Он посмотрел на хмурую физиономию Кратина и с трудом удержался от смеха. Парень только начинал постигать таланты свои будущей супруги. То ли еще будет! Царственной походкой Адрина пошла по дорожке из лепестков и, приблизившись к отцу, сделала величественный реверанс. Она была красивой женщиной, едва вступившей в пору расцвета. Правда, невысока и не так хрупка, как Кассандра, зато и не так угловата. Самым примечательным в ней были глаза — большие, изумрудно-зеленые. Роскошное тело могло свести с ума. Кратин станет счастливым человеком, если сумеет оценить то, что приобрел. При условии, что Адрина не будет давать воли языку.
К королю подкатился Лектер Турон и вручил ему клинок в драгоценных ножнах. Король протянул его Адрине:
— Это Клинок невесты, который носила твоя мать.
— Надеюсь, он принесет мне удачу, — ответила Адрина, принимая подарок. При дворе было не принято говорить о ее матери.
— У меня сердце разрывается при мысли о разлуке с тобой, дитя мое! — воскликнул Габлет и сам чуть не поверил в то, что сказал.
Глаза Адрины угрожающе сверкнули.
— Еще не поздно передумать, отец.
Ему был знаком этот взгляд. Адрина научилась так смотреть еще тогда, когда сидела у отца на коленях.
— Увы, девочка моя.
— Тогда вам придется пожинать плоды.
Габлет улыбнулся. Только Адрина смела угрожать ему. Он заключил дочь в медвежьи объятия, и толпа взревела от восторга, видя, как любят друг друга король и принцесса.
— Если ты перебежишь мне дорогу, я позабочусь, чтобы остаток твоей презренной жизни прошел в самом мерзком месте, которое только можно себе представить, — с чувством прошептал он дочери на ухо.