Архипелаги
Шрифт:
Мор вывел ее из квартиры через технический тоннель, который нашелся в кухне за дымоходом.
— Изначально Стена вовсе не предназначалась для жилья. Это завод, тут полно вентиляционных и кабельных шахт… Господину Норди, вероятно, от этого совсем не по себе. Но уж тут он нам вряд ли встретится.
Они спустились по узкой лестнице, прошли по длинному коридору, наполненному тихим шорохом. Одну из стен его покрывало переплетение сотен труб, источающих влажное тепло. Местами в проходе торчали огромные вентили и круглые головки манометров.
За перегородкой нарастал шум, становилось все жарче, Эва даже расстегнула куртку. Наконец
После литейного завода они снова долго петляли по темным лестницам и коридорам, пока последний не расширился в огромное помещение. Здесь работали газовые лампы, хоть и не в полную силу. В центре высились огромные бочкообразные цистерны.
— Это системы первичной очистки воды стекольного завода. Она, как видишь, — Мор посветил на прозрачную расширенную секцию между двумя трубками фонарем, — всё равно выходит грязной. И большая её часть направляется обратно в систему охлаждения.
Он повёл Эву дальше, спускаясь следом за трубами, по которым бежала по вода. Уровнем ниже были расположены огромные стеклянные резервуары, куда та с шумом и бульканьем извергалась. Внутри, напоминая слоеный пирог, проходили сетки, на которых Эва с изумлением разглядела тысячи устриц.
— А здесь у нас эксперимент! Биологическая очистка, — Мор залез на скобы, засучил рукав и вытащил из воды ракушку, лежавшую на верхнем ярусе. — Посмотрим-ка… Ага.
Он немного повозился, отпустил моллюска обратно, слез и вложил в ее ладонь маленькую сизую жемчужину. Эва улыбнулась и спрятала ее в карман:
— Никогда бы не подумала… И это ты предлагал мне вместо вылазки наружу?
Мор кивнул и поцеловал ее в лоб.
— Не аристократический променад, но я знал, что тебе понравится.
51. Кассида
Руины Валеды оказались именно такими, какими привиделись Касси во сне. Острые силуэты из металла и бетона взмывали к небу среди поросших кривыми соснами высоких скал. За двести одиннадцать лет в них не выросло ни единого дерева, не поселилось никаких зверей, и даже птицы не стали вить гнезд на верхних этажах развалин. Город вызывал ощущение чего-то неправильного, природе несвойственного, чужого, инородного.
Отвратительного? Таки — нет!
Он казался набором из геометрических тел: кубов бетона на которых стояли каркасы параллелепипедов из свай, конусов из труб и треугольников из арматуры. Эти конструкции громоздились друг на друге, валялись на ребрах, стояли на вершинах. Внутри у них проходили трубы, металлические стойки, провода. И было что-то еще. Незримое. Живое. От него кожа покрывалась мурашками, а по позвоночнику пробегал холодок.
День медленно перетекал в вечер. Со вчерашнего утра стояла ясная и холодная погода, но, когда вардо спустились в узкое
ущелье, ведущее к заброшенному городу, воздух потеплел и наползли облака. Проезд между скальными склонами оказался черным и гладким — таким ровным, что впору было кататься на паромобиле.— Это не похоже на обычную дорогу, — Касси даже свесилась с козел что бы рассмотреть получше.
Покрытие выглядело так, словно каменную крошку превратили в пасту и, как маслом, смазали ею землю. Захотелось его потрогать.
Ян повернул голову в ее сторону, и Касси села ровно. Посмотрела на свою правую руку, согнула и разогнула пальцы. Они до сих пор не слишком хорошо слушались — гипс ей сняли только накануне выезда.
Дружба с Яном дала заметную трещину. Он вроде и ставил Ридингэ на место, когда та в очередной раз зарывалась или насмешничала. Но с удвоенным вниманием следил за Касси, словно ожидал от нее нелепых выходок. Это-таки удручало.
На скальном уступе впереди высилась стена из металлических башенок. Они были столь же невесомыми, как и все остальные конструкции Валеды. Их обвивали матовые, местами почерневшие трубки.
В наступающих сумерках казалось, будто силуэты города едва заметно светятся. В воздухе висела напряженная, звенящая тишина.
— Ян, почему-таки эти руины не заросли? — Касси не могла отделаться от ощущения, что за ними кто-то наблюдает — И почему мне кажется, что они обитаемы?
— Валедаи называют спящим, — ответил Ян. — Ты не первая, кто боится этого места. Все мистри здесь неуютно себя чувствуют. Я слышал, что дар не уживается с электричеством, а в этом городе находилась крупная грозовая электростанция. Часть ее, судя по всему, до сих пор работает сама по себе.
Они въехали на широкую улицу между башнями из металлических стержней. Лошади шли спокойно, покачивали хвостами в разные стороны. Они миновали квартал, и Касси сперва-таки подумала, что ей чудится, но — нет: в воздухе рассыпалась и таяла, звеня, едва слышная музыка. Словно шум ветра, звук капающей воды и мелодия десятков маленьких колокольчиков слились воедино. Чем дальше они заезжали, тем мелодия звучала все громче.
— С ума сойти, — прошептала Касс. — Ты, таки, тоже это слышишь или я уже ступила на путь помутнения рассудка?
— Слышу, конечно. Мне кажется, это из-за труб. Здесь же почти все из них построено. Это не монолиты йенских городов — это… не знаю, как описать. Я видел старые изображения Валедаи. Здесь, как и в Стенвенфе, было много стекла. И света. Мы сейчас въедем в тоннель, там темно. Я поведу лошадей.
Ян соскочил с козел, перекинул вожжи вперед, махнул Астору.
— Просто посиди спокойно. Минут пять.
Он погладил животных по длинным гривам, что-то пошептал им, достал сахар из сумки на поясе и медленно пошёл вперед. Лошади послушались, и фургон въехал в широкую трубу.
— Я не боюсь темноты, — Касси успела улыбнуться прежде, чем задние колёса повозки пересекли границу света и тени.
Вардо съезжало вниз по спирали, и это продолжалось довольно долго. Стук копыт множился, наполняя тоннель гулом. Когда лошадь сзади шумно фыркнула, Касси почудилось, что в трубу ворвался ветер, но у нее даже волосок на голове не пошевелился. Тьма оборвалась так же внезапно, как началась. За поворотом в тоннель ворвался свет. Слишком яркий для вечерних сумерек, он шёл от матовых панелей, которые висели на цепях над дорогой. Цепи уходили к остовам зданий.