Архимаг
Шрифт:
— Приятно слышать, — обрадовался я. — Как скоро мы сможем выдвинуться, по вашему мнению?
— Сегодня-завтра прибывают последние партии, — ответил Бхара. — Насколько мне известно, члены вашего экипажа уже здесь. Им выделены места в жилой зоне кальдеры, но…
— Но? — я изогнул бровь.
— Капитан Ерофеев изъявил желание поселиться в своей каюте.
— На «Грозе Степей»?
Инквизитор кивнул.
Мне оставалось лишь хмыкнуть:
— Как это похоже на него. А остальные?
— Тоже перебираются. Понемногу.
Что ж, ребят можно понять. Засиделись без дела. Тянет к приключениям
— Не смею вас больше отвлекать, — сказал я. — Пойду… проведаю капитана Ерофеева.
Расставшись с дознатчиком, я переместился на борт «Грозы».
Прямиком на верхнюю палубу.
Несколько минут понаблюдал за тем, как трудолюбивые големы тащат в трюм нескончаемые ящики с провизией. Отметил грузный силуэт «Шторма», заставший неподалёку. С крупнокалиберным пулемётом в обвесе.
Эх, забытая атмосфера!
Перемещаюсь на капитанский мостик.
Глава 18
Кэп отставил чашку и в задумчивости побарабанил пальцами по столешнице. Чем больше я говорил, тем мрачнее становилось лицо собеседника.
— Значит, — сказал Ерофеев, — ты отправляешь нас всех на убой.
Мы сидели в его каюте, в нескольких метрах от мостика.
Все капитанские каюты одинаковы — они размещаются таким образом, чтобы главный человек Крепости мог в два шага переместиться из одного отсека в другой. Даже если спит, ест или моется в душе. Потому что ситуация в Пустоши меняется настолько быстро, что промедление равно смерти.
— Речь идёт об отложенной смерти, — хмыкнул я.
— В смысле? — не понял Кэп.
Я сделал глоток из своей чашки.
Разговор шёл откровенный, а ведь ещё не собрались другие экспедиторы. Для себя я решил, что никого не буду гнать в рейд насильно, давя контрактом. Те, кто захотят остаться на Земле, получат такую возможность.
— Мы можем ничего не делать, — пояснил я. — Отсиживаться в своём мирке. Но через несколько недель или месяцев Живой Хаос прибудет к Вратам. Механизмов, чтобы его остановить, нет. Тварь проникнет на Землю и уничтожит всё живое.
Кэп снова забарабанил пальцами по столешнице.
— Без вариантов?
Качаю головой.
Шумно выдохнув, Кэп лезет в стол, извлекает плоскую бутылку выдержанного коньяка армянского производства и вопросительно смотрит на меня. Получив отказ, наливает себе в чашку на два пальца. Выпивает.
— Твою мать, Рост. Извини за фигуру речи.
— Надеюсь, ты мне веришь. Если нет — могу организовать телепатическую трансляцию. Сбросить слепки. Это вообще не проблема.
— Да верю, — отмахнулся Ерофеев и залпом опустошил всю кружку. По каюте распространился специфический запах алкоголя с нотками пряностей, фундука и старого дуба. — Просто… в голове не укладывается.
— Само собой, — я сохранял невозмутимость. — Но выбор у нас невелик. Рискнуть, довериться мне и плану, в котором участвуют мойры. Или сдохнуть, ожидая неизбежного. Ты за какой сценарий?
—
Рискнуть, — хмыкнул Кэп. — Знаешь, я ведь с этим словом успел сжиться. Каждая экспедиция — это риск. Но риск оправданный. У нас есть пушки, зенитки, пулемёты. Геоманты и пирокинетики, мехи и големы. Понимаешь? Есть инструменты, которые успешно работают. А здесь… Хаос этот… я не понимаю, что с ним делать.— А тебе и не нужно, — заверил я. — Битва лежит на мне.
Кэп плеснул себе ещё коньяка.
Решительно убрал бутылку.
— Знаешь, Рост, я помню тебя в тот год, когда пришёл устраиваться на «Селенгу» на должность ясновидящего. Бред же, подумал я, этого юнца максимум юнгой можно поставить или разнорабочим. Ты казался хлипким, слабым и совершенно неподготовленным к Пустоши.
— Тебя сложно винить.
— Но я увидел твои способности, — веско заметил Ерофеев. — Посмотрел, как ты ныряешь в свой транс и описываешь всё, что творится за бортом, в доках. Я проверял по камерам. Ты мог запомнить окружающие детали, но… ты говорил о сварщиках, проходящих мимо техниках, ты заметил вилочный погрузчик. Через стену. В общем, это меня впечатлило.
— Спасибо.
— И вот, ты сидишь передо мной в рясе инквизитора. Ты не думай, я разбираюсь в ваших степенях, слышал кое-что от людей сведущих. Не прошло и года, а ты прошёл всю их цепочку. Это же девятый ранг, правильно?
— Ступень.
— Пусть ступень. В общем, с тобой что-то не так, парень. Я думал, что всё о тебе знаю, да только не всё, я ошибался. Таких как ты… вообще не бывает. И если кому-то суждено остановить это дерьмо… делаю ставку на тебя.
— Кэп, — я улыбнулся и покачал головой. — Если ты имеешь дело с Хаосом… делать ставки глупо. Возможно, ты играешь против казино, в котором все автоматы заберут твои деньги.
Ерофеев одним махом допил содержимое чашки.
— Пусть так. Ладно, я согласен на эту авантюру. Но ребят придётся убедить. И подготовить. Так что…
— Устроим общий сбор, — перебил я. — С трансляцией. И я покажу вам, против кого будет вестись сражение.
С Варей и Кариной у меня вышел не менее сложный разговор.
И дело не в том, что мы запланировали свадьбу на следующий месяц, и церемонию, вероятно, придётся переносить. События последних недель и нависшую над планетой угрозу я обсудил со своими союзниками — дедом и родителями Карины. При этом я наплевал на допуск. Просто потому, что мой Род должен остаться хоть с каким-то прикрытием, пока я буду воевать с Порождениями и самим Хаосом. В итоге договорились перенести свадьбу на конец лета. Предположительно — на август. Когда я вернусь, можно будет разговаривать более предметно. А если не вернусь, то и смысл в этой церемонии?
Казалось бы, всё очевидно.
Но вчера вечером, за ужином, обе девушки заявили, что хотят отправиться в Пустошь со мной.
— Стоп, — я отодвинул стакан с апельсиновым соком. — Вы совсем, что ли?
— Дорогой, — сказала Варя, — мы последуем за своим мужем в любую точку планеты. Или в Пустошь. Мы тебя любим и жить без тебя… не хотим.
— Погибнем вместе, — добавила Карина.
— Не-не-не, так не годится, — запротестовал я. — Во-первых, никто не собирается умирать. Я еду, чтобы превозмогать, если что.