Апшерон
Шрифт:
Юноша, держа под руку девушку, шел медленно, но говорил торопливо, словно боясь упустить долгожданный случай, когда можно высказать все, что переполняло душу.
– И давно ты меня любишь? Так зачем же скрывала? Упрекаешь меня в том, что ни разу не взглянул на тебя, когда пел. А чего мне было смотреть? У меня ведь тоже есть самолюбие...
Дорогой читатель, я не собираюсь через несколько страниц описывать со всеми подробностями свадебное торжество героев, - они еще и не думали об этом. И юноша и девушка лелеяли иную мечту. Их взоры были обращены вдаль, в будущее. Юноша говорил:
– Лятифа! В будущем году я в это время сам начну бурить
А девушка отвечала ему:
– Не торопись, Таир, рано тебе еще. Ты только делаешь первые шаги. Ты выдержал испытание на повышение разряда?
Сухие листья шелестели, а они, замолкнув, оглянулись по сторонам. Обоим показалось, что, кроме них, тут шепчутся еще люди, затаившись в укромных уголках. Но кругом было пусто.
– Не торопись, - повторила Лятифа.
– Ты только начинаешь осваивать специальность бурильщика. Целых двадцать лет работал мой отец простым рабочим и только после этого стал буровым мастером.
Таир ответил не сразу. Не хотелось обижать девушку. "Это другое дело. Он был неграмотным", - подумал Таир и сказал:
– Год - это целая жизнь. Разве мало у нас восемнадцатилетних героев? К тому времени я многому научусь. Через год поеду за матерью и привезу ее тоже сюда.
– А какая она, добрая?
– В глазах Лятифы не трудно было угадать нетерпеливое желание поскорее узнать мать Таира. Но Таир оставил ее вопрос без ответа.
– Ого, я опаздываю!
– сказал он и зашагал быстрее.
– Куда ты опаздываешь?
– Сейчас должны начаться занятия. На семь часов назначили кружок монтеров.
– Он все еще держал девушку под руку.
– Как-то ты говорила, что нефтянику нужны три качества и что ни одного из них у меня нет. Помнишь?
– Да, помню. Смелость, внимание, воля...
– Но одно качество ты забыла упомянуть.
– Какое?
– Знание... Без него смелость ни к чему.
– Это в счет не идет. Знания нужны всем
– Но больше всех - нефтянику. Разве нет?
– Таир на минуту приостановился.
– Через два часа я освобождаюсь. Пойдем в кино?
Едва заметным кивком головы Лятифа дала согласие.
Они расстались у первой ступеньки каменной лестницы, ведущей в гору, и направились в разные стороны.
Когда Таир пришел на занятия, все уже были в сборе и ждали руководителя кружка.
Занятия обычно продолжались около часа, но пытливые вопросы Таира занимали в конце еще столько же времени. Монтер, руководивший кружком, больше всего боялся этих вопросов. Давно уже он сам ничего не читал по своей специальности, а у Таира накопилась целая библиотека по электротехнике. Он до поздней ночи сидел над книгами и все, чего он не мог понять, записывал в длинную и узкую тетрадь наподобие алфавитной книги, чтобы спросить потом у руководителя.
Руководитель кружка больше упирал на практику. Часто он водил своих учеников на буровые, чтобы учить их на наглядных примерах. Так случилось и в этот раз.
Войдя в комнату, старик взглянул на узенький и длинный блокнот Таира и только усмехнулся.
– Собирайтесь, ребята, пойдем, - сказал он.
– Вчера на нашем промысле произошел пожар. Я хочу показать на месте - как, что и почему все это произошло... Об этом еще ни в какой книге не написано.
Случай действительно был
исключительный. Когда Таир узнал о причине пожара, в первую минуту он даже не поверил. Оказалось, что изоляция толстого электрического кабеля слегка стерлась только в одном месте, оголенное место было невелико, но от соприкосновения двух проводов произошло короткое замыкание. Достаточно было маленькой искры, чтобы в воздухе, насыщенном нефтяным газом, вспыхнуло пламя.– Такие случаи, - объяснил старый монтер, - иногда приводят к тяжелым последствиям. Хорошо, что пожарная команда вчера мастерски справилась с делом и быстро ликвидировала пожар. Но вообразите, что вдруг такой случай происходит в отдаленной местности или, скажем, на море. Пока подоспеет пожарная команда, огонь может охватить всю буровую, и люди, которым некуда деваться, могут сгореть... Поэтому надо всегда тщательно проверять линии электропередачи, во-время ремонтировать их, следить за исправностью предохранительной аппаратуры. Как видите, здесь поставлено много предохранителей.
Таир не удержался от вопроса:
– А если все-таки случится пожар, что тогда делать монтеру?
– В случае пожара надо немедленно выключать ток. Вот так, - и монтер, надавив на рубильник, оттянул его вниз доотказа.
Он долго водил своих учеников вокруг буровой, а потом по лесенке поднялся с ними на вышку. Отсюда Таир увидел домик, в котором жила Лятифа, и вспомнил, что условился встретиться с ней в девять часов.
Расставшись с Таиром, Лятифа отправилась домой и провела два часа в нетерпеливом ожидании. За какое бы дело она ни принималась, все валилось из рук. Сегодняшняя встреча с Таиром глубоко взволновала ее, и мысль о том, как сложатся их дальнейшие отношения, не выходила из головы. Родителей не было дома, и ничто не мешало ей отдаться своим размышлениям.
До условленного часа оставалось всего пятнадцать минут, когда отец ее вернулся с работы. Лятифа увидела его отражение в большом зеркале, перед которым она заплетала косы, и, не отрывая рук от волос, обернулась назад:
– Пришел, отец? Очень хорошо. Мать у соседей. Теперь как раз тебе и дежурить в квартире.
Отец ухмылялся в свои пышные усы. Было заметно, что ему трудно скрывать свою радость. Лятифа приблизительно знала, в чем дело, но все же не удержалась, спросила. Старик потер свои большие руки мастерового и с гордостью вскинул голову:
– Тебе на здоровье, сегодня сдал буровую, дочка! И с каким еще торжеством! Приехали и управляющий трестом, и главный инженер. Не думай, что впереди идет только один твой уста Рамазан. Переходящее знамя отобрали у соседа и вручили мне.
– Правда?
– Лятифа взглянула на отца сияющими глазами.
– А ты ведь говорил, что закончишь бурение завтра или послезавтра!
– Нет, доченька, кончил бурить еще вчера. Сегодня пошел посмотреть, что будет делать бригада по нефтедобыче. Скважину прострелили еще рано утром. А я все дожидался, когда появится нефть.
– Ну и как? Появилась?
Этот вопрос был ни к чему и, кажется, даже обидел старика.
– А как же! И видела бы, какого цвета. Будто свеже процеженный мед. Кудрат был очень доволен. Не шутка ведь! Кончил бурить на двадцать дней раньше срока!
Лятифа торопливо надела шляпу и отошла от зеркала.
– Куда собралась? На работу?
– спросил отец.
– В кино.
– С кем, доченька?
Лятифа боялась опоздать на свидание с Таиром. Вопрос отца заставил ее покраснеть, и она отвернулась.