Ангел
Шрифт:
— Ситуация. Впрочем, как бы мы ни хотели, наше мнение тут ничего не решит, вдвоем мы против всей их братии не сдюжим, — вздохнул печально гном, хотя по глазам было видно, что он хотел бы попытаться.
— Давай Глорин вытащим Влада, а потом будем решать, что делать дальше, тем более, что мы не одни такие. Я уверен, что другие стражи тоже не будут сидеть сложа руки.
— Нас не остановишь, люди поддерживают нас, мы ветер нового времени, а вы пыль прошлого. Мы…
— Как поэтично.
Удар кулака Глорина прозвучал как выстрел. Лже священник вместе со стулом
— Глрин хватит, — опомнился, наконец, Алексей, встав между лежащим на полу целителем и гномом, — Ты, что с ума сошел?
Гном только рыкнул, что-то неопределенное и схватив секиру, хлопнул дверью. Алексей, тяжело вздохнув, взглянул на непробиваемо спокойного Михайлова и склонился над лежащим Дейвом. Половина тела того было превращено в кашу, часть лица отсутствовала и его заменяла энергетическая субстанция, которая, потрескивая, тускнела на глазах.
— Я ухожу, — пробормотал Дейв, с каким то животным страхом смотря на склонившегося.
— Да ты уходишь, — Алексей вздохнул и ободряюще сжал схватившую его за штаны руку. — Скоро ты все узнаешь, прав ты был или нет.
— Я боюсь, — пробормотал тот.
— Не надо бояться, ведь ты же ангел, — ободряюще улыбнулся Алексей, — Прав ты или нет, но ты верил в то что делал, а я уверен что там это зачтется. И если тебе не трудно ответь на последний вопрос, зачем вы закрыли границы.
— Рафаэль,… - умирающий ангел, совсем по человечески закашлялся. — Он нам объяснял это тем, что нам не нужны в нашем мире пришлые, которые тащат сюда всякое, часто довольно таки небезобидное барахло. Да и нечисть разную проще останавливать на границе, чем ловить по всему миру.
— Ну, хоть в этом я с ним согласен.
Целитель слабо улыбнулся, и вдруг его тело стало истаивать. Алексей огляделся, переведя зрение на восприятие тонкого мира, и увидел целителя стоящим перед тоннелем.
— Мне пора, — прошептал тот и шагнул в свет.
— Удачи, — пробормотал Алексей, смотря вслед уходящему.
На миг ему показалось, что за светящейся воронкой он увидел другой мир. Мир, купающийся в свете, легкие, точно росчерк пера здания и человека стоящего по другую сторону. Одетый в длинный белый плащ с короткими золотистыми волосами, он смотрел с улыбкой на Алексея.
— Ну и что это значит? — едва выйдя из помещения, услышал Алексей.
— В смысле Глорин? — он с удивлением посмотрел на гнома, который стоял посереди двора со своей секирой.
— Вот это, — гном обвел вокруг себя рукой.
Алексей огляделся и только сейчас заметил, стоящих по периметру людей в маскировочной форме и сжимающих в руках короткие автоматы. Он вопросительно посмотрел на Семена.
— Мои люди, — кивнул он головой, — Но не беспокойтесь, не по
ваши души.— Мы в принципе и не боимся, — прошипел гном, цепким взглядом окидывая солдат в зеркальных шлемах.
Гигант только пожал плечами и направился в сторону оцепления. Алексей гневно посмотрел на гнома и тот, что-то ворча себе под нос, спрятал секиру и с независимым видом направился за Михайловым.
Вертолет сделал круг над храмом, и Алексей увидел солдат выводящих служителей и усаживающих их в автобус. Пилот высунулся из кабины и что-то прокричал сидевшему рядом Михайлову, тот кивнул головой и поднял большой палец. Вертолет еще раз сделал круг над храмом и направился вдоль дороги, позади его вдруг что-то сверкнуло и даже сквозь рев винтов, Алексей различил эхо далекого взрыва.
Как оказалось вертолет доставил их на ближайшую базу ЦентрСпаса МЧС в этом регионе, а Семен, оказавшийся, кстати, майором, сославшись на срочные дела, исчез почти на три часа, оставив их в небольшом вагончике, приткнувшемся у края летного поля. В вагончике, кроме стола, стула оказалась еще пара коек и друзья, неожиданно почувствовав дикую усталость, решили немного покемарить. Вернувшийся Семен оглядел мирно сопящих Алексея и гнома тихонько, стараясь не скрипеть хлипкими досками пола, подошел к столу и положил на него забытый гномом артефакт. Они проспали до полдня следующего дня, а, проснувшись и обнаружив оставленный предмет, только молча переглянулись, что случилось с плененными гномом ангелами оставалось только догадываться.
День выдался теплым и солнечным и если бы не почти голые деревья, с редкими остатками пожухлой бурой листвы, то можно было бы подумать, что еще ранняя осень, а не середина ноября.
Они сидели около ангара на небольшой деревянной лавочке, сколоченной местными умельцами из двух чурок и нескольких струганных досок, и молчали. Глорин, выяснив где находиться кухня, отправился готовить свой чай, для успокоения нервов так сказать и уже около часа не появлялся, однако Алексей уловил запах мяты и понял, что чай, вероятно, уже готов.
— Ну и что по другому было нельзя, — спросил, нарушая молчание Алексей, Семена, наблюдавшего за механиками копающихся во внутренностях привезшего их вертолета.
— Нет с этими только так, — Семен, рассеяно похлопав себя по многочисленным карманам, извлек, наконец, из одного из них мятую папироску и закурил. — Твой друг, ну тот которого Глорин ухлопал, так хорошо рассказывал о том, как счастливо будут жить люди, под их чутким руководством. Так вот, а я видел, как они живут.
Он опять замолчал и сосредоточенно принялся дымить, а Алексей не стал спрашивать, понимая, что тот расскажет все сам. Механики тем временем захлопнув ремонтный люк, спрыгнули с винтокрылой машины и подъехавший тягач поволок ее к ангару. Алексей осмотрел опустевшее летное поле, с тоскливо торчащим на краю его старым "кукурузником".
— И что их еще используют?
— А, — Семен очнулся от своих мыслей и вопросительно посмотрел на Алексея.
— Я имею в виду «кукурузник», неужели их до сих пор используют.