Чтение онлайн

– В мусор, около театра драмы, на Смоленской…

– А посмотри-ка – это не твой телик?

Иван остановился, тёмный уютный угол был уже в трёх шагах.

«Смешные! Этот телевизор ищут все!», – думал изобретатель.

«Ищут пожарники, ищет милиция*, а они хотят его найти первыми! Ищите! Ищите!»

Заметно шатаясь, Иван обернулся на голос Сергея и невольно вздрогнул от того, за что зацепился взглядом.

На верстаке из грубо отёсанных досок, приспособленном вдоль стены, пропускающей сквозь дыры косые прутики света, стоял он – плоскоэкранный враг.

Иван так и свалился, как подкошенный подсолнух на

бетонный пол.

Голоса снова закрутились в непроходимый клубок, и голова опустилась на тёмное дно.

По вопросу научного открытия вселенского масштаба, члены совета Аналога давно не собирались. Где-то на Земле среди миллиардов тел, искорёженных внешним влиянием и внутренними пороками, пробилась искра божественного начала и указала путь к совершенству.

Опасное испытание, данное во благо сильным, не только могло привести к процветанию человечество, растерявшее былую мощь, но и грозило уничтожением, как Земли, так и Аналога.

В зале, украшенным колоннами слева и справа, из центральной части уходили ввысь ступенчатые места, предназначенные для административного аппарата Аналога. Ряды, напоминающие вырезанную треугольником трибуну амфитеатра, заканчивались вершиной – креслом главы совета.

Каждый год, по результатам профессиональной деятельности, избирался новый глава, и он тотчас приступал к обязанностям, а кто занимал этот важный пост, члены совета не знали до следующего собрания.

Проходя к своим местам чиновники с интересом всматривались в фигуру на вершине прогнутого вовнутрь треугольника.

Не удивительно, что сверху на них взирал Бергояров. На прошлом совете, перед голосованием, он, как лев дрался за дополнительные дотации в систему безопасности, в пух и прах разнес обвинение в адрес «Народного фонда Центральной Сибири» и внёс несколько значительных поправок в договор испытания жизнью.

– Не хотел бы я быть на его месте, – занимая место прошептал соседу один из членов совета.

– Я тоже не готов, – согласился худощавый глава отдела молодежи и студентов.

– Мы все рискуем превратиться в такую мумию, – сказал министр спорта, – пока служим народу. Я вот подумываю подать прошение об отставке.

– Вам ли беспокоиться, – опротестовал слова соседа немолодой представитель южных народностей, – чемпион, кандидат наук, примерный семьянин, вам только и делиться опытом и знаниями.

Тем временем все заняли свои места и Бергояров поприветствовал собравшихся. Начался нелегкий процесс по составлению плана действий относительно опасного открытия.

За пределами зала совещаний своей очереди ожидала двадцатилетняя блондинка Агата Смирнова. Мать она видела последний раз ещё школьницей, отец недавно умер и как говорили на Аналоге, она столкнулась с проблемой укоренения, известной с начала истории дубльпланеты. Курс реабилитации сгладил душевную травму, но желание побороться за Родину, не исчезло, а лишь окрепло в девичьем сердце.

Испытание жизнью в логове врага, шанс создать модель способную противостоять агрессорам, нередко выбирали именно законопослушные, ответственные граждане.

Агата спокойно ожидала аудиенции. Никаких проблем с отправкой не должно было возникнуть. Специалисты реабилитационного центра выдали претендентке отличную рекомендацию. Конечно, они знали о записи на подкорке каждого

ребёнка, лишённого семейного очага – найти родителя. Как и знали, что останавливать подобное стремление бессмысленно и даже опасно.

Когда секретарь пригласил кандидатку в зал, настал новый день. Такой ритм работы народных избранников был нормой – они не жалели себя ради будущего и Агата не собиралась.

Выйдя в центр зала девушка не затягивая представилась и произнесла короткую речь:

– Иногда я спрашиваю себя: что меня заставляет думать в масштабах вселенной? Я муравей относительно искусства, яблоко на родовом древе, всего лишь тленная любовь и любовница. Разве я могу что-то изменить в этом грандиозном спектакле, где смерти и жизни навечно отданы главные роли?! Разве я смею сквозь призму собственного узкого мировоззрения оценивать судьбы героев Земли, великих вершителей истории и тем более критиковать их поступки?! Я никогда не была царицей или президентом, даже директором не была. Разве я могу справедливо рассуждать о том, что мне не дано?!

– Интересно услышать, как ты себе отвечаешь на эти вопросы, – пропела бархатным голосом глава Северных земель.

– Я не знаю научных ответов на эти вопросы. Но мне кажется, если человек способен думать так, значит это необходимо Вселенной.

– Вселенной или Богу? – задал провокационный вопрос глава совета.

– Бог в каждом из нас, вселенная же плод взаимодействия множества начал, – не растерявшись ответила претендентка на испытание.

– Вы свободны, – сказал Бергояров кандидатке. – Решение получите у секретаря на первом этаже.

Когда Агата прошла семь длинных коридоров, спустилась по четырем широким лестницам и вышла в приемный зал, из-за длинного стола секретарь протянула ей договор.

– Не хватает только вашей росписи, – по-деловому сообщила высокая шатенка, по всей видимости представительница северных широт.

«Разрешено» – прочла Агата на титульном листе и приняв ручку старательно вывела росписи на всех листах.

Идя по тихим столичным улицам Агата представляла себя героиней древних легенд о прекрасных воительницах – защитницах.

«Наги ещё узнают обо мне!» – разгорячено мечтала юная амазонка.

Где-то в глубине души она прятала одну из причин своего поступка – найти мать. Искренне считая, что это не противопоставление основной задаче, а дополнение, которое не может помешать прожить героическую жизнь.

«Юношеский максимализм и неспособность построения вектора приоритетов» – мысленно дала оценку поступившей кандидатке главный врач Аналога.

Алла Николаевна провела тонкими пальцами по серой пластине с оранжевым логотипом. Информационные сегменты следуя за теплом человеческой руки, послушно загорались синим текстом: «Медицинская история», «Аттестат», «До Аналога», «Аналог», «Семья» …

«Жаль, очень жаль. Наги не пройдут мимо такого экземпляра. Энергии в тебе более чем достаточно. Но, это и всё что есть в тебе. Шансы равны для всех. Может быть тебе удастся выстоять в раздираемом пороками мире и уцелеть?!»

Алла Николаевна дала указание находящимся рядом инженерам:

– Приготовить капсулу ИР784Н2.

Наблюдая за перемещением литбола вспомнила данное ей прозвище – «Доктор Милосердие» и мысленно успокоила себя: «Я руководитель, а не нянька. Отправиться в змеиную пасть – это её собственный выбор».