Чтение онлайн

Задачи поставлены, и Михаил Михайлович пытался их решить. В меру своих возможностей конечно. Само собой, темпы и характер деятельности были совсем иными, нежели у цесаревича, но он старался. Дело в том, что Голицын став начальником этой экспедиции приобрел целый букет разнообразных долгоиграющих амбиций, осознавая себя сподвижником и соратником наследника российского престола. Это очень сильно сыграло на уверенности в себе и решительности. Впрочем, понимание того, что Александр самодурства и прочих глупостей может и не простить, заставляли его решительно осторожничать, взвешивая каждое решение. Однако взвешивание не затягивалось, ибо цесаревич ненавидел не только глупость, но и волокиту, предпочитая действовать быстро. То есть легко мог покарать и за излишнюю задумчивость, самым банальным образом лишив поста.

К сожалению, описанные перспективы и задачи, были еще только на бумаге и в голове у посвященных в них руководителей. В реальности же дела обстояли довольно печально. То есть, за неполный год с конца лета 1863 года, что Голицын находился на Дальнем Востоке никаких решительных подвижек так и не произошло. Решительно не хватало

рабочих рук, даже неквалифицированных. Не говоря уже о том, что испытывалось общее затруднение в снабжение всем, чем только возможно.

Впрочем, на Дальний Восток двигалась еще одна экспедиция, только не спеша и своим ходом через Сибирь, а не на зафрахтованных кораблях вокруг Африки и Азии. В ее задачу входили комплексная территориальная разведка и составление карт удобных земель для заселения. В качестве факультатива, отряд Федора Петровича Кеппена делал многочисленные фотографии с краткими очерками, которые прилагались к ним. Ничего решительно сложного и затратного, но время отнимало, поэтому, к апрелю 1864 года они смогли дойти только до Омска. Но это путешествие было очень плодотворным. Ежемесячно, курьерами в Москву уходили сотни фотографий, заметок, очерков, инженерно-технических и агротехнических соображений, уточнения карт, материалы по логистическим узлам и транспортным коммуникациям и так далее. Особую ценность представляли изыскания по маршрутам предполагаемой железной дороги, которая бы соединила всю империю от Тихого океана до Варшавы. Ну и, конечно же, шифрованные депеши о положении дел на местах в виде материалов о личностях крупных чиновников и предпринимателей. Вот, собственно, и все - ничего особенно удивительного эта экспедиция не планировала и не совершила, однако, ее работа была крайне необходима для дальнейшего развития не только личного бизнеса цесаревича, вокруг которого он выстраивал свою всю свою деятельность, но и государства в целом. Мало этого, успешность прохождения экспедиции Федора Петровича, послужила началом для подготовки десяти геолого-разведывательных групп, которым вменялось в обязанность осмотреть со всем радением многочисленные объекты, отмеченные людьми Кеппена как интересные.

И хоть у экспедиций в восточные регионы Российской империи дела обстояли неважно, но южноамериканские их 'товарищи по несчастью' оказались вне конкуренции, точнее бразильские. Петр Петрович за минувший год потерял половину своей экспедиции по лесам Амазонки от самых разнообразных тропических болезней, включая 'любвеобильных' индейцев. К весне 1864 года он буквально молил Александра о помощи, в первую очередь людьми и оружием. Кто-то подговаривал туземцев, и они совершенно изматывали экспедицию. Поэтому проводить сельскохозяйственное изыскание было нельзя прежде физической ликвидации наиболее несговорчивых племен. Семенов просил, по меньшей мере, две роты стрелков. Хотя, желательно, от батальона и выше. Единственный его успех был явлен цесаревичу в том, что он быстро и толково организовал оборону и узел транспортной инфраструктуры с портом и рядом фортов. Само собой - все из дерева, так как добыть нормальный строительный материал ему не представлялось возможным. Да и правительство Бразильской империи при всем желании помочь было настолько недееспособно в этом регионе, что приходилось выживать, надеясь исключительно на себя.

Александр очень заинтересовался сложившейся ситуацией, решив использовать ее с выгодой. Это глухое место отлично подходило для подготовки бойцов армейского спецназа. Да, интенсивная физическая, тактическая и боевая подготовка, которой он подвергал два отдельных батальона, шла им впрок, но без опыта работы в сложнейших боевых условиях, все это оказывалось лишь иллюзией профессионализма. Само собой, оба батальона, да еще в режиме 'как есть' Александр отправлять на берега Амазонки не собирался. Поэтому был не только установлен график, по которому батальоны сменяли друг друга в джунглях, но и серьезно переработано их снаряжение. В частности, большое количество холодного и метательного оружия у противников наших солдат привело к необходимости всех бойцов, поголовно, 'упаковывать' в наспех сооруженные бронежилеты, прикрывающие торс плотной тканью с вшитыми в нее стальными пластинами - прокованными и закаленными. Также, для удобства эксплуатации, батальоны комплектовались укороченной версией винтовки, выпущенной отдельной серией.

Конечно же, подобных мер было недостаточно, но за тот срок, что был у цесаревича до ледохода и возможности выслать подкрепление, он выжал все. В тоже время, в цехе опытного производства завода 'МГ' некий Бенджамин Тайлер Генри стал работать над перспективной моделью оружия специально для таких операций. Да, да. Это был тот самый знаменитый разработчик той самой винтовки Генри, которую часто называют 'винчестером' по фамилии владельца завода, на котором ее выпускали. Финансовый кризис в САСШ отразился и на нем, поэтому отказаться от предложения Моргана он не смог. В частности, Бенджамин трудился над реализацией обычного помпового ружья калибра 23,3-мм с трубчатым магазином на пять патронов. Простые цилиндрические гильзы из латунного дна и лакированного картонного цилиндра. Поражающие элементы в виде картечин диаметра 8,28-мм были уложены в стаканы из вощеной бумаги, которые полностью утапливали в гильзах. Порох бездымный. Александр первоначально хотел использовать куда более доступный черный порох, но опыт эксплуатации в условиях Амазонки показал высокий процент порчи боеприпасов с такими зарядами. Да и отдача получалась сильнее с 'дымарем'. Это оружие планировалось довольно широко применять не только для вооружения 'амазонских сидельцев', но и в целом для проведения штурмовых операций в городских условиях. Впрочем, одним помповым ружьем разработки не ограничились. Разрабатывался целый комплекс разнообразного снаряжения: новый бронежилет, новая разгрузка для ношения большого количества боеприпасов и многое другое - всего и не перечислить. Благо, что полезной информации по этим вопросам у цесаревича в голове было очень много.

У более южных коллег экспедиции

Семенова - отряда Михайловского Константина Яковлевича, который отбыл строить в Колонии-дель-Сакраменто морской порт и форт для русской военно-морской базы, дела обстояли ощутимо лучше. Хотя особой его заслуги в этом не было. Дело вот в чем. Его немногочисленная экспедиция прибыла на место в самом начале Парагвайской войны и оказалась очень 'в руку', так как у флота Лопеса не было базы в устье. А тут такой подарок. Поэтому, в проекте Михайловского изначально были заинтересованы и Парагвай и Бразилия, что и отразилось в темпах строительства. Им остро требовалась база для флота в устье Параны. В сущности, он со своими людьми там только осуществлял общую координацию работ.

Впрочем, ход Парагвайской войны из-за вмешательства цесаревича был в этой истории совершенно другой, даже не обращая внимания на эту базу. Бразильская империя из-за активной деятельности его фактического лидера - местного олигарха Иренеу Евангелиста ди Суси, державшего практически все финансы государства в своих руках, смогла разрешить все пограничные споры с Франциско Солано Лопесом, президентом Парагвая. Мало того, было заключено союзное соглашение - учреждающее военно-политический блок. После чего, Франциско, имея на руках большое количество довольно совершенного для того времени оружия и два броненосца, напал на Аргентину, после ее отказа предоставить его кораблям беспрепятственный и беспошлинный проход по реке Парана в Атлантику. Причем. Аргентинское правительство, провоцируемое агентами Англии, совершило этот отказ в весьма грубой форме. Итогом подобных дипломатических 'телодвижений' стали броненосцы береговой обороны в сопровождении малых судов, ведущие бомбардировку Буэнос-Айреса. Она шла без остановки трое суток, потом у парагвайских моряков кончились боеприпасы, и они были вынуждены отойти на свою базу. Но и этого хватило. Особенно отличились четыре 305-мм пушки главного калибра. Да, они были гладкоствольными и стреляли зарядами дымного пороха. Да, они стреляли редко и не точно. Но каждое такое попадание, особенно в крупную постройку, было очень ощутимо по своей разрушительной мощи. Трехдневная бомбардировка совершенно парализовала столицу Аргентины и деятельность его правительства.

Ну а дальше началась сухопутная фаза. Бразилия, оставшись де-юре в стороне от этой войны, поставляла добровольцев в парагвайскую армию и потребное военное имущество, такое как боеприпасы и продовольствие. Причем добровольцев было много, так как барон ди Суси, по совету Александра, организовал довольно активную пропагандистскую акцию, распространяя простые и красочные листовки от некой вымышленной подпольной организации. В этих листовках писалось, что руками Аргентины воюют англичане, желающие вечной нищеты и страданий для жителей Южной Америки. Конечно, грамотных было очень мало, но вот при каждом приходе этот вопрос очень активно обсуждался. Задействовался весь институт католической церкви, молчаливо одобривший подобную операцию.

Двадцатитысячная армия Парагвая под личным командованием Лопеса смогла достаточно быстро разбить наспех собранные войска Аргентины, однако, активная деятельность людей Джона Рассела (британского министра иностранных дел), привела к тому, что в стране началась гражданская война. Само собой, президент бежал в Лондон и наотрез отказался везти переговоры с Франциско. То есть, Парагвай оказался в непонятной ситуации, так как практически вся Аргентина очень быстро заполнилась прекрасно вооруженными (английским оружием) бандами, каждая из которых преследовала свою собственную цель, и вести переговоры было собственно не с кем.

Посовещавшись с бароном ди Суси, Лопес все-таки решился на подавление того хаоса, что творился в Аргентине и начал планомерно вырезать банды. Огромную роль в этом деле играл активно строящаяся военно-морская база русских, откуда действовал союзный парагвайский флот, контролируя не только Парану, но и побережье Аргентины, в первую очередь, конечно, теми самыми броненосцами. Высокая ценность русской базы привела к тому, что Лопес с ди Суси очень сильно старались помочь ускорить ее устройство и укрепление. Иными словами никаких проблем с рабочими и строительными материалами Михайловский не испытывал. Поэтому, уже к марту 1864 года, был готов не только достаточно серьезный морской порт с развитым складским хозяйством и обширными угольными ямами, но и основной форт в Колонии-дель-Сакраменто или Александровске-на-Паране, как назвали этот город новые русские владельцы. Мало того, большая часть работ производилась безвозмездно за счет союзников. В общем, Константину Яковлевичу очень повезло - он не только смог выполнить план раньше намеченного срока, но и даже более того - перевыполнить, так как на высвободившиеся сырьевые и временные ресурсы он начал строительство дока для ремонта кораблей.

Русская военно-морская база Александровск-на-Паране оказался настолько удачно расположена, что когда в феврале 1864 года, к сильно разрушенному Буэнос-Айресу подошла английская эскадра, дабы устрашить Франциско Лопеса, войти в русло Параны она не рискнула, опасаясь запирания в реке силами броненосцев.

Впрочем, надавить англичанам, все-таки, получилось. Дело в том, что на конгрессе, созванном императором Бразильской империи в январе 1864 года в Рио-де-Жанейро по вопросам мира в Южной Америке, встал вопрос о том, чтобы Парагвай аннексировал Аргентину полностью, избавившись, таким образом, от 'любовного треугольника' и прекратив гражданскую войну на истребление. Тем более что к моменту начала конгресса войска Франциско Лопеса контролировали большую часть своего южного соседа, разбив все крупные банды. Но Великобритания этого допустить не могла, так как ее активная помощь в войне обернулась просто поразительными преференциями от правительства Бартоломе Митре. Фактически, Аргентина превращалась в государство-сателлит, если все обязательства будут выполнены. Поэтому Лондон, угрожая войной, даже не смотря на решительную победу Парагвая и полную поддержку его Бразилии, добился того, что 18 марта 1864 года в Рио-де-Жанейро между Франциско Лопесом и Бартоломе Митре был заключен мирный договор, прекращающий войну и устанавливающий условия послевоенного мира.