"2013"
Шрифт:
Инна не посещала садик. Она все свое время проводила с нами.
— Бабушка жалуется, что вы слишком громко шумите! — заявила девочка с деланными возмущением.
Я хмыкнула.
— А что, мы единственные, кто делает ремонт? — ответила я. — Сейчас дневное время. Мы можем шуметь сколько угодно. Законом не запрещено. Гуляй.
И я прошла мимо, стараясь не замечать, какое презрительное личико состроила Инна, желая закричать мне в спину очень обидные слова. Может, я повела себя грубо, но я же была права, верно? Тем более до одиннадцати часов можно было грохотать сколько
Мне тогда казалось, что нас с мамой, мягко говоря, недолюбливают. Маму мою вечно называли “бабкой”, наркоманкой, алкашкой. Она же не общалась с ними практически. Не сидела на лавочке и не трындела направо и налево.
— Привет, — поздоровалась я с девочками.
— Соня! — закричала Инна, кидаясь Аксеновой на шею.
— Привет — привет, маленькая, — умиленно ответила Соня, обнимаясь с девочкой. — Как твои дела?
— Хорошо!
— Ходи! — воскликнула Валя, бросая на стол карту. Кажется, червонную даму.
Они играли в карты. Колода была только что купленная.
Пятьдесят две карты, если не ошибаюсь. Оставшиеся карты девчонки отбросили в сторону.
— Алина Андрюшкина сказала, что сейчас подойдет, — заявила Валя, когда Соня отбилась, поглаживая заветные шесть карт своими тонкими пальцами.
Инна присела рядом, внимательно следя за ними. Я тоже присоединилась к их компании.
— Вы виделись, когда ты приезжала в прошлом году. Она только что приехала с концерта и пообещала прийти.
— Она до сих пор выступает?
— Угум.
Я поморщилась, услышав знакомое имя.
С Алиной у меня тоже были сложные отношения. Она выглядела какой — то замкнутой и необщительной. Такая же грубая и жестокая, циничная татарка с длинными темными волосами и вечно пугливым взглядом.
С Валей Алина была в родственных отношениях. Ее папа — двоюродный брат Валентины.
Который по сей день пребывает в наркологической больнице.
Мне в последнее время очень сильно везет. Стоит ли тогда держаться за них, когда они на тебя — ноль внимания? Все, приехала Аксенова, и все, всеми хорошая Настя идет просто на х…
— Она фуфло. Ничего из себя не представляет, — говорила мне после Лиза Халус. — Мы с Настей посмотрели видео, где она прыгает по сцене, словно бешеная. Да и поет она отвратительно! Настя недоумевала, в чем прикол в ее “хорошести”. Обычная стервозная девица, вот и все!
Я тогда просто ухмыльнулась.
Соня фальшивка от и до. Да и к тому же, будущая мошенница. Даже бабку свою обвела вокруг пальца!
Да, Сонечка выступала. Крутила какие — то танцы. И первого числа у нее очередной концерт по заявкам. До этого она сделает ноги в свой Бийск. Жду не дождусь, когда эта колхозная красавица свалит отсюда!
Я ушла, не желая больше оставаться в этой гоп — компании. Хотя мне было обидно. Обидно, что эта Сонька собрала всех моих друзей вокруг своей тощей задницы! Показушница.
Мне было сложно отвлечься от тяжелых мыслей. В тот же час я вернулась домой и обнаружила, что строители наши уже уехали, оставив в комнате часть своих инструментов.
— Поехали заказывать стройматериалы. Я им деньги дала. Пусть сами выбирают. А мы с Аней
собираемся поехать в город за обоями, и тебя обязательно возьмем. Чтобы ты сама себе выбрала обои, которые тебе понравятся, — объяснила мама. — Мне потом вечером позвонят, а завтра все подвезут. Тебе придется двери подержать, пока будут все затаскивать. Поняла? А ты чего такая кислая? Опять из — за твоих подружаек?Я культурно промолчала.
Завтра опять рано вставать. Капец.
Наступило время обеда. Я снова наглоталась таблеток и ушла в раж, включив музыку в наушниках. Мы с мамой находились в одной комнате, и она занималась своими делами, не обращая на меня внимание. Мне казалось, что мать в то время старалась не замечать моих определенных наклонностей. Я же качалась под музыку. И даже сейчас чувствую за это вину. Как будто что — то постыдное, мерзкое. И в то же время не можешь остановиться. Словно кто — то заставляет это делать.
— Вот если ты выйдешь замуж, — однажды спросила меня мама, — тоже будешь под музыку качаться?
— Нет. Не буду. Это же чужой человек. А ты уже ко всему привыкшая.
А с другой стороны, действительно интересно: вот если это увидит Сергей, то как к этому отнесется? Покрутит у виска? Или что?
В наушниках настолько громко орала музыка, что я не услышала мелодию мобильного звонка, который надрывался от звонка.
Хотя телефон лежал прямо перед глазами.
— Настя!! — я вздрогнула и сняла наушники. — Телефон звонит!
— Да слышу, слышу… — с перепуга задрожали руки. Я схватила мобильник и поспешно ответила на звонок, даже не посмотрев, кто именно звонит: — Да, слушаю!..
— Я уж думал, не ответишь, — усмехнулся Сергей. — Привет, кстати.
— Привет…
— Слушай, я тут подумал… — он запнулся, не решаясь продолжить. Потом тяжело вздохнул и произнес: — Не желаешь встретиться? Я сейчас у вас в городе проживаю. Могли бы прогуляться, потом у меня посидеть. Как ты на это смотришь?
Отказа Сергей точно не потерпит. Да и деваться некуда. Не буду же я весь день смотреть на эту малолетнюю вертихвостку!
— Хорошо. Приезжай.
— А… ты бы не хотела остаться переночевать? Если что, у меня все есть. Ну… ты поняла…
— Мне нужно поговорить с мамой. Если она отпустит, то проблем нет.
— Окей. Заметано. — Хотя по его голосу было понятно, что он не очень — то доволен подобным раскладом, но спорить не стал.
Лучше лишний раз не лезть на рожон. Ничего не поменяется. Разве что станет еще хуже.
— Так, я сейчас собираюсь и еду к тебе. Ты там заранее приготовься. Если что, я подожду возле подъезда. Все, давай.
И Сергей отключился.
— Что, опять собираешься на свидание? — спросила мама.
Она все слышала. Да и скрывать смысла не было.
— Да. С ночевкой. Если что, вернусь домой, пока твои материалы не подвезут.
— Будем надеяться. Иначе придется мне спуститься.
— Это ты меня так отпускаешь?
— Ну, если хочешь — иди. Я тебя что, держу?
Ну вот и понимай ее теперь! То отпустит, то потом наорет. Что за человек…
— Таблетки свои не забудь. И компьютер обязательно выключи.