Книги из серии "Рассказы"

Он бережно, боясь окончательно изорвать, встряхнул одеяние и чихнул так, что едва не оторвалась голова. Лохмотья взметнули облако едкой, удушливой пыли. Жаль солнца нет, уж больно пылинки красиво пляшут и кружатся в лучах. Рух медленно облачился, жесткая, засаленная, покрытая соляной коркой ткань царапала…

Сожри меня грифон, совсем об этом забыл! — А отмороженные где?! — В Бреши-свалке. Ушли совсем недавно. Сам знаешь, быстро они не возвратятся… Это я знал и без него! Если троица отправилась на свалку, значит, они как минимум проведут там несколько часов. А мне они были нужны здесь и сейчас! У…

— Дааа, — произнёс Ярослав, смотря на бывший хутор Зайцево, — не густо. — Его ещё до нашего прибытия сожгли, — сказал я. — Но вот позиция здесь уж больно удачная. Частокол с башнями поставить, и от небольшого отряда тут легко отбиться можно. Ярослав спорить даже не думал, сам всё видел своими глазами.…

— Ням! — напомнило о себе ведро. Я склонил голову, чуть ли не хлопнул себя по лбу. У меня ж есть для него кое-что. Вчера подхватил, когда проверял берег озера за Орхово. Была пара мыслей на счёт построек там. — Держи! — протянул я ему гладкий серый камень, взятый из воды. — НЯМ! — восторженно проголосило…

Лежать и наблюдать больше не имело смысла. Если Грайв отдаст приказ нападать, у меня не останется и тени шанса выйти из этой ситуации живым или хотя бы здоровым, если меня решили искалечить. Я почувствовал, как по телу разлилась волна дрожи. Так почти всегда происходило перед схваткой. Ладонь до боли…

Я уже перебежал за другую стойку, скрутив с металлического древка щётку. Провёл пальцем по краю древка. Дешёвка необработанная. То, что нужно. — Парень! — крикнул второй, тот, что Джим. — Твои родители у нас. Если сдашься, обещаю, мы возьмём тебя живым. И может быть, удастся с ними пообщаться. …

Находясь в своей клетке, она могла видеть глазами своего тела, но не могла ничего сделать. Послушная кукла, которая все эти дни слушала безумные мысли этого существа. Они были очень злобными, как и сама тварь, которая рассказывала ей ужасные вещи. Харгад похищал многих и сажал на такие же цепи, а потом…

После этих слов Пафнутьев уже вскочил, чуть не опрокинув стул: — Не было такого, Государь! Ей богу! Искал эту падлу на совесть! Император только хмыкнул: — Редчайшие способности приемной дочери скрыл, с внуком моим без особого разрешения родственникам моим Дашковым геноцид устроил, Ванюшу-Колдуна…

— Да-а? Как я мог такое ляпнуть? — искренне удивился смертный, округлив зенки, но уже через миг задумчиво добавил: — Впрочем, все так и есть. Я пойду с тобой. Надо только взять ещё трёх мощных магов. И один из них чтоб обязательно имел атрибут, исцеляющий других людей. — Угу, — согласился я, задумавшись…

Лиадан пошевелила своими, приглушая темный синий свет, струящийся с нижней части, покрутила руках клинок и посмотрела в черноту, которая отражалась в лезвии. Бросив последний взгляд на горы, частично скрывшиеся в пелене тумана, Лиадан взлетела с толстой ветки. Грубая ткань черного костюма затрещала…

Требование князя было невыполнимым и почти незаконным. Но Ильинский упорствовал, явно желая убрать заместителя с глаз долой, уволив под удобным предлогом. Дуболому было куда податься, вот только он не хотел. Страдал наставник, силясь решить безнадежную задачу, страдала Павлова, из-за страданий учителя.…

— Это твои бабушка и дедушка — мои работодатели, — не меняя позы, парировала Полина, так что сейчас по сути я разговаривал с ее задницей. — А ты как часть дома, правда, живая. Его сердце. А этот дом меня любит, а значит, и ты. Внезапно она выпрямилась, ухватив с полки какой-то пакетик — и посадочная…

В тот последний раз дед вместе с отцом тайно навестили меня и сделали очередной «подарок» — десятки лекарств с разных уголков земли, которые мне пришлось долго и упорно поглощать, лишь бы в последний раз попытать счастья исцелиться. И чего там только не было… А уж когда до меня дошли слухи о стоимости…

— О ком вы говорите, князь? — шепчет Перещегин — Смородины, — отвечает Ермолай. — Они пока не связаны вассальной клятвой. Ещё не успели войти в его дом официально. Он не может защитить их, даже если бы хотел. Мы ударим по ним. Перещегин нервно сглатывает. — Но… Смородины… — Их род — не больше,…