Книги из серии "Конан"

Так что нередко ослиные пастухи забывали на время о своих питомцах и пересаживались на лошадей, дабы взыскать положенную дань с купеческих караванов. Получив свое, они снова возвращались к стадам в родную степь, ибо лишь два занятия были милы их сердцу: грабеж да торговля ослами. Но Конан, молодой…

– Ничего, - буркнул Конан, чуть приоткрыв глаза и, убедившись, что перед ним всего лишь десятник Джалай-Арт. – Плохой сон, - добавил он, переворачиваясь на спину и зевая во весь рот. - Чего только не приснится в этих поганых горах! Уже рассвело? – Да, господин. Рассвет, как задница Нергала - серый…

Конан прикончил кувшин, огляделся по сторонам и решил, что тревоги Хирталамоса отнюдь не беспочвенны. В доме его было чем поживиться! Даже выходившая во внутренний двор просторная терраса, на которой они пировали, поражала роскошью: везде - туранские ковры, серебряные да позолоченные лампады, алебастровые…

Он стоял недалеко от обочины дороги, расставив ноги над узкой полоской звериных следов, скрывавшихся в зарослях колючего кустарника. Слева от него была небольшая прогалина, заросшая высохшей травой, а дорогу пересекала купа вечнозеленых деревьев с густым подлеском. Именно оттуда донесся подозрительный…

Последний слог заклинания звенел в воздухе, будто хрустальный колокольчик. Басракан пробежал взглядом по оставшимся в живых бритунийским пленникам из охотничьего отряда, зашедшего в горы с запада. Одному из них было не больше шестнадцати, взгляд его серых глаз в ужасе метался, но ималла не считал бритунийцев…

Акимос из Перама задрожал от влажного холода в пещере и поплотнее закутался в парчовый халат из китайского шелка. Халат был подбит ватой, так же как и надетая под ним туника. Но против холода пещеры одежда казалась такой же тонкой, как прозрачные покрывала танцовщицы. Скирон определенно завел его далеко…

Конан разочарованно присвистнул, положив руки на стол и сжав в бессильной ярости громадные кулаки. Вновь в нем поднялась волна досады на себя, Дильбар и даже на того толстосума, не умевшего толком играть в кости. Не проиграй торговец столько, плыл бы Конан сейчас в Аграпур с друзьями, а не сидел бы в…

И вновь дрожащий палец приказал ему замолчать. Собака уже перестала выть, взвизгнув, словно испугавшись чего-то, отголосок этот скоро затих, и в наступившей тишине стал слышен скрип тяжелых запертых дверей, будто кто-то с огромной силой давил на них снаружи. Золотоволосый шагнул было открыть, положив…

Однако вместо того, чтобы побледнеть, эта зараза вдруг кивнула: — Я никогда не сомневался в том, что мой родственник говорит правду. Но согласитесь, слышать и видеть — это не одно и тоже. — Он нахмурился. — В ближайшем форте у меня есть еще одно поручение, если ваши люди не будут отосланы, когда я вернусь,…

— Ха, ну-ка что у нас тут? — спросил самый высокий из четверых. — Кажется, один из «котяток». Охотник сдержался и не бросил столь же резкий ответ вроде: «Не твое дело, бабуин кастрированный». Еще будет время умереть с честью, когда он расскажет этим четверым о том, где он был и что видел там. — Братья...…

Мальчишечье озорство киммерийца не на шутку беспокоило Ши и прежде. Будь Конан поменьше ростом, пожиже плотью и не столь суров, он давно нашел бы на него управу. Может быть. – Конечно, пора подкрепиться! - затараторил Ловкач. - Я и сам так думаю. А мой стол не трогай, прошу тебя, отважный лев. Сие большая…

Но человек на гребне скалы не стал восторгаться уникальным топографическим явлением. Жадным взором он обшаривал вершины деревьев и вдруг резко вдохнул воздух, среди сплошного зеленого покрова поблескивали мраморные купола. В этом не было ничего сверхъественного, ибо под ним лежал легендарный дворец покинутого…

Ночь была жаркой и душной, липнущей к коже, как влажная ткань. Впрочем, точно такая же, как и накануне… и два дня назад. Конан, опираясь на тяжелую парадную алебарду, свободной рукой потер усталые глаза и широко зевнул. — Как вы это терпите, Хаджиб? — Его напарник-часовой оторвал глаза от рукояти кинжала,…

На том и порешили. Выходя из таверны, варвар хотел было сходить к Ловкачу, договориться о предстоящем сбыте камня, но передумал. «Будет товар, будет и разговор», — решил он. У него было дело поважнее: в «Улыбке» он на днях приметил новенькую девчонку — та посматривала на него более чем благосклонно.…

Если бы Конан успел принять второй стаканчик, этот вопрос оказался бы последним в приятной беседе, но тошнотворная муть и ломота во всем теле склоняли варвара к необычному терпению. — Правда, — отвечал он, рыгнув в лицо собеседника, — едят печень врагов и поливают ее тем, что не держится в брюхе у трусов,…

– Эй, — говорю парнишке, — позволь тебе заметить, что ты ешь пищу мертвых. Он набычился, рукоять меча своего погладил и говорит: – А ты кто таков, чтобы мне советы давать? – Зовусь я, — отвечаю, — Халар Ходок, меня здесь все знают. А тебя что-то не припомню. – Меня, — отвечает здоровяк, — только…

– Это безумный Тин-Фу, у которого убили родителей. Он ищет тех, кто сделал это. И многие прятались, когда он появлялся, потому что боялись, как бы он не принял их за убийц и не вздумал мстить невиновным. Однако Тин-Фу никого не трогал. Бродил среди людей и вглядывался в их лица, как будто хотел разобрать…

Но Грист, казалось, читал ее мысли. – Даже не думай о том, чтобы обмануть меня, малышка! Я доберусь до тебя в любом случае, даже если ты будешь сидеть за семью стенами и под надежной охраной, и тогда ты жестоко пожалеешь о своем предательстве! Галкарис опять заплакала. – Чего же ты хочешь? – Пока…