Книги из серии "Добрым демоном и револьвером"

Ну а как иначе, если на каждом перекрестке в пределах пяти десятков верст до Черных Замков висели предупреждающие таблички, на которых красным по дереву было ясно написано английским языком, что приближаться к этим замкам английская корона настойчиво не рекомендует. Более того – не несет никакой ответственности…

Двое мужчин погрузились в тяжелое молчание, окутывая дорого обставленный кабинет клубами тяжелого вкусного дыма. За окном продолжал шуметь не утративший ни грана силы ливень, явно нацеленный все-таки превратить эту часть Англии в непроходимое болото. Впрочем, сложности возвращения домой утратившего живость…

Когда-то. Нишикияма Аой вовсю торопилась, шлепая босыми пятками по неглубоким лужам. Девочка, забывшая дома старенький зонтик, уже была мокрой как мышь, но не обращала на свое состояние ни малейшего внимания. Она опаздывала! Жутко опаздывала! Уже на полчаса, не меньше! Какой темный ками дернул маму…

— Этот наглец сейчас… в Пустоте. Вопит от ужаса… Не думал, что вы можете пасть так низко. Он же был богом войны? Видели бы вы его сейчас… рыдающего, молящего, растворяющегося в небытии. Это же для вас всех самое страшное, да? Мужчина был прав. Для всех присутствующих в зале такая смерть была наихудшим…

Мрачное зрелище беспощадной и неистовой бойни, способное ужаснуть любого стороннего зрителя. Кроме двух выживших, смотревших сейчас друг на друга. Хотя, если уж смотреть правде в глаза, выжившим был лишь один. Полученные еще дышащим могучим стариком раны, его оторванная по локоть правая рука, смятые…

Был бы этот умирающий беглец не воином, а человеком философского характера, дай ему судьба возможность оценить все трагические события сегодняшнего дня спокойно и вдумчиво, то Захар бы уверенно сказал, что бежал он от чувства отчаяния. Беспомощности. Обреченности. Среди молодых Инквизиторов из тех,…