Триллеры

– Врешь! Ты столько народу сгубила, меня и подавно не пощадишь! Человеческая жизнь для тебя не ценнее грязи, в которой ты сейчас валяешься! – Я никогда не нарушала клятв, и тебе лучше поверить мне, иначе быть большой беде! Синее пламя плавит горы, не то что людей. Ты же сам видел… – Не видел я никакого…

В какой-то момент они поняли, что общих интересов больше нет. Они почти не виделись дома, на работе общались только по электронной почте. Всё было отлично, просто каждый жил своей жизнью. Развелись они так же поспешно, как и женились. И точно так же это не требовалось. Просто по-деловому в какой-то момент…

Холод начал потихоньку поедать босые ноги. Такому лютому холоду хватит часа, чтобы сожрать человека целиком и обглодать косточки. Когда откроют дверь, вместо Маши Григорьевой найдут сосульку, прозрачную и неподвижную. Вот тогда они все забегают, засуетятся, им станет не просто стыдно, а мучительно стыдно.…

Но в городе, где работали эти люди, появление детективов из убойного отдела на месте убийства было обязательным; детективы, ответившие на вызов в участке, вели дело и должны были регулярно подавать отчёты в убойный отдел. Детектив Стив Карелла повернулся от патрульной машины с радиоприёмником. Это…

– Да, я еще слишком юна, чтобы умирать! – Если попробуешь положить меня к себе в рот, тебе мало не покажется! Я тебе поперек глотки встану! – А я ошпарю тебе всю полость своим бульончиком! – Присоединюсь ко всему вышесказанному и от себя добавлю, что есть пельмени на завтрак – в целом не самая…

Когда бабушка заболела, Света не отходила от неё. Болезнь пришла неожиданно — старая женщина начала слабеть, тяжело дышать, почти не вставала с постели. Иногда она бредила, разговаривала с кем-то невидимым, а потом вдруг хватала внучку за руку и смотрела ей в глаза так, будто хотела что-то сказать, но…

Когда ты излишне счастлив, некогда думать о печалях, бедах, трудностях. Отчего ты просто не готов к ним, когда они нагрянут неожиданно и без стука ворвутся в дом, словно ураганный ветер, сносящий все на пути. Мой мобильник снова завибрировал, что стало спасением. Я вздрогнула и, наконец, коснулась…

– Один день, три осени. Так у нас говорят, когда по кому-то скучают. Сегодня деревьев больше не будет девяносто девять. Сегодня их станет ровно сто. Именно столько свечей горело здесь несколько ночей подряд, пока буси играли в игру. Я расскажу вам, как всё было. И чтобы не потерять нить повествования,…

– У нас большая любовь, Марта. Последовало молчание. – Что-то твоей подружки не видать, – вновь заговорила Марта, облокотившись на бильярд. – Она слиняла. Убери руку, мне не видно. – Когда? – Убери руку, сказал! Сегодня после обеда сложила вещи, пока меня не было, и оставила на кровати записку.…

Несмотря на то что Лизе едва исполнилось два годика, Лена работала очень много, продолжала заведовать отделом литературы и искусства все в том же журнале «Смарт». Главный редактор пошел ей навстречу, разрешил оставить только два присутственных дня в неделю. Львиную долю работы она просто брала домой…

«Это нервы, просто нервы», – подумала она. Билли снова зажег закрутку. Одна затяжка не повредит, а возможно, и здорово поможет. Конни привлекла к себе его руку, приложилась губами к влажной бумаге и глубоко затянулась. Прошло уже почти полчаса с тех пор, как она курила это зелье. Ясно, что одна затяжка…

Я выключила фонарь, подстроилась под их шаг и опустила взгляд. Удивительно, сколько обломков костей впечаталось в земляной пол. Восхитительно. Мы копали в единственном месте церкви, где нет могилы. Отец Менар толкнул дверь, и мы, как единое целое, вышли наружу. Пришлось немного подождать, пока глаза…

Бригадир стоял и наблюдал за ними, а они внезапно приняли решение, пересекли дорогу и направились к нему. Он отошел от «линкольна», бросив одобрительный взгляд на ту, что поменьше. Высокая девушка подошла к нему и брякнула напрямик: – Не желаете ли сделать кое-что для двух девушек, заслуживающих…

Мэри стряхнула рыбные палочки на тарелку с веселым рисунком. Плюхнула туда ложку пюре, чуть масла, выгребла из банки вареную стручковую фасоль. Баночная лучше всего. Вкус совершенно ужасный, но Мэлу все равно, а баночная дешевле. Она расположила на подносе еду, вилку с ножом, соль с перцем, кусок хлеба…

Он подал машину немного вперед по асфальтированной дороге и свернул на грунтовую дорогу, ведущую в густой лес. Его седые волосы покрывала лыжная шапочка, на жесткой коже лица лежал слой камуфляжной краски, спокойные зеленые глаза вглядывались в темноту, массивная нижняя челюсть была похожа на глыбу каменного…

На Сигрейвзе был синий рабочий комбинезон с надписью «Сервис» на спине. Изготовленный заранее ключ легко открыл простой замок на двери пустующего здания, ожидающего капитального ремонта. Держа в одной руке ящик с «инструментами», а в другой – фонарик, он, шагая через ступеньку, поднялся на верхний этаж…

Мухаммед ограничился тем, что обратил лицо вверх, судорожно сжимая в руке мобильник. В первый момент им показалось, что геликоптер проследовал дальше, но тут же вершины деревьев над их головами прорезал луч прожектора. – Черт! – не сдержался Мухаммед, на сей раз по-английски, и кивком головы отправил…

Дверь отъехала до конца, и я увидел, что на улице действительно дождь. Мелкий, как роса. Бесшумный. В пелене дождя в мокрой куртке стоял Мурабаяси. Как я и думал, никакой это был не полицейский. Передо мной стоял мой бывший начальник, еще с тех времен, когда у меня был начальник. Насколько я помню, раньше…

Перед глазами мелькнули белокурые волосы Черил, разметавшиеся по его животу в момент страсти. Черил… Волна ярости поднялась из нутра, и он заглушил ее, как и песню, покорно уплывшую обратно в эфир. Он на миг оторвал взгляд от дороги и пустыря, обнесенного колючей проволокой. Рядом с ним на сиденье…

Руководству Джеймисон нравился, несмотря на небольшую напряженность из-за его пренебрежения к системе ограничительных мер, связанной с режимом закрытости компании. Авиационно-космическая промышленность работала в условиях конкуренции, а борьба за государственные заказы была жестокой. Джеймисон проявил…