Современная проза

– Ну и радужка… Да там километр в диаметре, – бормочет Эйфель. – А зрачок? Метров сто, как минимум, – подхватывает Мэрилин, еще не оправившись от потрясения. – Это… Зевс? – спрашивает Эйфель. – Зевс, Великий Архитектор или Бог всех Богов, – отвечает Фредди Мейер. – Творец, – добавляет Жорж Мельес.…

– Ты что, в школе не была? – удивилась Лёка. – Не-а. – Можно узнать почему? – Можно. Мамалыга опять шмотки прислала. Лёка только брови подняла. – А письма нет? – Есть. И приглашение. – И ты опять его порвала? – Не-а. – Что это с тобой? – Да я вот подумала… Может, стоит поехать? …

Геологи все на целый день в маршрут уходили, в доме только шофера оставались да повариха, ну и профессорша. Повариха тоже городская была, они с профессоршей целыми часами, бывало, разговаривали – и все о непонятном. А шофера от скуки со мной возились, мыли меня – я чумазая вечно бегала, бабке-то некогда, –…

Ну и рожа, проворчал Тертулиано Максимо Афонсо, глянув на себя в зеркало, и был прав. Он проспал не более часа, всю оставшуюся ночь он провел, пытаясь побороть изумление и страх, описанные нами, как может показаться, с излишней подробностью, но она будет вполне простительной, если мы вспомним, что во…

Может, прокололся где-нибудь? Вроде все обычно, связей, порочащих его, Сергеев давно не имел, деньги на жизнь были. Чего же старуха закручинилась, чего от моря хочет? Ведь неделю назад всего приехала с этого моря-океана. Может, там подцепила старика для новых желаний? Непохоже, не ее фасон, да и рыбу…

Их жены чопорны и грустны. Мать отступает назад, зовет тетушек войти в кадр. На заднем плане вянут ее улыбка и плечи. Она думает, что не в фокусе. Бривман останавливает кино, чтобы ее рассмотреть, и ее лицо разъедает расползающимся пятном с оранжевыми краями, а кино – плавится. В тени каменного балкона…

II В нашей небольшой геологоразведочной партии, в которой я работал геологом, появилась новая повариха по имени Катя, – тихая, даже пожалуй, робкая блондинка лет восемнадцати, напоминавшая повадками добрую и суетливую белую мышку. При постоянных кочевьях и неустроенном быте в наших партиях женатые…

Петр Сергеевич уже проснулся и сидел у стола, почесываясь и перелистывая старый номер «Пути», который Андрей выменял вчера у цыгана на банку пива, но так и не стал читать. – С добрым утром, Андрей! – сказал Петр Сергеевич и ткнул пальцем в газету. – Вот пишут: существование снежного человека можно…

Председатель готов посмеяться вместе с приезжим, — только ждет, — чтобы тот пригласил. — Представляете, — какая экономия? — серьезно спрашивает приезжий. — Это как же он, — простите, — перелетает? — Председатель все готов посмеяться и знает, — что сейчас они посмеются. — Воздушная подушка! Паровоз…

– Ты просто засоряешь их почтовые ящики, – по-прежнему мрачно заметил его собеседник в темно-синем пиджаке и серых брюках. – Но это неважно, что засоряю. Главное в том, что это я засоряю. Я, а не кто-нибудь другой! – проговорил в неожиданно нашедшей на него ярости человек, одетый в измятый коричневый…

Алексею этого было достаточно. Парни, то что автобус уже тормозил перед остановкой, да еще проверка началась от задней двери, – все вместе уберегло его от штрафа. Подхватив сумку, он выскочил из автобуса. И оказался не на своей остановке. Ступив на мокрый асфальт, под дождь, мимоходом заметил, что…

— Что вы, что вы, — заикается от восторга, — честнее сделок не бывает. Стоимость одного дня, кстати сказать, уже дошла до пятисот. И вдруг выяснилось, что не прикалывался, не шутил он, короче, никаких скрытых камер в кустах отчего-то не обнаружилось… Ну и хрен с ним, забудем. Тормоз старый. Глуп,…

Я покидаю ее с сожалением. Мне хотелось бы еще поторчать тут, за щитом. Но я уже вошла в сюжет… Грубовато, скажем, но как умею… Я вошла в сюжет – вошла в метро… Мне надо догнать ту, что мне не звонит. Она едет от Киевского вокзала, и ей сейчас очень хочется подвзорвать этот чертов мир. Поэтому она стоит…

Виолетта никак не могла понять, почему вновь и вновь должна оправдываться перед Старухой. Господи, ну за что же ей это наказание? А та продолжала нападать: — За квартиру третий месяц не плачено, а ты опять сегодня новую пудру купила! Сколько можно прихорашиваться-то? — Ну и купила! — огрызнулась…

Он поседел. Он сгорбился. Пополнел. Бостоновый костюм с большими старомодными лацканами, галстучек в голубых разводах, велюровая шляпа, в руках авоська с каким-то пакетом — окончательно отдаляли его от того щеголеватого, стройного комбата, перетянутого в талии так, что и полушубок не полнил его. Ах,…

Одинцова пожала плечами. — Не знаю, не знаю. Тем не менее вас кто-то разыскивает. Вчера я разговаривала с вашим командиром. Пришел запрос из Софрина. Вы ведь из Софринской бригады? Андрей растерянно кивнул. Какие такие родственники? Кто может искать его после семи лет службы? Это какая-то ошибка.…

– А в чем меня подозревают? – Об этом вам расскажут на допросе в отделении. Оружие имеется? – Оружия у меня нет. Не можете же вы обыскивать человека, не объяснив причину. – Ты что, дурак? – удивился второй. Он был помоложе, повыше ростом, похуже одет и доброжелательности на его лице было поменьше.…

Самый сильный спусковой крючок на глупости. Психологически у любого взрослого мужика любовь к женщине – это прокрутка второй раз своей детской любви к матери. А тут из-за дешёвой материнской ревности такой болезненный удар в одно и тоже место. Решил Рыжик всех наказать. Возлюбленную свою и мамочку в…

В полной мере он оценил ту памятную ночь, лишь навсегда уйдя с берегов этой речки, простившись с лугом, в котором по ночам щука охотится за лягушками, «плавая» по его росам. * * * Оспины, оставленные градом на шляпках грибов, не откроются археологам. Археологи могут многое раскопать, но только не поэзию…

— Гаптен?! — закричал Данила. — Ты? Не может быть! — Может, может! — Гаптен подбежал к Даниле и обнял его. — Господи, как я рад вас видеть! Анхель! Андрей! Идите сюда! — А?.. — я показал на захвативших нас людей. — Они вас охраняют, не бойтесь, — ответил Гаптен. — Извините, что вас так доставили……