Проза

В конце концов и сама природа не поприветствовала юного венценосца. Страшную язву привезли из ливонского Дерпта купцы. Этот вид повального мора не был на Руси новостью. Являлась язва и за десять, и за двадцать лет до того. Распухала железа, начинался, как говорили, «харк кровью», возникали дрожь, огнь…

Теперь Настя думала, что Николай совсем не такой, каким представляла она его себе, что он злой, бездушный эгоист, думающий только о самом себе, что она без сожаления порвет те связи, которые соединяли их, и забудет о нем, забудет окончательно и навсегда. Последняя мысль казалась ей особенно важной и…

Но ей не давало покоя то, что на встрече будет присутствовать Алекс Уайлдер. Она столкнулась с ним вечером в пятницу, уходя из конторы, и все выходные мысли ее то и дело возвращались к этому неприятному обстоятельству. Он-то зачем туда собрался? Он не имеет никакого отношения к реставрации Стэнвей-Хауса!…

– Ай! Съел жабу? – Представь себе. Очевидно, притупление вкусовых сосочков. А теперь ступай. Я буду читать. Минут через двадцать знакомое дергание за пиджак, легкое царапание ногтем – и шепотом: – Дядя! Я знаю сказку. Отказать ей трудно. Глаза сияют, как звездочки, и губки топырятся так смешно……

— Наверное, не нужно напоминать, что я предупреждала тебя?! — Да, — глухо отвечает Дорота и разражается слезами. — Мы уже ничем не сможем тебе помочь, — твердо произносит Бася. — Это слишком большой риск. Ты по уши в дерьме, и мы не дадим втянуть себя в это дело. Мне жаль, Дорота, но мы не собираемся…

– Что же ты, так всю ночь будешь сидеть? Замерзнешь ведь! Девочка что-то сказала, глядя вслед удаляющейся электричке, притронулась рукой к куртке. В кулачке ее была зажата сотня. – Пошли ко мне, пошли-пошли, – буркнул Сергей не то чтобы раздраженно, но недовольно. – Чего торчать тут? Электричек больше…

Еще через несколько вечностей он прибыл к хибаркам. Одна из них стояла отдельно, на отшибе. Возможно, хозяин ее был индивидуалист и не любил тесное соседство. Может, он был астроном, предпочитающий рассматривать и корректировать карту звездного неба в полнейшей тишине, или композитор, не любивший, когда…

В опустелом монастыре задерживаемся недолго. Солнце уже высоко, поднимается над дорогою легкая пыль. Дороги здесь вьются вдоль реки перелесками, полями — уводят в синюю зыблющуюся даль. Большая темная туча растет за рекою. Мы наблюдаем, как надвигается с запада страшная туча, как клубятся, сивой грядою…

И все-таки, захоти того смотритель маяка Бродерсен, он мог бы жить малость получше. Только он не хотел. Из скупости. Четырнадцать лет назад Бродерсен женился по второму разу. От первого брака у него детей не было, от второго родился сын Абель. Много лет подряд он небезвыгодно водил барк «Лина», и люди…

Спасибо, спасибо, дорогой Тимофей с дурацкой фамилией. Больше я тебе не напишу. Ты мне немножко надоел, извини. Она вспомнила эту историю от жары, наверное. Когда она вышла из самолета — даже еще не вышла, а только подошла к выходу, только занесла ногу, собираясь ступить на трап, — невообразимая…

Бернардо Бертолуччи, зажегшись пагубным стремлением сделать из такой вот не самой податливой книги фильм, решил, что в этом кроются большие возможности для рекламы. Дебре Уингер постарались придать как можно большее сходство с Джейн. То, что мне к тому времени стукнуло уже восемьдесят, его, похоже, нисколько…

– Да кто ж ему даст? Следом за Вестмаром с корабля спустились два парня, на вид лет шестнадцати-семнадцати, и остановились за спиной варяга – оба в простой некрашеной одежде, один в вязаной шапочке, другой в войлочной. Лица их с едва пробившимся юношеским пушком выражали скрытое недоумение и надменную…

Пробовать силы на этом поприще Сноу начал довольно рано. Еще в 20-е годы, учась в Лестере, он пишет роман «Искания юности», который счел, однако, слабым и не достойным увидеть свет. Спустя несколько лет, уже в Кембридже, молодой ученый сочиняет пьесу «Предстоящие ночи» (к драматургии он не раз обращается…

– Спи, – говорит, – старуха, сказал – не хочу, да и мотыля нет. – Что ты, Степан, мотыля я уж с четверга запасла. Крупный такой, что твои спички. Живой. Я уж его и крахмальцем пересыпала… Так-то вот и кончилась вся моя стратегия. Мой друг и земляк, а в будущем учитель по этой части, Саша Косицын,…

– Да кто ж нас, голубчик, возьмет-то, – пробормотал старик недоверчиво, – чай, не этот же с большой звездой, который вон там, гляди, катит? В непритязательных санях сидел человек с мрачным каменным лицом, он был закутан в толстую шинель, из-под которой как бы невзначай сверкала орденская звезда. Солдат…

- Твою мать, чадо! - заорал старший, меняясь в лице, и железным прикладом автомата двинул механика-водителя по торчащей из люка голове. Зашкалю падлу! С бэтээра сниму! В цепи ходить будешь. Пешком, харя! - А я двадцать девять! Сечешь? - майор подвинулся к спутнику, укладывая автомат на колени так,…

Липский стоял в вестибюле в халате и шапочке, ожидал ее. По широкой, мраморной лестнице они поднялись на второй этаж, прошли в просторный кабинет с табличкой "зав отделением". Пошутив насчет "оперативности"в их профессии, он помог ей накинуть накрахмаленный халат, усадил в свое кресло, расскрыл лежащую…

Повністю довіряючи органам слідства, командування частини просить повідомити остаточне рішення у справі Чонкіна І. В. Командир військової частини польова пошта № 249814 п полковник Пахомов ХАРАКТЕРИСТИКА Рядовий Чонкін Іван Васильович, 1919 року народження, росіянин, неодружений, безпартійний,…

— Ну, это само собой, — широко улыбнулся здоровяк. Но Геша не унимался и хмуро проворчал: — Забыл, как месяц назад обосрался? — Да, было дело… Дык все равно ж угадал — хозяином «Ауди» тот мужик оказался! — Повезло, что угадал. А впредь сиди смирно в машине, пока сигнализация не ойкнет. Ойкнула…

И все эти люди не отрывали глаз от Дьявола и его флейты. – Бабку, покажи бабку! И Дьявол, не моргнув глазом, как будто не слыша общей просьбы, начинал подражать своей флейтой гнусавому разговору двух старух. Звук флейты изгибался преувеличенно резко, – то вдруг он забирался куда-то высоко, становился…