Проза

Двухуровневый дом, предоставленный компанией, понравился всем, но они решили занять только первый этаж. На первом этаже было пять комнат – три спальни, кабинет и гостиная. Нижний этаж оказался прохладней, и места вполне хватало. После некоторых Дашиных проработок по дизайну дом преобразился и принял…

Григорьеву и Михееву, наконец-то, дали увольнительную. Командир роты отпустил их на весь выходной – это настоящее счастье для солдат, которые ещё ни разу, за полгода службы, не были на воле. Двое молоденьких, в серых шинелях и шапках-ушанках, солдата думали сократить путь, чтобы не переходить железную…

Наконец, к большому удовольствию мистера Пристлея, мы поднялись на плато. Далее тропинка пойдет без спусков и подъемов примерно километра два, затем начнет постепенно снижаться и извиваясь, огибать глубокие лощины, а уже в самом конце пути пройдет рядом с берегом озера. Мой спутник остановился и повернувшись…

– Ну, не знаю даже, – призадумалась Оля, не понимая, к чему это Ирка клонит, – в пятницу купил вино к ужину. Дорогое, испанское, – в её голосе звучала неподдельная гордость за необыкновенную щедрость своего первого в жизни мужчины. – За коммуналку, наверняка, тоже ты одна платишь? – снова задала Ирка…

– А ты не обижайся, доча, у нас, на Кубани, почитай, все так говорют. Слово «говорют» он произнес с сильным ударением на второй слог. Я улыбнулась и спросила: – А давно вы с Кубани? – Да, почитай, с самого основания этого города. – Так, значит, вы здесь уже двадцать пять лет? – Да, – гордо…

Песня нового дня Утром Ежик проснулся и вылез из своей норки. Он послушал Синицу, что сидела на ветке над ним. Синица пела бодрую и красивую песню. Ежику вдруг захотелось сделать что-то такое… ну, такое… от чего можно было бы почувствовать себя Собой… Ежик пошел прямо. То есть он просто шел прямо,…

туманами одела все вкруг себя река. и летний воздух стынет, тепло едва храня, своё тугое вымя опустошит земля. деревья скинут путы, бровя ветвей дугу, пошлёт белёсой смутой дождливую пургу отец дождя и грома, направит перуны на улицу в три дома, на острие сосны. как сладость…

Посвящается Виктории ******** Это было так странно. Умиротворение, перемешанное с иррациональным беспокойством, которое невозможно было точно описать словами. Это не было похожим ни на что, что она когда-либо раньше чувствовала. Когда ещё чувствовала. Почти всегда дождливый, город был равнодушен…

– А ещё больше половины лета впереди, да, деда? Дед щурится на Илюшу и улыбается краем губ. – У тебя, Илюша, ещё много лет впереди. И зим и вёсен. Много всего, Илюша. Ты только не торопись. – А у тебя, деда? Много лет впереди? Глаза деда тут же намокают. В последнее время его глаза часто намокают…