Проза

Первой мыслью была – чушь! Кому это надо? Кто будет её читать? Оказалось это надо было делать раньше – созидание, помогает жить, и благодарные читатели есть. Это не роман или повесть, это дневник путешествия, история хобби, увлечения, любимого дела, которое теперь считаю своим. Но это было потом.…

Наши завершающие чавкающие аккорды разбудили Лунохода, и он свесился со второго яруса с любопытством протирая глаза: – Вы что, чаепитие закончили уже? Кучак, стряхивая крошки на пол, успокоил: – И не начинали даже, так, хлебцем размялись. – А запах-то не хлебный. – Это нюх твой от пересыпа…

Выражаю благодарность Ремизовой Марии за помощь в оформлении Семь бед – один переворот. За кедом кед, За годом год, И только глупый не поймет, Что все наоборот. Милиционер, миллионер, За торой бор, За хором хер. Премного разных трав и вер. Бутылка, например.…

В красочном сне, цветы пятнадцатилетия были собраны в корзину: Зеленоградск, неподалёку дом бабушки, где проходило жаркое лето, песочный пляж, плеск волн, Илья добровольно хочет служить длинноногой, фигуристой, светло-русой соседке с румянцем и миниатюрными кистями рук. Рея старше на два года, она лёжа…

В своей комнате, запершись и молясь о том, чтобы кто-нибудь из этих мужиков о ней не вспомнил, сидела за уроками Настя Карасёва. Это был её день рождения – восьмое марта. На кухне отмечали, естественно, совсем другой праздник, но отмечали вполне себе на уровне: шумно, весело, с морем дешёвого алкоголя.…

Юля проснулась в шесть часов, мама еще спала. Голова наполнялась трескучей болью, и в нее уже лезли непотребные мысли вроде той, что, может быть, это всё и не нужно вовсе. Ступая босиком по холодному полу, девушка зашла в ванную и закрыла за собой дверь. Свисающая с потолка лампочка непривычно ярко…

Каждый день при смерти. Каждый день что-то не так, то кольнет, то закружит, то переживаешь непонятно из-за чего. Каждый день. Но только кроме утра. Проснувшись по будильнику, мозг понимает, что телу надо зарабатывать на кредиты и еду, поэтому с утра тело здоровое на 120%. Ничего не кольнет, ни каких…

– Здесь можно снять верхнюю одежду, – она показала на несколько вешалок, придвинутых к стене коридора. Скинула пальто и повесила на крайний крючок. Гости разделись. Мария Ивановна пригласила пройти на второй этаж. – Лидия Павловна, наш директор, вас ждет. – Давненько не было у вас ремонта, – оглядывалась…

Тёмными коридорами Борис шёл навстречу своей цели. 7 утра, воскресенье. Наверняка, никто из женщин в коммунальной квартире ещё не встал, и он сможет спокойно поработать на кухне. Или в гостиной, спальне, в центре стратегического планирования. Помещение с единственной на всю квартиру розеткой выполняло…

Мне было лет шесть или семь – в школу я, возможно, уже ходил, но к концу мая занятия завершились, и отец взял меня в пятницу вечером с собой на дачу. Добрались поздно, наскоро поужинали и легли спать – даже не успев прочувствовать перемену окружающей обстановки. Я тут же заснул, а утром, раскрыв глаза,…

I Аня занесла с собой морозный воздух. – Дед! – хлопнула она дверью. – Привет! Из гостинной вышел улыбающийся дедушка; поцеловал внучку в лоб, помог ей снять рюкзак и позвал кушать. – Что на обед? – Борщ. Аня любила дедушкин борщ. Она любила его больше всего на свете, и больше борща любила…

Так уж сложилась судьба, что жизнь Егора была привязана к центру города. Здесь располагалась квартира, в которой он жил. Работал тоже недалеко – в одной крупной компьютерной фирме, инженером-программистом. Друг Геннадий обитал на другом конце этой же улицы. И поэтому пешеходная магистраль, по которой…

Вот и сейчас. Освободившись окончательно от сна, встал и, не отходя от кровати, принялся делать утреннюю зарядку. Весьма условную, но обязательную. Два раза присел, столько же раз развёл руки в стороны, помотал башкой туда-сюда, запыхался и успокоился. Хватит. Теперь умываться. Это дело он любил. Долго…

– Ну, вот, а ты говорила, что ей работу найти будет сложно, – посмеивался Паша. – И куда же она направлялась? – Ни за что не угадаешь. – ? – Выносить мусор! *** В отличие от жены Паша ничего криминального в увлечении тестя не видел, но, зная характер своей второй половины, старался в дискуссии…

– Да, – кивнул лысой головой щуплый, – были. Ровно до того момента, как не преломили вместе хлеб и не выпили вина. – Какое вино, какой хлеб? – с раздражением спросил сизый, глядя на скамейку, где стояли полупустая бутылка водки, два одноразовых стаканчика и открытая банка кильки в томате с торчащими…

Но в каком бы жилище ни пребывало моё тело, я строил СВОЙ ДОМ. И только с годами, только сейчас, с поседевшей бородой, я обрёл осознание того, какую великую тягу к СВОЕМУ ДОМУ передали мне мои предки через поколения, через моих родителей, выросших в военное лихолетье, хлебнувших мытарств полной чашей,…

– Мама, а кто мой папа? – Твой отец – жирная навозная муха. – Я тоже хочу быть, как папа, жирной навозной мухой, когда вырасту! – Такое счастье выпадает далеко не всем, а только высшему сословию копрофагов! А мы с тобой обычные полифаги. Попросту – «комнатные мухи». И нам с тобою увидеть…

– Привет! Как дела? – с улыбкой спросил парень, пытаясь звучать как можно более непринуждённо. Девушка, оглядывая свои покупки, подняла глаза и улыбнулась в ответ: – Привет! Да вроде неплохо, как и обычно. Как у тебя дела? Парень почувствовал лёгкую дрожь внутри, но старался поддерживать…

Я заглянул в полупустое купе поезда Москва – Адлер. Это было чудесное и незабываемо время. Безмятежно спокойное, ласковое. На рождественские каникулы я решил поехать в Сочи, в то время у меня был вполне заслуженный отпуск. И я, не посмотрев на зиму, сняв комнату в квартире бывшего моряка и его жены,…

Лидия Ивановна Войцих лежала в 20 палате, нейрохирургического отделения Донецкой областной поликлиники. Дверь в комнату отварилась, и в нее вошел парень, на вид лет двадцати пяти, элегантный и спокойный. На пороге он улыбнулся доброй, отзывчивой улыбкой и направляясь к девушки лежавшей рядом с ней. …