Проза прочее

– A чем торговал? – Бутылками. – Молчите, мне кажется, я слышу, как режут пробки, и у меня зубы скрежещут. – Приводить? – Три портрета, я их выставлю, и могу заняться портретной живописью… хорошо, приводите. Старый Илия отправился за семьей Вервеллей. Чтоб понять какое действие возымело на…

Отправить ребёнка в хороший пионерлагерь было престижно. Этого добивались, поездкой туда награждали… Детей отпускали охотно и с радостью. Родителям тех кто попал в эксперимент надолго секретно поведали, что дети отобраны в эксперимент: как на учёбе и прочих способностях отразится отдых исключительно…

– Я против! – А кто тебя спрашивает? Я тебе вообще ничего говорить не хотел, так Ленка заладила: «Это же твой отец». Сколько раз я говорил, что у меня не отец, а дерьмо. Она же еще ругается… Я перестал слушать, привычно пропуская «комплименты» сына мимо ушей. И с трудом начиная осознавать, что…

Когда вернулось лето, ему снова пришлось ходить на пастбище «перебивать» клячу. Конец был далекий. Конюх, свирепея день ото дня, брел неуклюжей походкой через хлеба. Работавшие в полях люди насмешливо кричали ему: – Эй, Зидор! Кланяйся от нас Коко! Он ничего не отвечал, но по пути выламывал в кустах…

Или я уже оглох? Отупел? Или мы все уже отупели… Батальон сидит здесь уже трое суток. Заняли немецкие окопы и развернули оборону наоборот. А гнезда вырыть в обратную сторону не успели. Фрицы опомнились и в атаку – отбили. Потом самолеты. Снова атака. Теперь орудия и минометы. Убитых не хоронили, тут…

– Я беру вот эти! Элла облегченно вздохнула. Но когда продавцы вынесли в зал коробки, она подняла голову и увидела цену: $110 за единицу, почти в два раза дороже, чем на рынке. И она возмущенно высказала это мужу. – Рынок на Энергетиков… – презрительно сморщился продавец. Продавец и менеджер убедительно…

Но сейчас не требовалось ничего. Воздух оставался по-утреннему свеж. Верников чувствовал, что в желудке не прошла тяжесть от кунжутных колец – любимого завтрака, которым он тут наслаждался. И стоило еще полежать перед выходом на море. А лежать он любил. Потому что в обычной жизни не всегда находилось…

– Вы полагаете, что он вас ласково называет Зайкой от великой нежности? Он так зовет всех женщин, включая стопудовую редакторшу журнала «Модный силуэт». Станислав Игоревич не способен запомнить ни одного женского имени, у него голова другим забита. – Не рассчитывайте на его большую зарплату, он в долгах…

Слуги подтвердили его слова. Горничная заходила в спальню к ее светлости в половине одиннадцатого, та разглядывала шали, доставленные по почте. Восхищенная искусной работой, леди Фаррен показала шали горничной и сказала, что на всякий случай оставит обе, розовую и голубую, – для девочки или для мальчика.…

Та ледве дійшла до повороту біля церкви, зробилося їй так страшно від того, що вона наробила, що хотіла звернути вже на пошту і на чому світ просити службовця, щоб повернув їй ту листівку. До того ж листівка могла пропасти десь на пошті — адже Дарка вислала її нерекомендованою. Але сором перед незнайомим…

Интерес для любого историка предоставляет глава, повествующая о судьбе переселенцев Крыма. Одним росчерком пера миллионы людей переселили в уральскую глубинку и в голодные степи Казахстана. Мы становимся свидетелями серой и безрадостной жизни этих людей, полной тревог и безнадежности в будущем. Однако…

– Вкусно? – Во рту какой-то чокнутый пожар, – ответила она, – а так вообще-то да. – Она глотнула рома с колой, и после огненного карри ее окатило холодом. – Да? – Он перевел взгляд с тарелки на лицо Джейни. Скулы и макушка у него ярко розовели, будто он слетал к самому солнцу и умудрился не сгореть…

Не умолкая ни на секунду, Варя повела Сергея Николаевича в монастырь. Там, в действующей церкви, шла служба. У входа, на лавочке, обсаженной цветущей сиренью, сидела женщина. При виде Вари с незнакомым мужчиной она заволновалась и поднялась навстречу. – Что случилось, Варенька? С кем это ты? Ты же…

Или всё-таки лучше будет: Эф. Глава 1. Кукуруза. Пейзаж подсказывал, что край земли где-то совсем рядом. Сколько хватало глаз, титанические гранитные валуны, меланхолично выступающие из тёмных морских вод, были скупо разбавлены хилой зеленью заполярного августа. И если у земли есть попа,…

Самое жуткое для греков – одиночество, и потому все постоянно приходят поговорить со мной, задать вопрос или сказать мне что-нибудь. Они приглашают меня домой на свои празднества, даже на крестины. Нигде не встречал подобного гостеприимства! Я для них абсолютный чужак, но они относятся ко мне как…

Но незнакомец поглядел на неё негодующим взглядом, а его тёмные брови угрожающе сошлись на переносице. – Довольно, – проворчал он, – настолько не цените собственную жизнь? Хозяин машины проговорил это с таким холодом, что Наталья растерялась и позволила усадить себя в тёплый салон. Дверь тут же хлопнула,…

Я не поэт, но я бы на его могиле написал так: ты любил брать и со смаком описывать, как ты это делаешь. Вино, женщин. Были тут, впрочем, и свои штампы, как у профессионального актера: к высоким женщинам, а его, как человека небольшого роста, тянуло по большей части как раз к таким, – он подъезжал с фразой:…

– Ой, Зоечка Иванна, вы! Радовалась ей, как первой любви. Очередь замирала. А «Зоечка Иванна», ласково улыбнувшись, интересовалась делами крокодилицы: как старенькая мама, как сынок? Очередь, громко и тревожно сглатывая слюну, с дрожью в ногах наблюдала за этой сценой. Не дай бог, что-нибудь пропустить!…

Родная тетка Зина действительно ждала их дома, одна, муж ее был на работе. Детей она отправила на каникулы к родителям Болота на летние пастбища, на джайлоо. Да, там сейчас прекрасно, не то что городская жара, градусов под сорок. – А где Шейшен? – спросила она, увидев, что Болот вошел один и закрыл…

Ну, всех-то правил этой школы я, конечно, не знаю. В конце концов, у нас, учеников седьмого класса, впереди еще целых два года на то, чтобы спокойно вписаться в число тех, кто готовится к экзаменам на A-level [3] , нормально успевать в классе, завести друзей, присоединиться к одной из спортивных…