Прочие приключения

В комнате полумрак. Маленькая лампочка под картонным абажуром тускло освещала круг в центре стола. Лица людей бледными пятнами проступали из сгустившейся к стенам тени. Командир дивизиона поднял голову от карты и обвел всех пристальным взглядом запавших глаз. — Начальник штаба? — Он закашлялся от табачного…

— Вы только посмотрите, — Шернер вяло кивнул в сторону пакета, который лежал почему-то на полу. — Нет, вы только посмотрите, что они делают… Начальник штаба внимательно изучил содержимое пакета. — Ну, что вы на это скажете? — спросил Шернер. Он вскочил, пнул кресло и забегал по кабинету. — Я так…

Однако все вышеизложенное никак не приближает нас к пониманию Гуго фон Хабенихта в частности и авантюризма вообще. Можно привести следующие веские доводы: во-первых, дилетантизм отнюдь не прерогатива авантюриста, но скорее денди, джентльмена, либертина; во-вторых, «наблюдательность», таким способом трактуемая, —…

— Долго прикрывать-то? — спросил другой боец и ехидно заулыбался, оглядываясь, словно приглашая посмеяться вместе с ним. — До конца войны али как? — Разговорчики! — повысил голос Меренков. — Как старший по званию… Выполняйте приказ! — Ну-у, ребята, — протянул боец. — Тут нас не поймут… — Погоди, Бандура, —…

Так уж вышло, что Доол, бывший хулиган и соученик Уии, работал там же. Иногда их смены совпадали. Доол с тем же сочувствием, что и другие, относился к бескрылому коллеге. Во время перерывов на восстановление, он иногда заводил беседу с Уии. Вспоминал школьные годы, говорил о работе. Чувствовались нотки…

Но мы так не сделаем. Да и как можно это сделать, если приятели наши не были ни особенно толстыми, ни особенно тощими, а обычными современными ребятами вполне спортивного вида. Правда, Васька был все-таки повыше Славки сантиметров так на десять, но это ведь не такая уж важная разница в росте, чтобы на…

— большая грязь; — большая ложь; — никакой пользы здоровью нации; — искалеченное здоровье «рекордсменов» — и ВСЁ. Такая позиция четырнадцатилетнего мальчишки поразила спортсмена до того, что он отправился разговаривать с родителями и убеждать их "повлиять на мальчика, не понимающего своего счастья!"…

Профессор, услышав стиль его ответа, вздрогнул, поднял лохматые брови и заслушался Пирксом, словно соловьем. Тучи, обычно омрачавшие его лицо, разошлись. Он почти помолодел: ему казалось, что он слышит самого себя. А Пиркс, окрыленный этой переменой и собственной наглостью, шпарил дальше на всех парах……

Генерал задумчиво повертел в руках карандаш. — О качествах разведчика много написано, еще больше говорится в официальных и частных беседах. А разведка — это тысячи мелочей, которые нужно помнить. Развитый интеллект, эрудиция, быстрота мышления… Вы должны знать правду. Выбор пал на вас по многим причинам.…

— Не верю, не верю, и все, — упрямо повторял Радчук. — Кованьков убежал, попросил убежища! Чушь! — И все же факт остается фактом: его нет. — Лейтенант Уханов кивнул на пустой стол Кованькова. — Ведь всего год, как он у нас в штабе. Разве мы его так уж хорошо знали? Как говорит майор Звягинцев, анкета…

Оберст молча глядел, как Фегелейн усаживается в просторный “мерседес”, принадлежащий службе безопасности в ставке Гитлера. Машина отъехала, и он в сердцах топнул ногой: — Гиммлера снова не будет! — Не догадался ли он? — пробормотал адъютант лейтенант фон Гофтен. Фон Штауффенберг не ответил. Подъехал…

— Никогда еще я не говорил более серьезно, чем в настоящую минуту, милый сеньор, — ответил дон Бальтасар, — и если бы вы не перебивали меня, то давно бы уже все поняли. — Так говорите же, я не произнесу больше ни слова! — Давно бы так. Прошу у вас только пять минут внимания. Надеюсь, что ваше терпение…

Вся эта живописная, прекрасная страна, поросшая роскошным девственным лесом латаний, пальм и других тропических деревьев, представляет из себя целый океан зелени; вдыхая влажный воздух моря и вторя его шуму, безбрежный лес плавно раскачивает стройные, высокие вершины свои, в точности подражая движению…

Путешественники переглянулись, как бы советуясь. Один из них подъехал вплотную к маленькому человечку, схватил его за шиворот и швырнул на середину дороги. Затем оба путника соскочили с лошадей, без дальних околичностей бросили ему под нос поводья, крикнув: «В конюшню!» — и вошли в гостиницу. — Ну,…

— Естественно. После знаменитого ныряния в водах Плавучего города они не расстаются, и где капитан Джорджио, там и Корсан; где Корсан — там и капитан. — Про какое это ныряние вы рассказываете? — спросил англичанин Перкинс. — Слушай, Ольваэс, ведь ты наверняка знаешь подробности. Расскажи-ка, брат! —…

Несчастные три или четыре раза обежали плац под неумолимым потоком солнечных лучей, поднимая удушливую пыль, когда сержант, смотревший насмешливым взглядом на передового легионера, закричал: — Номер первый, в галоп! По этому приказу передовой должен был ринуться во всю мочь, как лошадь, пущенная…

Сказано — сделано. Бандиты скрылись за кустами. В этот момент в пятистах метрах сзади показались верховые: амазонка [26] и три всадника. Девушка легко и непринужденно управляла великолепным черным жеребцом. Одетая в белое с позолотой, в широкополой из светлого фетра шляпе с длинным пером, она казалась…

Выйдя из лифта, Надя направилась прямо к тому залу, откуда все еще доносилась музыка. Ей оставалось совсем немного. Музыка была слышна все отчетливей, и Надежда думала теперь лишь о том, что ей надо найти кого-нибудь из сотрудников станции, а уж они знают, кого предупредить. Внезапно Надя ощутила чье-то…

Машины так и стояли на стоянке спаренные, и никто их не мог разъединить и эвакуировать, так как эвакуаторы могли поднять только одну машину. Никто не мог разобрать машины на запчасти, ведь тот, кто к ним подходил сам приклеивался и засыпал. Страшное зрелище находилось внутри города. Власти приняли решение…

– А вот этого делать не надо. Тебе еще хуже будет, забьют тебя розгами. – А я замуж пойду за боярина, и не забьют. – Эх, куда хватила! Очнись, дочь! – Тогда служанкой в боярский дом пойду. – Это можно, слуг они завсегда любят, но кто тебя возьмет? – А я Николу…