Прочие Детективы

В десять минут первого в полицию позвонил Гарри Эш и рассказал, что, вернувшись с прогулки, обнаружил в доме мертвое тело. Полиция приехала уже через десять минут. Почти полностью обнаженная миссис О’Киф лежала на диване в гостиной с перерезанным горлом. После смерти тело, видимо, продолжали полосовать…

Несмотря на свою относительную молодость – когда горничная появилась в усадьбе, ей не было еще и двадцати, – Марина пользовалась уважением среди прочих слуг. Она работала в «Дубочках» с самого начала их существования, и как-то так получилось, что с самого первого дня работы в усадьбе взялась опекать…

И Юнона, отчаянная, бесшабашная, сильная Юнона вдруг забормотала жалко: – Марта, ты? Ты? Но ведь… мы все… как же так? Как глупо, нелепо! Честное слово, я не понимаю… Она осеклась и вдруг почувствовала, что дрожит. От жаркой волны не осталось и следа. Накатило, полыхнуло, ушло… Ей было холодно, неуютно,…

– В каком смысле? – Ну, честно говоря, я сразу поняла, что у Геночки какие-то неприятности на работе. Там, в магазине, когда он меня ещё не видел, по сотовому говорил и очень сердился, даже ругнулся пару раз. Чего Геночка никогда себе не позволяет в обществе приличных дам, – сочла нужным добавить тётя…

К тому же первый шаг уже сделан – Эмма уехала из ненавистного Бамберга. Нет, сам по себе город очень даже неплох. Там есть чудесный средневековый замок и великолепный кафедральный собор. Он даже включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Каждый третий турист мечтает поселиться там навсегда, влюбляясь…

А самое странное, что этим «кто-то» оказалась Марина. Она открыла мне глаза только тогда, когда я уже дошел до ручки в этой игре в кошки-мышки и у меня больше не стало сил уговаривать себя, что я умнее этих гадов, что жажда денег все равно — рано или поздно — погонит их по следам муфлонов и тогда — хрясть! —…

— Может, я схожу вытряхну землю из тележки, а? А ты пока что разметишь пару квадратов. Идет?.. В ответ он радостно улыбнулся. Сердиться на Пьера было невозможно, хотя она видела, что Мэтт уже обходит участки остальных, меряя ровными шажками квадраты, и оценивает работу. Элле очень не хотелось, чтобы…

Я допила пиво. — Думаю, что это он, — сказала я и поднялась. Все согласно кивнули. Но они думали об Йоне. А я нет. Я вернулась в машину и воспользовалась случаем заглянуть в дверь агентства недвижимости. Уилльярд все также сидел за своим столом, белый, как полотно. Почему бы и нет, в конце концов?…

Воротник пальто изнутри украшала этикетка «Maxmara», «Biron» был очень дорогим бутиком на втором этаже Гостиного двора… в воздухе отчетливо запахло приличным гонораром. Василиса, однако, поморщилась, почувствовав совсем другой аромат. – Тимофей Олегович, разве можно смешивать «Флагман» с портвейном?…

А что же его любимая жена? Он мог бы и готов был понять, что Роза, после стольких лет бедности и нужды, бросится в иную крайность – роскоши и приобретательства. Рикардо даже всячески поощрял первоначальный ее интерес к нарядам и «красивой» жизни. Но все это продолжалось очень недолго, равно как и Розины…

Итак, конечно две эффектные разноцветные барышни уже привлекли к себе внимание, вопрос только – чье? Так, этот сосунок, этот – командировочный, радостный какой, что от жены сбежал, а тот – бандюган, везет мне на них, как всегда. Ну уж нет… – А вот тот милый юноша, – сказала я Янке, – очень хочет…

– Но это же жестоко, Игорь! Неправильно и жестоко обвинять тебя в смерти Валентина. Закрыв дверь, Игорь уперся в нее лбом, и глухо ответил: – Да, она была не права. Не права в том, что выбрала для меня слишком мягкое наказание. Я заслуживаю гораздо худшего, потому что никто так не виноват в Валькиной…

Оба бандита, разинув рот, уставились на пистолет, словно заворожённые, не в силах отвести взгляд. – Вы что думаете – я ждать буду? Или уговаривать вас? Руки на машину, я сказала! – прикрикнула рыжая, её голос стал колючим, сердитым, угрожающим. – Ты чего это? – плаксиво обратился к женщине парень…

Мы расположились в уютных плетеных креслах под навесом на заднем крыльце дома и закурили. – Сколько мы не виделись? – спросил он после первой глубокой затяжки. – Ровно две недели. – А у вас в России водятся панцирники? – Вряд ли. Климат не тот, – ответил я, представляя что-то вроде южноамериканского…

– Кошмар, – прохрипел капитан. – В страшном сне и то такого не увидишь. Так, взламываем дверь, и забираем собаку. Вы можете забрать собаку, дорогая? – Да куда ж я ее? – Куда угодно, хоть пристрелите. Иль, правда, пристрелить? – Да они за нее сами пристрелят кого угодно. Эти сестры со своей собакой…

Мачеха девочки растеряно крутила на пальце обручальное кольцо. Нет, она и не думала обижаться. Значит, не уйдет! – Нам с Вами надо поговорить о дальнейшей учебе Вашего ребенка, – решительно сказал Виктор Семенович. – Элеонора надумала стать экономистом, – рассеянно проговорила молодая женщина. …

— Светка, ты посмотри, как она на Загурскую похожа! Тебе ведь за дублершу Михаил памятник золотой поставит… в своем саду. — Н-да… Пожалуй… Но как я ее оформлю? — Света! — возмущенно и даже укоризненно воскликнула «каракулевая». — Мне тебя учить?! Кстати, Гордиенко не явилась — вот тебе и замена……

Стынет рука, рука моя… Ты писала стихи, рисовала солнышки и дарила ласки. В юности вела за собой чувства и сопутствовала безумствам. Теперь, моя верная сообщница, умоляю – перестань дрожать в тот миг, когда должна будешь убить. Спеть не получится, Рядом попутчица - Смерть…

«Скорей бы уже, – подумал Растяпкин, – ну чего они тянут. Пусть уж наконец скажут, что решили!» Второй мальчик непринужденно откинулся на спинку стула, как будто последнее замечание к нему и вовсе не относилось. – Сейчас вы узнаете, что вас ждет! – торжественно сказал седой преподаватель. Он покосился…

Тук, близо до плетищата, пътеката се раздвоява. Десният й ръкав води за широкия път, който минава през центъра на Марковата махала. Левият лъкатуши между два реда смълчани къщурки и завършва току над стръмнината, под която издига бяла и масивна снага каменният Илязов дом. Човекът се спира на онова…