Прочие Детективы

Господин покосился в мою сторону не без подозрений, и его гладкое лицо приобрело смущенное выражение. Пока я пыталась втиснуть все пакеты с мусором в лифт, мужчина средних лет приятной наружности и, я бы сказала, окружности подошел к двери и нажал кнопку звонка. Я в срочном порядке принялась обратно…

Странно, о чем я тут болтаю, мог бы говорить только с Микки да с Бу-Бу. У нас с Микки волосы темные, а Бу-Бу – блондин. В школе нас дразнили макаронниками. Микки зверел и задирался. Я сильнее его, но рукам воли не давал, только раз. Сначала Микки увлекался футболом, играл здорово – правым крайним, кажется,…

– Ты меня спрашиваешь, что делать? Это твой вопрос. Сам решай, я тебе за это бабки плачу. Впрочем, мы почти приехали. Я сейчас домой. А ты хочешь – своих вызывай, хочешь – на старую службу, на Петровку, звони корешкам. Охранник посмотрел снова в зеркало, но машины «БВМ» уже не было. Странно, подумал…

— Знаешь что, — посоветовала Вика, заглянув как-то к Ольге, — а ты их через газету отдай. Рекламную. Распиши только поярче. У меня сестра двоюродная так все время делает. У неё тоже кошка. За два дня по восемь котят сплавляет. — Не может быть. — Точно. Тут ведь психология. Человек приезжает смотреть…

– Не до сна… Мокруха у нас. Всю ночь с Васькой пахали. – Раскрыли, надеюсь? – Раскроешь такое… У нас не семь пятен во лбу. Насчет «пятен» подмечено в «десятку». – Рассказывай. Георгий разминает немузыкальными пальцами сигарету, прикуривает. – Директора фабрики хлопнули. По переработке бытовых…

– Кто этот красивый парень, у которого ветер в голове? – Барни Менделл, – ответил тот, – парень, с которым Эдвард Чэрл должен был встретиться вместо Уоллкотта. Но Барни не смог, так как провел два года в каталажке. Они выпустили его сегодня утром. – О! – воскликнула молодая девушка, разглядывая Барни…

– Алексей Севастьянович, – Дорин с трубкой возле уха уставился в борт впереди идущего грузовика, – можно, я попробую сформулировать ваш заказ, а вы согласитесь или нет с моими словами… – Попробуйте… – голос Маленького был нелюбезным. – Картинки из жизни высшего сословия… – Андрей замолчал, с тоской…

Между тем по эскадре вслед за перезвоном корабельных рынд разнеслось пение горнов, призывавших экипажи на торжественный подъем флага. На юте флагмана – линкора «Демократия» – по меди духовых инструментов забегали искорки солнечных бликов: музыканты оркестра готовились к церемонии. Муравьями засновали…

Улучив момент, когда Наталья осталась в своем кабинете одна, Настенька юркой мышкой забежала в бухгалтерию и закрыла дверь изнутри на ключ. Мезенцева удивленно сдвинула на лоб модные очки и чуть приподняла левую бровь. – Что за шпионские страсти? За тобой кто-то гонится? – Нет. Наталья Андреевна,…

Поразительное дело – несколько членов клуба (впрочем, из самых молодых) стояли у окон, выходивших на улицу. Мэннеринг присоединился к ним. – В чем дело, Томми? – Так, несчастный случай, – не оборачиваясь ответил Томми Рафтберри. – Какого-то парня сбила машина... Сейчас его увезут, только не в больницу.…

Роджер никак не мог этого припомнить. Дверь начала раскрываться, и человек метнулся к ней, подняв при этом пистолет. Роджер ни на секунду не усомнился, что он собирается его пристрелить. Напрягшись, он совершенно неожиданно подкатился к черноволосому и ухватил того за ногу. Он услышал грохот второго…

Крохотная прихожая вела в уютную комнату с большим окном, выходившим на улицу. Потолок был украшен лепниной, зато узкие, разболтавшиеся от времени половицы постанывали под ногами. Здесь стояли два стола – один большой и другой поменьше, две пишущие машинки, телефон и две картотеки из темного дуба. Огромные…

Ворчи не ворчи: что правда, то правда. – Ну и вид у тебя, Гаррет! Худющий и злющий. Все работаешь мозгами? – Да. Есть повод еще поворчать. Я не очень люблю работать. Особенно мозгами. Я думаю, что в любом разумном мире единственная достойная работа для мужчины – охмурять причитающееся ему количество…

И Лиза весело произнесла: – Ты сказал, твоя кудесница на Черном озере живет? А пойдем-ка ее навестим? – Она вскочила. – Пошли! – просиял сын. – Только идти будем быстро, иначе до темноты не успеем. Черное озеро далеко, до него три километра через лес. Быстрей и легче не тащиться на озеро, а искупаться…

Это уже было куда тревожнее. Тем более что директор того заводика покоился где-то в сибирских лесах – иных подробностей начальник охраны не рассказал. Линия защиты элементарная: отрицать. Все отрицать. – …А ведь вы зря отпираетесь, – ласково обратился к нему юный следователь. – У нас и все документики…

В жизни Снежаны – так звали девочку – это доброе привычное волшебство оборвалось настоящей трагедией. Во время одного из привычных утренних путешествий на санках морозным утром с дедом Снежаны, заменившим ей отца, случился сердечный приступ. Веревка, привязанная к санкам, безжизненно повисла и упала…

– Ну да, Я-сан! Вы-то ни к кому не пристаете! – заступается за подругу официантка Яэко. – А что толку приставать? Все равно останусь с носом. – Это вы-то? Ну нет! Я-то знаю это точно! – хохочет расшалившаяся Канэко. – Ну, ну, не болтай чепухи! – Брось, Канэ-тян! – говорит О-Токи. – Все наши девушки…

Вернувшись в кухню, он взял еще пива и взглянул, нет ли чего поесть, для разнообразия. Нашлась копченая колбаска "Слим Джим" в целлофановой упаковке и яйцо. Отлично. Крутое яйцо и колбаска. Завтрак настоящего мужчины. Он разбил яйцо о стол - липкий желток и сопливый белок растеклись по поверхности.…

— Ну и пусть бы самореализовывались на кухне, возле плиты. Горшков улыбнулся: — Несовременно мыслите, Игорь Федорович. — Несовременно, говорите? Кхе-х. Канунникова вот мыслила современно, и где она теперь? Поскольку следователь ничего не ответил, Столяров предположил: — Похоже, действовали…

Так бы и следовало поступить, но что-то меня удерживало. Может быть, глубокое горе, которое слышалось в этих слезах? К тому же я чувствовала некоторую ответственность за него: все-таки здоровье я ему попортила. – Ну ладно… – неуверенно проговорила я. – Будет хлюпать-то. Случилось, что ли, чего? Так…