Прочие Детективы

Ничирен буркнул себе под нос нечто презрительное, оглядывая игроков. Затем его глаза остановились на тех из них, что были обнажены по пояс и чья кожа им вполне заменяла рубашку. От запястий рук и до подбородка, от шеи и до пояса каждый дюйм их тел был густо покрыт татуировкой. В Японии ее делают несколько…

Всю мебель тут составляли постель с матрасом, набитым стружками, простой грязный стол и два стула. За такого сорта "табакерку" супруги Лупиас брали не меньше двадцати двух франков. Они объясняли столь высокую плату наличием в комнате камина. Камин, правда, был ничем иным, как дырой в стене, уносившей…

Вот тут пареньку надо остановиться. Он должен великодушно махнуть рукой, забрать двадцать пять долларов, придвинуть банк поближе к громиле и, выиграв на этом пятерку, свалить из бара, да побыстрее, пока громила шевелит извилинами. Но паренек жаден. Не до денег, конечно. Вполне возможно, денег у него…

Он смотрит на нее — на ее маленькую голову, на нечесаные грязные волосы, лежащие на широкой полке следующего ряда скамей. Зажигает еще одну свечу, ставит ее в металлическое кольцо, отодвигает тележку с библиями, чтобы не стояла на пути, и с золотыми цифрами в руках идет к алтарной доске. [1] Это ему…

Новые жильцы. Новая девчонка в их дворе. Новые чувства. Родион вдруг ощутил себя заново родившимся. Малашка осталась где-то далеко-далеко. Со своими советами. Если бы эта девчонка побывала под ним в подвале, если бы залетела от него, он был бы только рад жениться на ней. И даже если бы она его в изнасиловании…

Когда Майкл сошел с причала, первым его приветствовал священник в сутане, обтягивавшей пухлые телеса, и в фетровой грязной шляпе. Белый воротничок священника припорошен был рыжей сицилийской пылью, но лицо над ним выглядело по-мирски упитанным. Отец Беньямино Мало, брат великого дона Кроче, держался…

Словом, все народы мира и Европы, затаив дыхание, с напряжением ждут, что ещё им преподнесет уму непостижимое наше распыздяйство. И они, безусловно, правы в своем мещанском страхе. Мы — страна неожиданных, самых нелепых и диких событий с точки зрения цивилизованного бюргера, жизнь которого размерена,…

Разговор с издательством закончился как раз в ту секунду, когда перестали обсуждать ее статью. — Все свободны, — объявил главный. Агния так и не поняла: вывесят текст, который она ваяла с таким волнением, среди еще двух-трех материалов на доску достижений недели для всеобщего обозрения, или, слегка…

Олстон оглядел джинсы и теннисные туфли Флетча. – Не успел переодеться? – Олстон, я здесь, я побрился, меня не выгнали с работы, я собираюсь в свадебное путешествие. – Я имею в виду лавины. Оползни, – Френк осушил стаканчик. – Землетрясения. Авиакатастрофы. Крушения поездов. – Я же оставил для тебя…

Тремя с половиной часами и одним паршивым детективом спустя, когда Эрика уже приготовилась выбираться из кровати, затрезвонил телефон. Она привычным жестом протянула трубку Патрику. — Алло, это Патрик, — ответил он хриплым голосом, еще не проснувшись. — Да, конечно, вот дерьмо. Да, я могу туда подъехать.…

С шипением и лязгом раскрылись двери. Виктор протиснулся к выходу и, спустившись по мокрым ступеням, выпрыгнул из троллейбуса на тротуар, на который густо плеснулась с проезжей части коричневая жижа, взбаламученная колёсами троллейбуса. Как ни старался Виктор уберечь обувь и брюки от грязи, тёмные капли…

«Интересно, почему эти бездельники решили, что у него лицо древнего египтянина», — подумал Джон Ванситтарт Смит и слегка повернулся, чтобы смотритель попал в поле его зрения. Когда он увидел его лицо, то вздрогнул. Действительно, это было одно из тех лиц, которые он так хорошо изучил по древним изображениям.…

– Давайте в кузов! – перебил его Алехин и, оборачиваясь к Хижняку, предложил: – А ты пока погуляй… Офицеры забрались в кузов. Алехин закурил, затем, вынув из планшетки, разложил на фанерном чемодане новенькую крупномасштабную карту и, примерясь, сделал повыше Шиловичей точку карандашом. – Мы находимся…

– Он… кто? – Я и сам не знаю, зачем такой вопрос задаю. – Он? Полковник. Бывший полковник. Он был в нашей организации. На высоких постах. Он организацию обманывал. За это его из организации исключили. Вот он и ушел. Такой у нас закон. Силой мы никого не вовлекаем в организацию. Не хочешь – откажись.…

Он, черт возьми, еще и галантен!.. — Предложите, — мрачно согласилась Марина. Тут он почему-то сказал: — Предлагаю. — И перед носом у нее оказалась пластмассовая желтая зажигалка с болтающейся внутри бесцветной жидкостью. Из зажигалки с шипением выметнулось пламя — вполне достаточное, чтобы вскипятить…

Ратиновое пальто скакануло на широкие плечи, упаковало Дурасникова, шарф обмотал толстую шею, распирающую залохматившийся ворот рубахи - пусть зрят, и у зампреда трудности с бюджетом - Дурасников, кивая техработникам, поплыл по широкой лестнице особняка - бывшей собственности утонувшего в безвестности…

Встрепенувшись, Григорий лихорадочно заработал руками и ногами, выкарабкался на берег лужи, встал, неистово барахтаясь, на четвереньки, а затем и поднялся в полный рост. Еще раз огляделся. Место было неузнаваемое и чуждое. Уголок природы. Но где? География вся ушла в непостижимость. Вода, затевая свою…

«Нет, на кой черт я её приволок сюда? — подумал он, прикрывая глаза. — Надо было её выбросить в ближайшую лужу!» Но делать было нечего, выходить на улицу Силин опасался. Сняв куртку, он принялся отмывать и этот кусок трубы. Кроме крови Михаил обнаружил на нем и несколько прилипших чёрных волосков. Странно,…

— Ты прямо как сыщик из сериала, — насмешливо заметил Бармин. — Там навел, сюда клюнул, там узнал, тут разнюхал. Ай да Толян! Может, тебе переквалифицироваться и открыть свое детективное агентство? — Да какое в нашем захолустье агентство, — мотнул головой Мельников, — расследовать дела о пропаже белья…

Олух Степан тоже ей улыбнулся, будто влюбленный идиот. — Они ж по-английски не брешут, — ответил дядя Миша. — Только отдельные слова знают. — Дети быстро овладевают чужим языком. Им это дается без усилий. — Все равно им понадобится какое-то время. И на язык, и к чужой еде привыкнуть. — Наше агентство…