Прочее

«Шокирующие фото со съемок DIY-короткометражки в Пензе», «Сверхсекретные материалы по делу Анны Морозовой», «Самый унылый постпанк-фестиваль в Москве», «Вся правда о заключенных китайских тюрем» – я зевнул и, как-то неестественно хрюкнув, отбросил телефон в сторону, перевернулся на живот и уткнулся носом…

Костя Ставлю на восьмерку. Восемь с половиной чашек кофе без молока равняется напрягу от первой встречи. Сердце чуть ребра не вышибло, так меня бабахнуло. Новенькая из 8 «А». Немного бледного лица и много рыжих волос. Все. Она на меня даже не взглянула. Меня успокаивает только то, что она вообще…

Подмена Пять минут до одиннадцати часов вечера. Пять минут до конца смены в кофейне. Бариста набирал кому-то сообщение. Пять минут до конца этой рабочей недели. Скоро ему снова возвращаться в однокомнатную пустующую квартиру. Звякнул звонок над дверью. Кто-то вошел в кофейню. Натянуть вежливую улыбку…

– Мне кофе без молока, пожалуйста, – попросила пожилая женщина лет шестидесяти. Бариста, как обычно, озвучила выученное наизусть меню. Женщина выбрала приглянувшуюся ей позицию. Бариста принялась выполнять свою работу и, закончив ее, отдала заказ посетительнице. – Все еще не понимаю, как вы можете…

– Тась! А там точно нет сковородки? – кричу я куда-то в сторону коридора. Задача засунуть форму для выпекания, сковороду и скалку в небольшую спортивную сумку с каждой секундой кажется мне все менее выполнимой. В ванной слышится грохот, затем в комнату вбегает Тася с зубной щеткой в руках. Она –…

Если утро начинается с кофе, то оно не закончится ничем хорошим. Потому что через час начнется кофеиновое похмелье, и организм даст обратную. Тут нужно либо повышать градус, либо забить на всех и вся и просто хорошенько выспаться. Если утро начинается с кофе, то, скорее всего, день закончится банкой…

Меня обуревает моя работа. Я становлюсь мнимым заложником чьей-то силы. Еще немного, совсем чуть-чуть, и придется закончить начатое. Каждый раз… Одно и то же. Господин К. ничем не отличался от прохожего, которого вы видели сегодня утром, идя на работу, в школу, институт. Не выделяется внешним видом,…

Тяжелая жизнь в семье. Всем привет! Меня зовут Муравей. Ну да… Это хозяева дали мне такую кличку. Вообще, мне кажется, они странные… Поэтому, чтобы мое имя было больше похоже на кошачье, зовут меня просто – Мур. День первый. Она женщина, а не посудомойка. Как и в любой нормальной семье, наша…

Тетя Ася раскладывала пирожки на тарелке, мурлыча себе под нос какую-то мелодию. На улице еще не встало солнце, а детишки уже были на тренировке. – Слонята какие-то. – В столовую зашла Георгия Антиповна. – Что ж так топчутся? – Ох, ну конечно, слонята! Это новенькие, миленькие… – раскудахталась тетя…

Всем привет! Давайте знакомиться. У меня длинные красивые усы, завораживающие изумрудные глаза, милые щечки и длинноватая белая шерсть. У человека нет шерстки, так что, вероятнее всего, я кот. Даша, хозяйка компьютера, на котором я сейчас печатаю, называет меня чучелом ушастым или Муррочкой. И то и другое…

…Лягушонок скакал по чистеньким, опрятно отмытым морем и отороченным соляными разводами камушкам у берега, плюхнулся в воду. Его все еще можно было увидеть – вода была светлой, пахла водорослями… Его то и дело откидывало прибоем, он, беспорядочно шебурша лапками, карабкался по гребню волны вверх, чтобы…

Наш поселок небольшой, старый и тусклый. И дома в нем тусклые: старые, двухэтажные, как будто вросшие в землю. И люди тоже тусклые, как будто их мыли-мыли, скребли-скребли мочалками, а они по-прежнему грязновато-серые. Впрочем, это понятно: поселок умирает, умирает потому, что завод закрыт, оборудование…

– И вот наступает напряженный момент для российской сборной: последний удар серии пенальти! Все ждут его, затаив дыхание и гадая, кто же одержит победу… – взбудораженно тараторил комментатор из динамика телевизора, расположенного неподалеку от барной стойки. Все посетители неотрывно следили за происходящим…

«Уже три часа он бежал и бежал под сжигающим светом Диомиксии. Булыжники закатывались под ноги, и Бэресану приходилось перепрыгивать их. Он безумно устал, ноги готовы были онеметь, а глаза высохли от яркого света. Но сдаваться было нельзя. Когда между Бэресаном и фиолетовой пропастью осталось совсем…