Попаданцы

Также Смотритель даёт выбор из двух планет, куда можно пройти через Портал. Сергей Петрович выбирает Этерру, где общество находится в примерном периоде развития земного Средневековья. Камышев с благодарностью принимает предложение и просит Смотрителя о той же услуге для сына. Старик соглашается, но…

– Транспорт служебный у них есть, но так повелось, что милиция их доставляет, – уточнил Ваня. – Ну вот и отлично, маза железная. Тот бросил на меня недоуменный взгляд. – Что железная? – Аргументация, Ваня, – улыбнулся я. – А-а… Но я в довесок еще могу сказать, если что, Трубецкому, что хочу…

Хотя задумка, полагаю, изначально была именно такой. Вот только смотрелись на ней брючки и приталенная рубашка ничуть не хуже вечернего платья. Очень откровенного вечернего платья. — Итак, мы остановились на том, что тебе не повезло, верно? — Продолжила она, словно бы и не замечая, сколь убойное впечатление…

– Ванны грязевые принимал, – огрызнулся он, глядя перед собой, где над воротами возвышалось высокое здание, вершина которого скрывалась в облаках, низко паривших над землёй. – Сомневаюсь, что болото запретных земель можно назвать лечебными, – ну вот, а я уж переживал, что Лебедев за какое-то мгновение…

— Как самочувствие? Что-нибудь болит? — поинтересовался мужик в халате, по идее врач. — Да, рука болит, голова болит, ребра болят. — перечислил свои ощущения. — Понятно, в целом, так все и есть, при падении ты сломал руку, получил сотрясение мозга и треснуло пару ребер. Ну и ссадины, ушибы по телу.…

— Нет времени, — покачал я головой. — Будем решать сами. У каждого свой участок работы. Все возникающие проблемы обсуждаем немедленно. Каждый вечер — сверка результатов. Я посмотрел на часы: — За работу, товарищи. Время не ждет. Когда все разошлись, Варвара задержалась у двери: — Справимся, Леонид…

Второе, что сразу бросалось в глаза, — неестественность самого боя, точнее, бойни. На первый взгляд всё выглядело так, словно ночью на лагерь напали и безжалостно перерезали всех, как беспомощных котят. Однако поверить в такое было трудно: Главнокомандующий Таренаэлл считался одним из лучших воинов и…

– Угу, – наконец вымолвил ректор. – Случился Алтон Громовский с магической печатью графа, последние упоминания о которой датируются тремя веками назад. – Про печать мне никто ничего не говорил, – произнес вслух, а сам подумал: «так меня еще и припечатали?» – И кто бы это мог сделать? Неужто в замке…

— Вот нечего мне было делать, связался с недоучкой, — вздохнул Авдеев. Это у него прямо присказкой стало. Хотя за время похода он уже не раз убеждался в том, что не зря заключил договор с четырёхранговым, едва взошедшим в возраст дворянчиком двадцати одного годочка от роду. Обычно-то в такие артели…

– Семён Андреевич, ты тут старшим остаёшься. Стреляй, изображай бурную деятельность, даже в начале ночи, как мы уйдём, можешь вылазку небольшую предпринять. И шуму побольше. Костров побольше. А утром к ним гонец с того уже берега прискачет, и не до тебя будет ляхам. Они будут считать, что их второе войско…

Жумельяк тяжело вздохнул, но возражать ему не стал. Арман знал, что Людовик тупой как пробка, а также знал, что если будет спорить с глупым человеком, то в итоге опустится до его уровня, где король его переиграет, ведь у него было больше опыта. Сейчас перед Де’Лузиньяном стояла совершенно другая задача.…

Первую волну тварей отбили, взамен полезли новые. Вот тут пришлось тяжело, карлики со щупальцами уже не бросались слепо на первую попавшуюся цель, а кучковались в коридоре, накатываясь на нас отрядами по десятку существ. Спасло нас то, что в прорехе тумана Кира увидела мирный пейзаж, лес и уходящую…

И я сдал назад. Действительно, с них станется. — Муля, тебе подкрасить ничего не надо? — в дверь без стука просунулась голова Герасима. Между прочим, чисто выбритого и трезвого. — Нет, спасибо, не надо, — на автомате буркнул я. Передо мной лежала стопка бумаг. Я их тихонько стянул из шкафа у Ларисы.…

Перехватываю портфель и открываю. Там пачка патронов для нагана и папки. Вынимаю папки и начинаю смотреть. Время пока терпит, гарью не пахнет, людей не слышно. Папок четыре, меня интересуют пока две тонкие. Судя по рукам и голосу я если и старше парня то не на много. В папках дела на детей бывшего офицера…

Стой! Операция-раны-кровь. Возникшие ассоциации вернули пласт памяти, и я разом вспомнил, всё. Но рана была смертельная! С таким не живут… Рука потянулась к ключице и… ничего. Едва ощущаемый, бледный шрамик. Поднял руку, сжала-разжал пальцы, покрутил — работает. А что если? Посох был на месте, во только…

А читать я любила! Во всех библиотеках нашего небольшого городка я была завсегдатаем, способным с закрытыми глазами и на ощупь определить, что за книга лежит передо мной. И не зайди я однажды в библиотеку на Тихой улице, возможно, мои ведьмовские способности так и остались бы нераскрытыми. Это была…

– Пока не ясно, – с сожалением констатировал Стриж. – Первые пару недель пустотники сживаются с новыми телами. Лихорадка, беспамятство – полный набор. Не до разговоров. – Хотя бы понятно, это кто-то из ваших? – мрачно уточнил Даран. – Не похоже, – разочаровал его Лёха. На фоне грядущего пополнения…

Вечер после дневной жары и рабочего дня — это самое жизнерадостное время. Небольшие деревушки в этих краях платили вполне посильный налог управляющему дону Алэно Доминго, поэтому все были довольны. Люди работали, женились, праздновали, рожали новых людей и снова работали. Дон Алэно, полностью оправдывая…

Мы сидим на пятьдесят первом уровне подземелий у подножия огромных черных колонн, держащих высокий потолок. По словам Слышащего это место можно считать самым глубоким этажом, не считая недоступных технических сооружений ниже, где нет ничего для меня интересного. Кажется, что эти столбы являются сваями,…

Он поднял взгляд, и на мгновение мне показалось, что он не узнал меня. Затем его лицо прояснилось. — Краснов! Вернулись из своей дальневосточной экспедиции? — он пожал мне руку, но без особой теплоты. Молотов никогда не отличался сердечностью. — Говорят, привезли хорошие новости. — Стараемся работать…