Мистика

– Что сделать, скажи. Колбасу порезать? – Давай. Кажется, всё. Успокоилось. – Ну, Царство Небесное Бабке Амале. Они несколько минут молчат – выпивают, едят. Потом мама спрашивает: – А сколько ей лет было, не знаешь? Я Ирину Васильевну спросила – она не помнит. – Ой, не знаю. Лет сто, наверно.…

– Открывайте, хозяева! – крикнул во все горло извозчик, и тут же из-за ворот показалась крепкая высокая фигура, поднимая над головой светильник. – Не ждали мы вас уже, – раздался гулкий бас. Коренастый мужик приблизился к телеге. Его глубоко посаженные глазки из-под нависающих бровей пристально и пытливо…

Когда мы подошли к машине, отец попросил задержаться и не садиться, а сам достал из багажника и подарил мне букет цветов. Это был первый букет, который мне подарил папа, да и вообще первый кем-то подаренный букет. К сожалению, от папы он оказался последним. Может ни к месту, но я вспомнила смешной…

Кто из людей не задумывался о том, что ждёт его после смерти. Райские сады для праведников, адские котлы для грешников – так мне твердили всю мою жизнь. Ага, как же. Поглядел бы я на этих проповедников, когда их настигнет роковая минута, и душа отделится от тела. Бессмертные души, жизнь после смерти…

– Вы слышите? – встревоженно спросила Лана. – Что? – ответил вопросом на вопрос Олег. – Какой-то гул, – неуверенно произнесла она. – Не-ет, – протянул он, прислушиваясь. – Вот, опять, – встрепенулась девушка. Все присутствующие замолчали, пытаясь уловить звуки, о которых она говорила. – Ах,…

Поликлиника находилась на первом этаже жилого многоподъездного дома. Она занимала весь первый этаж и цокольный. На первом этаже располагались кабинеты, где врачи принимали пациентов. В цокольном помещении было картохранилище. Большая комната со стеллажами выше человеческого роста. Там были тысячи карточек…

После похорон моей любимой бабушки прошло некоторое время. Это время было необходимо мне, чтобы смириться с ужасной, испепеляющей душу потерей и полностью необратимой мыслью о том, что моего родного человека больше нет. Осталась только Пустота. На месте чего-то теплого, ласкового, всегда такого доброго…

– Проснись! – А? Михаил с трудом разлепил веки и уставился на смутный силуэт, нависший над ним. В спальне было темно. – Сколько времени? – спросил он. – Не знаю. Ночь ещё, – прошептала она. – Ну, ты совсем уже! Дай поспать. – Там кто-то ходит. – Кто? – Не знаю. – Да йошкин кот! – проворчал…

«От меня ушли глаза!» – осознал я поутру. Подо мной скрипела койка, а в спине хрустели позвонки, и обессиленные руки не отрывались от промятого матраса. Мне было больно размыкать налитые истомой веки, а неприятная хандра, игравшая под кожей, цепями сковывала тело. Я точно был в постели, но видел уличную…

Тело Джозефа Стоуна нашел маленький Джонни. Как только проснулся, он сразу бросился к окну, чтобы забрать рисунок, оставленный там на ночь, как велел тот странный и немного страшный великан-карикатурист с ярмарки, обещая, что отец больше никогда не станет дергать его и тянуть домой, когда так хочется…

Ляля зашла не в тот переулок. Это она поняла, когда мобильный отозвался в кармане резким всхлипом с предсмертным посланием в виде короткой фразы «Вы ушли с маршрута». Девушка приехала в город Т после обеда, и даже не подозревала, что заблудится в осеннем полумраке, который мягко ложился на хрупкие…

Кровать встретила Юлю остывшими объятьями. Даже под одеялом она чувствовала себя неуютно. Словно, кто-то из ночного кошмара пробрался в реальность. И теперь сверлит ее глазами. Заоконный воздух и хлорка во рту согнали сон. Пытаться уснуть специально девушка не стала. Достала из-под подушки телефон…

Наконец, доковыляв до старинного здания, кажется, когда-то здесь был богатый барский дом, девушка постучалась в дверь. Никто не открывает. Шаги не слышны. Или так кажется? От голода и холода совсем затуманился рассудок. – Людмила. – прошептал приятный мужской голос. – Холодно. Заходи скорее. Что ты…

«Что мне ваши книжные вампиры? Стыд да смех. Налакаются крови и висят башкой вниз. Конечно, потом морды бледные, глаза красные, будто вурдалаки эти век не спали… В нашем лесу, в том, что за калиткой начинается, жуть похлеще водится. Не приведи Господь, одной туда соваться. Двоедушник, к примеру.…

И вот ведь незадача, можно жить отдыхать, путешествовать (благо что растущие тарифы ЖКХ позволяют) и вы не поверите, доктор (на этом его слове я расплылся в улыбке, мне приятно, когда меня называют доктор). – Да, в принципе нормально у меня всё, – говорит он, сопит и глядит в сторону куртки, готовый…

– Заткнись, сука! Кха, бляха! Кха! Кха! – черт… Не могу остановиться. Хоть подыхай. – Деня! Там экран горит. Рожа твоя, вроде! Моя? Пытаюсь разглядеть огромный экран на стене. Волосы белые. Моя. Ток у меня волосы белые тут, в хабе среди туш. Белые? Или как их там… блондинсые? Черт знает, что за слово……

Напротив сидел высокий худощавый человек в больших прямоугольных очках. – Индус, – подумал Вася, – индусы сильные игроки. Комендант, похожий на мумию, молча разложил фигуры и дал отчёт игре. Васе показалось, что за всю игру он ни разу не моргнул. Общее время на ходы полчаса, таким образом, партия…

Среди нескончаемой вереницы переулков и тупиков затерялся один стародавний дом, в котором далеко не все квартиры представляли из себя забитые маленькими людьми коммуналки. Одну из них, весьма ухоженную, шестикомнатную квартиру на третьем этаже занимал достаточно популярный в узких кругах местной фианитовой…

– Цветы были повсюду-продолжал Твердик и доктор вспомнил, что кажется в Чехии был некогда какой-то буйно помешанный с фамилией Твердик. – Она постоянно что-то записывала и становилась всё более задумчивой. Мы почти не общались, а потом… – Что…потом? – спросил Ирвинг – Она заговорила о том, что…

Тоха кивнул и отправился на кухню, зашумел дверцами шкафов, зазвенел чашками. Я поднялся с кресла, подошел к окну, выглянул во двор. Тихо. Уютный двор с аккуратно высаженным палисадником, ряды красивых дорогих машин. Почему мы не родились в таком месте? Почему одним достается все, а другие вынуждены…