Мистика

Какое-то время она лежала и тяжело дышала, лоб вспотел, руки еще едва дрожали. Никогда еще страшные сны не были такими правдоподобными. «Это сон, всего лишь дурной сон», – как заклинание твердила себе девушка, вновь и вновь пытаясь вернуть себе сонное спокойствие. Но куда там, сердце билось так сильно…

– Идет, – с трудом подавив отрыжку, бросил Ершов. – Я беру. Старичок кивнул. Скользнул взглядом по культе на месте левой руки, понимающе улыбнулся. Достав листы плотной коричневой бумаги, он принялся ловко упаковывать в нее холст. Еще пару месяцев назад Ершов готов был убить за подобный взгляд и…

– Думаю, да, – неуверенно выдохнула Алиса. – Уверены? Ничего не болит? – Что произошло? – вместо ответа спросила она, озираясь на покорёженный автомобиль. – Вашу машину занесло, и вы вылетели в кювет. Повезло, что с этой стороны поле. Парень поставил Алису на ноги, продолжая поддерживать за талию.…

Вытерев пот со лба и, облегченно вздохнув, он огляделся вокруг. Внутри вокзал ему показался еще более странным, чем отсутствие в нем кондиционеров. Ну да, когда он, вчера приехал в этот городишко, была поздняя ночь. Его вагон был последним в составе и, он выходил к ожидающему его автомобилю через вокзальные…

– О чём это Вы? – спросила Юма испуганным голосом. – Всегда приходится делать выбор. Перед вами три дороги. Отдать предпочтение можно только одной и идти по ней придётся до самого конца, – Распорядитель сделал виртуозный жест руками в сторону распутья. – Прочтите, что написано на камне и примите решение.…

«Сочувствую», – хотела второй раз за прошедшие пару минут сказать Алиса, но промолчала и лишь одобрительно кивнула, в очередной раз мысленно поклявшись никогда не погрязнуть в рутине. Перемены в подруге пугали ее. В былые времена они веселились ночи напролет, кадрили парней, путешествовали и много-много…

Алексей перевернулся на спину и уставшими потускневшими глазами посмотрел на жену: – Вик… Ты же всё понимаешь. – Нет, родной, не понимаю. И ведь она правда не понимала. Всю эту неделю муж находился в полнейшей апатии. Ходил по дому, как привидение. Ничего не хотел, как бы она ни старалась вовлечь…

Олег любил физический труд. Он отвлекал от ненужных мыслей и забивал мышцы так, что к окончанию дня, мужчина едва ли не валился с ног. Правда, Пятаков и так едва переплетал конечности, на пути к производству. Окончание смены увенчалось провалом. Мужчина уснул за станком и был уволен. Настроение с отметки…

Мы повернули направо, двигаясь по кромке поляны. Здесь будто проходила граница разных миров. С одной стороны было светлое пятно с болотистой жижей под ногами, с другой – твердь, но окутанная полумраком и холодом. Казалось, из глубины этой мрачной стороны кто-то внимательно наблюдал. Протягивал свои…

Состав мчал через весь наш живописный край. Я обожал его обширные смешанные леса, просторные поля и холмы, многочисленные реки и озера, и представить не мог, что могу жить где-то еще, но посмотреть на новые места хотел всегда. В душе я рассчитывал приехать в более шумный и большой город, увидеть другую…

В трубке повисла тишина. Затем собеседник ответил: – Все-таки узнал про Сухаркина. Давай не по телефону. Я после пяти часов дома, приезжай, обсудим. – Спасибо, Олег Петрович! – Илья отключил вызов и шумно выдохнул: зацепка продолжает раскручиваться, и там явно что-то необычное. Профессор истории…

Глотнув воды прямо из чайника, он из него же умылся над раковиной. Маленькое зеркало вмещало только полоску тёмных глаз. Зачем оно такое, ведь даже не побриться. Высыпав в тарелку вчерашние макароны, он жевал, глядя в окно. Холодные макароны слиплись, а на стекле скопился слой пыли, за которым едва разглядишь…

Краеведы бунтовали, писали письма в администрацию и очень надеялись на Артёма, к которому обратились прилюдно, в полном отчаянии. Шутка ли, просить грабителей о помощи? Но аудитория этих дерзких и нахальных авантюристов так велика, что был шанс привлечь общественность. Репортаж об этом месте мог спасти…

– Съешьте что-нибудь, – потребовал старик и протянул печенье. – Вот, возьмите! В старике было что-то, какая-то сила, не только пугающая, а ещё и властная. Его воле было сложно перечить, от взора его серого глаза не получалось отвести взгляд. Тогда Алексей попробовал печенье и… – Я вижу, вы удивлены,…

– Доброе утро, милая, – тепло, даже как-то по-детски искренне улыбаясь, сказал отчим, потрепав её по макушке. – Как спалось? – Доброе. Нормально, – выдавливая каждое слово, дробно проговорила она. Готовая вот-вот вырваться наружу паника отступила, на прощание дёрнув за правое веко. В последнее время…

Они повторили одни и те же движения еще дважды. Бой начал докучать Эверлингу. Паренек остановился: видимо, не мог придумать ничего интереснее. Он вряд ли умел толком драться – Эверлинг понял это, едва увидев его, такого хрупкого и напуганного. Крик толпы на мгновение показался Эверлингу оглушительным.…

– А с чего бы ему умирать? – растерялся Антон. – Он-то единственный здоровый выбрался оттуда, насколько я помню. – Правильно помнишь, – вмешался Дима. – Но он ведь вообще мрачный стал, депрессивный какой-то. Неудивительно – сестра в психушке, её друг вообще того. Ходили слухи, что он повеситься пытался.…

– Квас должен быть холодным, а вот щи – горячими! Так мой батька говорил, – и егерь взял плохо обработанную деревянную ложку. – Так вкуснее, как лес на язык чувствуешь. И егерь начал трапезу, мальчишки присоединились к нему, дуя на горячие щи и закусывая ломтями хлеба. Ночная метель выла пуще прежнего,…

– Сильнейший из людей, что достоин стать сосудом и потерять свободу? Вы ведь уже слышали мой ответ: нет ничего ценнее свободы! – ответил темный маг, – И, да, чуть не забыл, я не стремлюсь поменять законы, по которым живет человечество, я желаю его уничтожить. Люди – это язвы на теле планеты, в их существовании…

Группа разбрелась по пещере, активно обсуждая увиденное, выдвигая предположения и снимая на камеры телефонов все подряд. Вера убрала указку и вышла на воздух. Идти в автобус не хотелось, и она осталась погреться на солнце. Когда все участники туристической группы вышли, она повела их к автобусу,…