Фэнтези

Резиновые сапоги хлюпали по стоячей воде бассейна. Неслышно матерясь, Иван добрался до угла, где плавала всякая дрянь. Девушка из оранжереи тропических растений считала, что проблемы начались именно здесь. – Наверное, забился сток, – неуверенно сказала она, – в пруду живут золотые рыбки, а посетители…

Тварь спрыгнула со стола на пол и двинулась к охраннику. Тот заорал, что было сил, и бросился бежать. Но дверь, в которую он вошёл пару минут назад, с грохотом захлопнулась прямо перед его носом. Парень обернулся – тварь стояла в коридоре. – Нет… – прошептал охранник и попятился назад. Через секунду…

– Да ты видно не понял, – покачал головой юноша. – Я в самом деле пёс! Четыре лапы, хвост, да блохи в придачу! Просто застал ты меня в человечьем облике. – Так ты оборотень что ли? – изменившись лицом, спросил Алёша Попович и положил ладонь на рукоять меча. – Тот самый?! – Вот так и подмывает сказать…

Майор Петров не спал уже третьи сутки. Виной тому была не столько чрезвычайная ситуация, сколько то, что из-за этой самой чрезвычайной ситуации всё начальство рвануло на различные экстренные совещания в столицу, фактически оставив весь Главный центр разведки космической обстановки на него и прозрачно…

Кот терпеть не мог, когда его сравнивали с фамильяром. «Что за пошлость? Грязные инсинуации западной культуры. Попса. Профанация». В лучшем случае позволял называть себя «коргорушем», хоть и ругался на предвзятость и клише. В повседневности Женя звала его Васькой. Сам он по первому времени настаивал…

Маркус поднял взгляд, и его глаза сверкнули – единственным предупреждением. Хранитель дёрнулся, призвав всю свою силу; его мышцы напряглись, бугрясь, оковы впились в плоть… На один ужасный миг железо застонало, поддаваясь… Маркус с болью застонал – тело подвело его. Джеймс коротко, с облегчением рассмеялся.…

Где же? Где??? – судорожно кричит Петя, носясь по квартире в поисках домашнего задания. Пете сегодня исполнилось восемь лет, он учится во втором классе. Недавно его отругала классная руководительница за плохую учебу. Однако, учительница дала последний шанс, иначе Петя останется на второй год, а также…

Старшей не по возрасту, но «по статусу» оказалась вторая сестра. Ксюше было двадцать, и её редко видели дома: она училась в университете, приезжала только на каникулы. Оглядывалась недовольно, надменно вздыхала о том, как всё здесь отстало от жизни. Этим летом Ксюша не вылезала из просторных индийских…

Через мгновение два мира сблизились, смутились, но жадно один одного начали оглядывать. И когда глаза непослушных девочек рассмотрели друг в друге схожие крупицы звёздной пыли, когда сердца Лели и чужачки забили извечный ритм радости, когда кровь потянулась к крови, вырисовывая румянец на щеках, девочки…

В одну пору стали поговаривать о таинственных созданиях в лесу, где Мерцающая речка делала причудливый изворот и немного отдыхала в прохладной тени больших деревьев с изумрудной густой листвой. Путник, сделавший там остановку, чтобы пополнить запасы чистой воды на дорогу, потом рассказал, что в полночь…

Рэн устроился на полу за стойкой, ему стало еще хуже. А Лука решил изучить обстановку, он обошел все помещение и изучил содержимое каждого ящика. – Твои раны почти зажили, – заметил Рэн, когда Лука рылся в шкафу. – А ты неважно выглядишь, – прозвучало в ответ. И правда, у Рэна совсем не было сил,…

Каждый преступник обязан быть в тюрьме. И это справедливо, так как совершил преступление, терпи наказание. Тюрьма действия книги, в которой происходят, находиться на горе. Три преступники находиться на площадке. На этой площадке все преступники качаться. – Ваше время вышло. Эту фразу преступники…

– Да кто ж тут спит-то. Три часа дня! Да и не видно никого, – буркнул себе под нос Стас, нервно одёрнув край длинного серого шарфа. – День добрый, старая. Мы тут… – Кого это ты старой назвал? – старушка зло сверкнула глазами и, с силой толкнув Стаса плечом, подошла к калитке. – Поживи с моё, посмотрим,…

Мать стояла у калитки. Соленые слезы катились по щекам и падали на землю. А её голос, уже громкий и сильный, звучал на всю деревню: – Милка! Что же ты делаешь! Вернись! Пропадёшь! На сердце у девочки было нелегко. Она объясняла маме, что это только ради неё, да всё без толку!.. Мать и слушать ничего…

Торопливые шаги родительские послышались за дверью, и встревоженные муж да жена вбежали в комнату. С испуганным вскриком подхватила мать на руки дитя, а отец к окну бросился – заколачивал распахнутые ставни да под нос себе бормотал. С тревогой мать смотрела на детское плечико изодранное: глубокими…

Яра, прошу, вернись домой. *** Мама принялась воспитывать лесную девочку. Вместе они готовили, убирали, а по вечерам пытались заплетать косы. Яра училась быстро. Всему, кроме перетягивания волос тугими жгутами алой ленты. Этим – и только этим – она злила маму. А ещё злила соседей, потому что…

Как и я здесь. Пока я нерешительно мялась на месте, сгустился сумрак. Закатное солнце прощально вспыхнуло за стеной леса заревом пожара и скрылось. Поляну захватили уродливые тени. Из-под корней поползли первые ручейки тумана. А золотая в крапинку листва почудилась тёмно-красной. Лес будто чужой кровью…

За морями дальними Ты услышь мой зов, Уж не ждать мне более Милости богов. Коли не откликнешься, Коли не придешь, То меня ты суженую Больше не найдешь. Не позволь невольницей, Век свой коротать. Ведь и без меня тебе Счастья не видать. Последние слова…

Осень мокрыми пальцами хватает меня за руки, то завывая ледяным ветром где-то в верхушках деревьев, то бросаясь под ноги, словно пытаясь остановить ночную путаницу. Но я упрямо иду вперёд по тёмному неприветливому лесу. Луна освещает голые ветви деревьев, отбрасывающие причудливые тени. Я вздрагиваю…

Да чего меня это вообще волнует? Ванна стынет. *** Утро было морозное, холодно было даже под периной. Но разбудил меня не холод, а крик безумной толпы. Я поспешно собрался, и выбежал из комнаты. За стойкой никого не было, но на первом этаже сидело несколько человек. — Что за шум на улице?…