Детская проза

– Потерпи, – сбился с хода будильник. – Скоро начнется! Твой приз – первый! Главное – супер береги. – И заспешил прочь, «тикая» и «такая». А на сцену вышел суровый дед Мороз – Николай Подкорытин – со своей золотой трубой, чтоб протрубить начало парада. – Чего помалкиваешь?! – подтолкнула меня корешком…

Играли помногу часов, до ночи. Иногда мяч выныривал из неровных мигающих сумерек прямо перед носом, не отклонишься, и так шибал, что светлее становилось. Или скрывался в траве, и тогда все ползали на коленках, шарили, как слепцы, находя лягушек и улиток, грибы, вроде дедовского табака, и яблоки, вроде…

Не имея дурных предчувствий, как мирный рыболов перед внезапным ураганом, Вадик перебирал снасти – разматывал бороду на леске, потихоньку напевая про Анюту. И вдруг неведомая сила содрала с табуретки, взметнула в нежное весеннее небо. Вадик решил, что сейчас же, наяву вылетит в открытый космос, но завис…

Ксения Драгунская Как мне имя выбирали * * * Когда я была маленькая, мне жутко не нравилось мое имя. Ну куда это годится – Ксюша? Так только кошек называют. Мне, конечно, хотелось, чтобы меня звали как-нибудь красиво. Вот у нас в классе одну девочку звали Эльвира Череззаборногузадерищенская. У учительницы…

Тема подпрыгнул, чтобы ухватиться за самую низкую ветку, но так и не дотянулся. – Ладно, не грустите, – сказал Тема. – Стойте и ждите. А я что-нибудь придумаю. Тема побежал в школу. Пока он разговаривал с Деревом, уже давно начался урок. И Тема опоздал. А учительница Лизавета Андреевна была очень…

– Мы думали, он ананас, – сказал Тема. – Мы не виноваты. – Не виноваты, не виноваты, – сказал ежик. – Это я нарочно в ананас превратился. Бежал по улице, бежал, вдруг вижу, дети идут. Вот, думаю, превращусь-ка поскорее в ананас, а то они увидят ежика и начнут руками хватать, в какую-нибудь старую шляпу…

– Мне очень, очень нужно в самый маленький переулок со старым автомобилем, усыпанным прошлогодними листьями, – сказал дядька. – Вперед! – воскликнул Андрей Владимирович. – Мы вас проводим! И они ушли. А Тема пошел пить газированную воду.   А Чем-Чем побежал по саду носиться просто так. И вот в…

– А я хочу завести себе какого-нибудь маленького зверька, вроде мыши или ежика, надо его поймать и надрессировать, чтобы он умел выдергивать седые волосы, ну, как сорняки из огорода, а то у моей мамы уже есть немного седых волос, и она очень огорчается… – А у моей мамы зато вот такие мускулы… – А…

Тим. Найдется. Просто ушла по своим собачьим делам. С собаками это бывает. Не грусти. Соня. Какая у вас сумка смешная! Тим. Сама сшила. Соня. Надо же! А мы по труду компот проходим. Тим. Ну и как? Соня. Компот? Легкотня! Вот алгебра с физикой – это да… Тим. А что? Соня. Я когда эти цифры…

– Почему?.. – Валька наморщил лоб, но задать вопрос не успел. Человек посмотрел на него и сказал, улыбнувшись: – Во-первых, отсюда удобней, на чердаке никто не мешает. А этот, – он обвел глазами чердак, – я хорошо знаю. Я ведь жил в этом доме пять лет, пока ты не родился. Я бы сам справился, но раз…

Стожок был уже близко; он двигался коварными петлями, и неизвестно что было у него на уме. Мы стояли ни живы ни мертвы между молотом петлюровской армии и наковальней таинственного стожка. Стояли и не знали, что делать. Зато знал, что делать, Петлюра. Он издал скрежещущий звук, что-то среднее между…

Конечно, мы тоже разные. Меня легко вывести из себя (бывает, раздражает школа, родители и жизнь вообще), а подруга обычно спокойная и уверенная в себе. Да и неудивительно, все всегда считали Уитни королевой, и никому бы никогда в голову не пришло свергнуть ее с престола. Вся эта шумиха из-за шестнадцатилетия?…

– Точно! – обрадовался Толик. – Кто за Джека… То есть за Евгения Рудакова, прошу голосовать! – И сам первым поднял руку. – Не мельтеши, Летяга! – осадил его Рудаков. – Я другое предлагаю: выборы путем всеобщего тайного голосования. Голосовать – так по-честному, чтобы никто не поднимал руки, глядя на…

– Знаешь, Саша, я, пожалуй, пойду домой. – Почему? – удивился Добровольский, привыкший к тому, что от девушек обычно очень трудно отвязаться. – Потому что мне кажется, что ты не Саша, – решилась она высказать все на чистоту. Добровольский расхохотался и возразил: – Вот уж я-то как раз именно…

Услышав наши голоса, матушка Барберен выбежала из дома и около двери встретилась с ним. – Я принес известия из Парижа, – сказал мужчина. Такие слова слышал я уже много раз, но он произнес их совсем не так, как приходившие из Парижа рабочие, и не прибавил, как они: «Ваш муж здоров, работа идет хорошо».…

– Отвяньте, играйте в прятки, – Гриша отмахнулся, – но не вздумайте прятаться! Бомбине нервы не треплите! Ясно выражаюсь? И тут на бульваре появилась Лидка Князева: – Сидят, главное дело! А там такой прикол! А они сидят, воркуют, голубки хреновы! Все давно прибежали! А эти сидят! – Да что такое? Говори…

– Ну вот, – огорчился Кир. – А я надеялся, что в вашей команде не знают, что это такое. – Зато я теперь знаю. Наши все разъехались. А тебя-то как угораздило попасть в это болото? – Тем же способом. Моя команда тоже в ауте: Джим со своей герлой махнул куда-то в горы, а Колбыч вдруг решил, что должен…

Дмитрий Викторович освободил две комнаты под переселение свих «милых женщин», как он их называл, и поехал к ним, чтобы сообщить о скором переезде. Он совершенно не ожидал, что его решение встретят в штыки. Ну ладно старушка-мать, но Дарья! Девочке сам Бог велел рваться в большой город от рутинного существования…

В этот раз на Веру даже не кричали, не каркали под руку и не заставляли слезть – посетителей-то почти нет, сезон каруселей кончается, осень уже. Да и зачем кричать на почти что взрослую тетю? Ей, Вере, в начале весны исполнится четырнадцать лет…   Вера уходила, убегала прочь из парка, подальше от скрежета…

Тоня никогда не боялась леса. Ведь сколько себя помнит, она каждое лето проводила в Ласточках. А деревня была просто окружена лесами. Огромный Алпашевский лес, которым они сейчас шли, тянулся далеко-далеко на запад. Там, за много километров, раскинулось у другого края этого леса большое село Алпашево,…