Детективы

– Что за зверь? – спросил он, просто для того, чтобы не молчать. Протасов осклабился: – Ты, Бандура, неумный. Ни хрена не рубишь в пернатых? – Я серьезно. – Блин, птица как птица. Что тебе не нравится? Дорога вскарабкалась на дамбу, подпиравшую массивные железобетонные конструкции гидроэлектростанции.…

– Так, – решил толстяк, уже никого не слушая. – Сначала снимаем сцену метания ножей, а затем уж Андрей влетит на своем жеребце во двор. Приготовились! На площадке остаются Никита со своими ножами, Алина и Сергей. Остальные могут передохнуть. Андрей мрачно прошествовал к ограде, за которой сгрудилась…

Прийти-то подруги, конечно же, пришли. Но как оказалось, козни Алины не удалось нейтрализовать даже их совместными усилиями. Жутко обозлившаяся на то, что старшая сестра, которую в семье уже записали в старые девы, все же выходит замуж раньше ее, Алина была готова к самым решительным действиям. И развернула…

– Красота-то какая вокруг… – вздохнул первый солдат. Потом осмотрелся и вдруг закричал: – Эй, а чего это там блестит?! Оба парня устремились к блестящему предмету. Они откинули несколько камней. Разгребли осколки стекла. И из руин появилась золотая маска. Но это было не человеческое лицо, а скорей…

А тут раздолье! С третьего этажа прекрасный обзор! Все как на ладони. А если во дворе случался скандал, так было слышно, о чем скандалят соседи. Так что волей или неволей, но Иван Сергеевич оказался в курсе всех дел и дрязг между жильцами этого дома. Знал, что Витька из пятнадцатой квартиры — тунеядец…

   Таджиков Алена не то чтобы не любила, но недолюбливала, как все, чего откровенно не понимала. А этих людей она не понимала совершенно. Что же такое должно твориться у них в их собственной стране, чтобы согласиться ютиться в комнатушках по десять-двадцать человек, питаться исключительно скромно, а…

Юлька вернулась в ванную и трясущимися руками закрутила кран горячей воды. Принимать душ ей уже расхотелось. И такое с ней творилось после каждого разговора с матерью. Наталья Степановна действовала на дочь очень своеобразно. И это вовсе не значило, что Юля не любила свою мать или что Наталья Степановна…

Тася была дочерью тети Гали, младшим ребенком, единственной и всеми обожаемой сестренкой и дочерью. Отличница, ведущая исключительно добропорядочный образ жизни, – как она умудрилась пропасть? – Как пропала? – задала короткий вопрос Мариша и получила весьма невразумительный ответ. – Так и пропала!…

– Это что, реклама товаров по телефону? – Слушай, времени у меня мало на шутки. Я тебе должен передать кой-чего, сверток один. – В такой час? Не можешь передать мне его завтра с утра? – Завтра меня в городе не будет. – Знаешь, что там в этом пакете? – Само собой. Там печенье, которое ты любишь.…

– Более девяти лет. – Фарелл... Кристофер Фарелл! – задумчиво пробормотал «первосвященник». – Почему ваше имя напоминает мне о прессе? И конкретно о нашем лондонском «Ивнинг Клэ-рион»? – Да, совершенно верно. – Во время последней войны между штатами вы, кажется, присылали много сообщений? Должно быть,…

– Да больше нечего и знать, – с улыбкой сказал инспектор, – разве только то, что Занони за все шесть месяцев не говорила ни одного слова ни с санитарами, ни с лечившими ее врачами и вообще вела себя так, что даже опытный доктор Слокум не находит ключа к этой загадке. Ее состояние не поддается никакому…

Я благодарен экспертам, помогавшим мне работать над этой книгой, представителям правоохранительных органов, четко осуществлявшим свои должностные обязанности, братве, которая все «оценила с пониманием», и тем, кто помог «не до конца», так как оказался в СИЗО и на зоне. Отдельная благодарность – съемочной…

– Камень причинял ему ужасные страдания, когда он умирал, – сказал я. – Но его ум оставался ясным, – откликнулся доктор Кларк. – Да. Как всегда. У Ньютона был самый ясный ум из всех, с кем мне доводилось встречаться. На мир он смотрел как на загадку, ключи к которой спрятаны Господом в самых разных…

Но Салли улыбнулась, показав свои белоснежные зубы в обрамлении ярко-красных, не тронутых помадой, губ. – Ты куда? – Он хочет поговорить со мной. Улыбка исчезла. Салли отвернулась. – Это обязательно? – Это – моя работа, дорогая. Для такой погоды больше был пригоден костюм из грубой пряжи, я надел…

Или в сырой зимний день, когда деревья в Михайловском саду покрыты инеем, приятно скользить по обледенелым дорожкам, вспоминая сказки Андерсена, а потом выйти к боковому фасаду Инженерного замка, посмотреть на статуи с шапками снега на головах, привычно поразиться цвету стен, вспомнив легенду о том,…

«А работа?» – спросил муж. «А, – легкомысленно ответила она, – что-нибудь придумаем. Смотри, какие домики, просто прелесть. И море рядом. Я всегда мечтала жить на берегу моря.» Так вот они и оказались здесь. Сняли трехкомнатную квартиру в одном из игрушечных домиков – действительно, недорого, по сравнению…

Девушка все еще никак не могла поверить, что подобное безумие вообще могло происходить, хотя очевидные свидетельства его были разложены перед нею. Это было редкостное собрание старых наград, ленточек и аксельбантов, знаков воинского отличия, оружия и прочих реликвий, взятых напрокат из частных коллекций…

Кое-кто из больных уже поговаривал о том, чтобы «тюкнуть» по маленькой. А нескольких диетиков главврач застиг внизу, в крепости, в духане «Феникс», где диетики пожирали чебуреки, запивая их «Букетом Абхазии». Вот в какой обстановке зародился литературный клуб у зеленого камина в палате номер семь.…

Ощущая притягательную силу её взгляда, Мердок поспешил отвести глаза в сторону, громко заявив, что ему приятно считать её своим другом. – Но когда делаешь копии, видно же, что снимаешь, – торопливо заговорила Рита. – Я хочу сказать, вы будете в курсе, какие бумаги он принесет… Мердок извлек из кармана…

Тимур кивнул. Бензин – общий. А железный конь у Гены – еще тот обжора. Хрен прокормишь. – Зола – это туфта, – сказал Холера. – Профиль надо менять... Эх, на фарцу бы конкретно сесть, вот где бабки гуляют... – Размечтался, – фыркнул Тимур. Фарцой занимаются избранные. У кого бабки на товар есть,…