Детективы

– Господин, откуда вы достали столь прекрасные розы? – Они были привезены из далеких земель, – ответил Асикага. Он схватил руку Кирико с цветком, слегка сжал и потянул обратно к ней. – Возьмите этот цветок себе, приколите вашей нефритовой заколкой к волосам, прошу вас, – последние два слова Асикага…

– Мне очень нравятся эти портреты, – сказала девушка, – кто автор? Саша закивал головой, скромно улыбнулся и сказал: – Я… – Ого! Ничего себе! – восхитилась девушка. – Да вы – талант! Меня зовут Ольга. Донцова Ольга, – она протянула ему руку. – Александр Харитонов. Можно просто – Саша. Саша…

– Его звали Артём Лебедев. Он был ведущим актёром театра… ну и конечно у него были враги, – сказала Анна, пытаясь сдержать слёзы. – так же, я знаю, что он недавно получил крупный гонорар за съёмки в фильме, и вроде у него были конфликты с некоторыми коллегами. Но никто не хочет их видеть в этом свете……

Все же этот Новый год был особенным. И елка пышнее, чем всегда, и люди украшали зал усерднее. С двух лестниц на стену закрепляли большую раскрашенную цифру 2. Забавно, что ученики так старались ради двойки. Однако это было многообещающе. На носу новое тысячелетие как-никак! Мои восторженные мысли прервал…

Но вот, когда мы за столом разменяли третий час сидения, впервые сморгнул свет под потолком…правда никто не отреагировали…Кроме меня – я пожалуй единственный был трезв, как стеклышко – почему? А хрен его знает!?…Я так думаю, что мой долбанный диабет при делах! Если десять лет назад я еще что – то позволить…

Последнее воспоминание Клары – ярко-голубые ворота на невзрачной серой стене посреди дремучего леса. Дошла ли она сама до спасительного лагеря или её подвезли – ответа не находила, сколько бы ни рылась в памяти. Информацию о родственниках и друзьях мозг тоже отказывался выдавать. Сколько бы Клара ни…

– Здесь мы и будем ночевать? – спросил Том, его голос был полон сомнения и страха. – Похоже на то, – ответила Анна, хотя сама чувствовала, что это место не сулило ничего хорошего. Скрипучая дверь открылась с трудом, издавая жуткий звук. Когда они вошли внутрь, дом встретил их глухим молчанием. Стены…

Канарейка чувствовала неминуемость собственного ареста. Любой опытный разведчик замечает и понимает тот момент, когда вокруг него начинает смыкаться незримое кольцо. Хоть оно и незримое, выбраться из него бывает непросто, зачастую – почти невозможно. Вернее, так: выбраться из него можно лишь тогда, когда…

– Да ты что! И где же? – он чуть не поперхнулся от радости. – На Карибах в одном отеле. Отдыхает от пережитого и свалившегося. – Как считаешь, сколько этой бабе лет из «Сирина»? – Это ещё зачем? – Ну, сколько? – Лет шестьдесят, а что? – Вот и я так решил. Далеко после климакса, – глотнул…

– О, не стоит беспокоиться, в стенах их больше не будет. Об этом я тоже позаботился. – Молодец, – похвалил его Марк. Дворецкий открыл двери кабинета, и они вошли. Марк сразу же присел на своё кресло, откинувшись на тёплую спинку из медвежьей шкуры. – Друг мой, будь так любезен, принеси из погреба бутылку…

Макс задерживается на мгновение, наблюдая за тем, как мама укладывает бутерброды на тарелку. Он видит в её движениях ту самую заботу, что сопровождает его с детства. Эта простая утренняя сцена внезапно становится для него символом спокойствия и стабильности, чего-то, что, возможно, он скоро потеряет,…

Вы думали, судьба закончила надо мной издеваться? Ан нет, она решила меня убить. Причем в прямом смысле. Как только я подключил компьютер к электричеству, электричество решило проверить мою электропроводимость и ударило. Огромная сила тока прошла через бедного меня, и я потерял сознание. Очнулся словно…

– Голоса? Офицер кивнул. – Те, кто возвращается, говорят, что на той стороне зовут по именам. Словно пытаются что-то объяснить, но… никто толком не понимает. Андрей задумался. Его рука невольно потянулась к камере, но он не решился включить запись. Слишком много странного было в этом месте,…

Тело как решето. Уже уродливое тело, исковерканное червями. От прежней красоты ничего не осталось. Я не знаю, каким надо быть монстром, чтобы изуродовать волшебную девушку из долины Нью-Йорка. Боб Дилан дал этому маньяку смешное прозвище «Повелитель унитазов и червей». Часть правды в этом прозвище есть.…

И не заметишь, если наступишь. Может, услышишь хруст, но не придашь этому значения, – так может хрустеть что угодно: только выпавший снег, рассыпанные по полу орешки или крохотные косточки человека. – Ааааа… – губы, лишь одни губы двигались, скользили по белым плитам, пока с них слетал стон, мычание,…

– В тот день погода была солнечная, и вода хорошо прогрелась, – продолжал он. – Девки поскидывали одежду и нагишом вошли в реку. Они поливали друг друга водой, кричали и веселились. Как вдруг погода резко не переменилась. Все вокруг внезапно потемнело, хотя с утра на небе не было ни туч, ни облачка.…

– Подумала девушка заходя в помещение. За входной дверью был коридор, скорее похожий не на лабораторию, а на советскую больницу с тусклым освещением, которой срочно требуется ремонт. На синих стенах во многих местах трескалась краска, а где то и вовсе отвалилась штукатурка. В углах же были черные отметины,…

Передав письмо сестре, Виктор уставился в окно. Из той информации, что была в интернете, городок Диберг был приятным местом. Население около 15 тысяч человек, вся инфраструктура, пара больниц, школ, развлекательный центр. А еще несколько достопримечательностей – замок, которому более 500 лет, фонтан,…

– Кто это сделал с вами? Замерев на месте, спросила Луиза. В это время снова послышался настойчивый звук. Мы обе замерли. Луиза же по-прежнему не сводила с меня внимательного взгляда. – Что? Вы все еще думаете, кто это сделал? И возможно, что именно этот человек, сейчас стоит возле дверей? Произнесла…

Полицейские, прибывшие только под утро, увидели это место уже полуразграбленным. Решив, что продавец вполне мог скрыться с деньгами из кассы, они добавили его имя в бесконечный список разыскиваемых преступников и оставили дело пылиться в архиве до лучших времён. Из широкой гостиничной плазмы передавали…